Башни полуночи

Джордан Роберт

– И что? Разве ты не сделала бы это для другой Амерлин?

– Без удовольствия.

– Но сделала бы.

– Да.

– И ты уверена, что кто-то справится с этой работой лучше меня?

Найнив помедлила, затем покачала головой.

– Тогда почему тебе так трудно служить Амерлин? Не мне, Найнив, а моему статусу.

Выражение лица Найнив стало таким, будто она выпила что-то очень горькое.

– Для меня это... нелегко.

– Никогда не считала тебя той, кто прячется от трудностей, Найнив.

–

Статусу. Что ж, отлично. Я попробую.

– Тогда начни с того, что называй меня «Мать». – Эгвейн подняла палец, обрывая возражения. – Как напоминание, Найнив. Нет нужды поступать так постоянно, по крайней мере, наедине. Но ты должна привыкнуть к мысли, что я – Амерлин.

– Ладно, ладно. Ты вонзила в меня достаточно шпилек. Я уже чувствую себя так, словно день напролёт пила настойку из корней овечьих язычков.

Она запнулась, затем добавила:

– Мать.

И едва не подавилась этим словом.

Эгвейн ободряюще улыбнулась.

– Я не стану подражать женщинам, не признававшим меня, когда я стала Мудрой, – пообещала Найнив. – Свет! Странно чувствовать себя на их месте. Что ж, всё равно они были дурами. Вот увидишь, я справлюсь лучше. Мать.

На этот раз слово прозвучало чуть менее вымученно. Эгвейн улыбнулась шире. Один из лучших способ направлять Найнив – это соперничество.

Вдруг в голове Эгвейн раздался звон колокольчика. Она совсем забыла о стражах.

– Думаю, Илэйн прибыла.

– Хорошо, – облегчённо сказала Найнив. – Давай пойдём к ней. – Она направилась обратно к Залу Совета, но застыла на месте и оглянулась:

– Если пожелаешь, Мать.

«Интересно, сумеет ли она когда-нибудь справиться с неловкостью? – подумала Эгвейн. – По крайней мере, она старается».

– Отличное предложение. – Она присоединилась к Найнив. Но когда они вошли в Зал, тот был пуст. Эгвейн скрестила руки на груди, оглядываясь.

– Может, она отправилась нас искать? – предположила Найнив.

– Мы бы заметили её в коридоре, – возразила Эгвейн. – Кроме того...

В помещении появилась Илэйн. Она была в белом королевском платье, сверкающем бриллиантами. Едва увидев Эгвейн, она широко улыбнулась, подскочила к ней и схватила за руки.

– Ты справилась, Эгвейн! Мы снова едины!

Эгвейн улыбнулась в ответ.

– Верно, хотя Башня всё ещё изранена. Предстоит много работы.

– Ты говоришь прямо как Найнив. – Илэйн, улыбаясь, взглянула на бывшую Мудрую.

– Ну, спасибо, – сухо произнесла та.

– Да ну, не будь букой. – Илэйн подошла к Найнив и обняла её. – Я так рада тебя видеть. Уже волновалась, что ты не появишься, и Эгвейн придётся тебя выслеживать и выдергивать ногти по одному.

– У Амерлин, – сказала Найвив, – хватает и других, куда более важных забот. Не так ли, Мать?

Илэйн вздрогнула, изумлённая. В её глазах появилась искорка, и она постаралась скрыть улыбку.

Видимо, она решила, что Найнив получила нагоняй. Но Эгвейн-то знала, что на Найнив это не сработает. Всё равно что пытаться выдернуть из-под кожи впившуюся колючку, шипы которой разошлись в разные стороны.

– Илэйн, – сказала Эгвейн. – Куда ты отходила, пока мы не вернулись?

– Что ты имеешь в виду? – удивилась та.

– Нас не было, когда ты появилась здесь в первый раз. Ты ходила нас искать?

Илэйн выглядела озадаченной.

– Я начала направлять через свой тер’ангриал, потом заснула, и когда появилась, вы уже были здесь.

– Но кто же тогда потревожил стражей? – спросила Найнив.

Обеспокоенная, Эгвейн вновь установила стражей и, затем, хорошенько всё обдумав, свила инвертированного стража от подслушивания, но слегка изменила его, позволив части разговора проникать наружу. С помощью другого плетения она немного усилила звук, дав ему возможность далеко распространяться по окрестностям.

Любой, кто окажется рядом, услышит отзвуки их шёпота. Он подойдёт ближе, но звук так и останется шёпотом. Возможно, это заставит его подкрадываться по чуть-чуть в надежде что-то разобрать.

Девушки наблюдали за её плетениями: Илэйн – с испугом, а Найнив – задумчиво кивая.

– Прошу, присаживайтесь, – предложила Эгвейн, создавая для себя кресло и садясь в него. – Нам нужно многое обсудить. – Илэйн, вероятно подсознательно, сделала для себя трон, а Найнив – копию кресла Восседающей из Зала Совета. Кресло Эгвейн, разумеется, было Престолом Амерлин.

Найнив с явным неудовольствием перевела взгляд с одного трона на другой. Может, именно поэтому она так сопротивлялась этим встречам: подруги взлетели слишком высоко.

Самое время подсластить пилюлю:

– Найнив, – сказала Эгвейн. – Было бы здорово, если бы ты могла вернуться в Башню и научить как можно больше сестёр твоему новому методу Исцеления. Его многие изучают, но ты могла бы дать больше пояснений. А есть и такие, кто не хочет отказываться от старого способа.

– Упрямые козы, – сказала Найнив. – Можешь подсовывать им прямо под нос вишни, но они всё равно будут есть привычные гнилые яблоки. Тем не менее, я не уверена, благоразумно ли будет мне появляться. Э… Мать.

– Почему?

– Из-за Ранда, – ответила Найив. – Кто-то должен за ним присматривать. По крайней мере, кто-то ещё, помимо Кадсуане. – При звуках имени этой женщины её губы скривились. – В последнее время он изменился.

– Изменился? – спросила Илэйн озабоченно. – Что ты хочешь этим сказать?

– Ты с ним в последнее время виделась? – спросила Эгвейн.

– Нет, – мгновенно ответила Илэйн. Чересчур быстро. Но, несомненно, это было правдой. Илэйн не стала бы ей лгать, но она скрывала о Ранде нечто важное. Эгвейн уже какое-то время подозревала это. Уж не связала ли она его узами?