Башня Близнецов 1
Шрифт:
И когда замерла, опустив меч, Вариша совершенно по-дурацки уставилась на пол, ожидая увидеть десяток сражённых противников.
— Магнус сотворил совершенство, — зачарованно сказал мастер Тьярми.
Сара вскинула меч и потерлась щекой о его рукоять.
— Жаль, я сейчас несколько не в той форме, чтобы оценить твою ласку, — сказал Зорро. — С другой стороны, без тебя я был бы сейчас лишён всякой формы.
Сара прикоснулась к тускло блестящему лезвию, которое было закалено в крови мужчины и приняло
…Тогда она, ощутив, что этот процесс идёт как-то неправильно, наклонилась и принялась нашептывать южанину, который всё ещё жил — с раскалённым клинком в груди. Она говорила про Зорро, защитника справедливости, великолепного фехтовальщика, отчего-то припутала ещё и Бетмена, вспомнила рыцарей из "Звёздных войн", Сирано де Бержерака, поэта и воина. Говорила о клинках её мира, японской катане и златоустовской шашке, тяжеленном шотландском клейморе и испанской эспаде.
И в какой-то момент поняла, что обращается не к телу, а к сияющей стали в его груди.
— Готово, — сказал всё это время промолчавший гранд Тьярми. — Не поверил бы, не увидав…
Девушка перевела хмурый взгляд с железяки на учителя.
— Я ничего не понял, но мне понравилось, — сообщил гранд. — Именно так надо творить магию — всем сердцем.
Сара только сейчас поняла, что держала речь на родном английском.
— Каким ещё сердцем? — буркнула анима. — Нет у меня никакого сердца… То есть оно есть, но творить им ничего нельзя.
— Ты же поняла, что я имел в виду.
— Кажется, да. Так я творила магию?..
— Да. Нет… не совсем.
— Час от часу не легче. Не совсем — это как?
— Сказать вовремя нужное слово — тоже магия.
— А он… — Сара покосилась на клинок.
— Да, он в полном порядке. Ну, насколько так можно сказать относительно к его теперешнему состоянию.
— А его сознание — как оно изменилось от превращения?
Тьярми поглядел остро, и Сара прикусила язык, — нашла что и кого спросить!.. дурочка, которую она отыгрывает, вообще не должна была заморачиваться такими вопросами!..
Тьярми сотворил мимоходом ещё один огонёк-проводник.
— Отнеси тело, нож и шкурку вниз и сожги в сиреневом пламени… потом возвращайся сюда, и я позволю тебе пообщаться с ним. Тогда сама попробуешь разобрать, насколько изменилось его сознание.
Сара сочла за благо молча поклониться. Тьярми вынул остывший клинок, помог ей завернуть мёртвое тело в шкурку. Девушка почувствовала острую тоску одеяния — словно пёс скулит рядом с мёртвым хозяином. Кажется, обычную шкурку можно передавать, эти создания могут привыкнуть к новому хозяину. Но это одеяние слишком срослось с ним, с его болью, и пропиталось магическим ядом.
Так что только кремация…
Сара без труда подняла мёртвое тело. В
Светлячок полетел вперёд, указывая дорогу…
Пока она ходила, Тьярми собрал клинок, насадив на него крестовину и рукоять. Несколько раз взмахнул, довольно кивнул. Пробормотал что-то на южном наречии и передал Саре.
Она робко приняла. Не в первый раз держит в руках магическое оружие — но это нечто уникальное даже по меркам Дома Искусников.
— Эй, — осторожно позвала. — Ты тут, южанин? Ой, то есть…
— Я здесь, — ответил меч. — И говорить вслух не обязательно.
— А как мы понимаем друг друга?
— Не знаю.
Возможно, потому, что мы оба — личи, одушевлённые вещи, подумала Сара.
— Послушай, а как тебя зовут? — поинтересовалась девушка. — А то я всё "меч" да "меч". Ну, иногда южанин или "Зорро".
Меч бросил эмоцию удивления, и она пояснила последнее слово.
— Это значит "Лиса".
— Что ж, так и зови, ламия. Моё имя умерло вместе с телом, и твоё назвище мне вполне подходит. И спасибо, что проводила моё тело в последний путь.
— Пожалуй, это единственное, что я могла для тебя сделать…
— Не скажи. Если бы не твои заклинания, я бы не переместился в клинок, пробивший мне грудь, а вылетел из тела, как и положено в таких случаях.
— Всегда готова помочь убить ближнего своего, — грустно усмехнулась Сара, слегка помахивая клинком. Нахмурилась, что-то было не так.
— Да, я умер — но родился иначе.
— Мне это знакомо.
Первое. Клинок мог в какой-то мере сам управлять собой… или её рукой… или…
И второе. Она беседует с ним на привычной мысленной скорости, в несколько раз превышающей скорость человеческой речи.
— Верно, — подтвердил клинок. — Всё-таки я создан как боевой арт, что толку от обычной болтающей вещи? Я могу учить фехтованию, и могу фехтовать сам вместо хозяина. Чем не собираюсь злоупотреблять — что толку в заимствованном умении?
И насчёт мысленной речи ты тоже права. Мы теперь — существа если не одного плана, то в достаточной мере похожие, чтобы понять друг друга, даже если говорим на разных языках, и успеть сказать и услышать всё.
Он замолчал.
— Извини, я устал. Мне очень приятно было с тобой поговорить, но я хотел бы ещё кое-что обсудить с грандом Тьярми. Думаю, мы ещё пообщаемся.
— С удовольствием, Зорро, — ответила Сара, со вздохом сожаления передавая клинок его кузнецу.
…Сара прикоснулась к тускло блестящему лезвию, погладила травление у клинка, и изображение лисы извернулось, нацелилось крохотными зубками в палец.