Башни полуночи
Шрифт:
– Значит, ты действительно на это решилась? – спросила Дайлин. – Занять Солнечный Трон? Сейчас?
– Миру необходимо единство, – сказала Илэйн, вставая. – Я собираюсь связать нас с Кайриэном воедино. Ранд уже контролирует Иллиан и Тир, и он связан с Айил. Мы все объединяемся.
Она взглянула на запад, откуда приходил тот комок эмоций, который был Рандом. Единственное, что она в последнее время ощущала, был спрятанный глубоко внутри холодный гнев. Может, он в Арад Домане?
Илэйн любила его. Однако она не собиралась спокойно наблюдать, как Андор становится очередной частью империи Дракона. Кроме того,
Она не могла позволить такому случиться. Женщина внутри неё сжималась от страха при мысли о планах на случай смерти Ранда, но Королеве не подобало быть столь слабонервной. Мир менялся.
– Я осознаю, что управлять двумя народами будет сложно, – сказала Илэйн. – Но я обязана удержать Кайриэн. Для пользы обоих Тронов.
Она повернулась и встретилась глазами с Дайлин, которая медленно кивнула.
– Похоже, ты решилась.
– Да, – сказала Илэйн. – Но полагаю, чтобы осуществить задуманное, мне будет нужно использовать Перемещение. Необходимо устроить встречу с Сумеко и Алис. Мы должны обсудить будущее Родни.
Глава 12
Пустая чернильница
Мин сидела на подоконнике в Тирской Твердыне и радовалась теплу. Дневной бриз освежал, пусть он и приносил с собой влажность и запахи раскинувшегося внизу города. Тайренцы называли эту погоду «холодной», на что Мин только посмеивалась. Что эти люди сказали бы про настоящую андорскую зиму, когда дома тонут в сугробах, а на карнизах висят сосульки?
Все изменения погоды за последнее время сводились к тому, что привычная духота немного развеялась. Но тепло, которому радовалась Мин, не имело ничего общего с жарой.
Город заливал солнечный свет. Внутренние дворы Твердыни были наполнены Защитниками в привычных нарядах с полосатыми рукавами и штанами; истосковавшиеся по солнцу люди часто останавливались и вскидывали головы к чистому небу. Облака все ещё маячили на горизонте, но над городом они разошлись, взяв его в неестественное – идеально круглое – кольцо.
Но причиной тепла, переполнявшего Мин, был не солнечный свет.
– Как ты можешь вот так сидеть? – воскликнула Найнив.
Мин оглянулась. Стены Твердыни были толстыми, и она сидела на подоконнике у распахнутого окна, подогнув колени и касаясь босыми пальцами противоположной части оконного проема. Чулки и ботинки валялись на полу рядом со стопкой книг.
Найнив мерила шагами комнату. Тирская Твердыня пережила осады и штурмы, войны и разорение, но Мин сомневалась, что здешним стенам доводилось видеть что-то худшее, чем взбешённая Найнив ал’Мира. Эти три дня темноволосая Айз Седай ходила по коридорам, будто потрескивающая от молний грозовая туча, наводя страх на Защитников и ужас на слуг.
– Три дня, –
– Он не исчез, – тихо ответила Мин. – Ранд точно знает, где находится.
– Ты тоже, – отрезала Найнив.
– Я не поведу тебя к нему, Найнив.
– Это почему же? Конечно же, ты не можешь…
– Ему нужно побыть одному.
Найнив осеклась. Она подошла к столику в углу и налила себе холодного чёрного тремалкинского чая. Холодный чай – как странно. Для Мин чай был чем-то, что согревает в морозный день.
Мин снова повернулась к северу, глядя на дальнюю пелену облаков. Узы сообщали, что она смотрит прямо на Ранда. Может, он в Андоре? Или в Порубежье? Поначалу её манила возможность воспользоваться узами и найти его – в те дни, когда он так ужасно страдал. Боль была сильнее, чем от ран у него в боку. Агония, гнев и отчаяние. В тот миг Ранд казался куда опаснее, чем когда-либо прежде, включая ту ночь, когда он, навалившись, душил её одной рукой. Даже тогда он не пугал Мин так сильно.
А потом…
Она улыбнулась. А потом пришло тепло. Узы излучали его, принося ощущение покоя, словно у камина зимой. Происходило что-то чудесное, чего она, сама того не ведая, так ждала.
– Найнив, всё будет хорошо, – произнесла Мин.
– Откуда ты знаешь? – Найнив отхлебнула чай. – Он не уничтожил Эбу Дар, но это не значит, что он не опасен. Ты слышала, что он едва не сделал с Тэмом. Своим собственным отцом, Мин!
– Нельзя осуждать человека за то, что он «едва не сделал», Найнив! Он сдержался.
– Здесь – да, но не у Кургана Нэтрина!
– Так было нужно.
– В то время ты так не думала!
Мин глубоко вздохнула. В последнее время Найнив только и делала, что подначивала её на спор… впрочем, у неё на это была веская причина. Её муж ехал навстречу смерти. Дракон Возрожденный – человек, которого она до сих пор считала своим подопечным – бродил где-то один, и Найнив ничего не могла поделать. А если и было в мире что-то, чего Найнив терпеть не могла – это своей беспомощности.
– Найнив, – сказала Мин. – Если это продлится слишком долго, я укажу тебе путь к нему. Обещаю.
Айз Седай прищурилась.
– Как долго?
– Пару дней.
– Да за пару дней он Кайриэн с землей сровняет!
– Найнив, ты правда думаешь, что он на это способен? – тихо спросила Мин. – Правда?
– И ты ещё спрашиваешь? – Найнив вцепилась в чайную чашку и уставилась на её содержимое. – Когда-то меня насмешила бы подобная идея. Я знала Ранда ал’Тора, и этот мальчишка до сих пор у него внутри. Но мужчина, в которого он превратился, наводит на меня ужас. Я столько раз повторяла, что ему надо повзрослеть, и вдруг… он повзрослел, – она заметно содрогнулась.
Мин начала было отвечать, но её внимание привлекло движение. Суриал и Лериан – две Девы, охранявшие открытую дверь в коридор – развернулись, пристально вглядываясь в приближавшегося человека. Последнее время рядом с Мин постоянно находились Девы.
Мгновение спустя в комнатушку вошла Сарен Немдал. Покои Мин в Твердыне не были просторными – она редко ими пользовалась, проводя всё время с Рандом. В её гостиной не было ничего, кроме толстого бело-голубого ковра и письменного столика из вишнёвого дерева.