Башни полуночи
Шрифт:
* * *
Гавин сражался за свою жизнь с тремя ожившими тенями, состоящими из тьмы и стали.
Они довели его до предела возможностей, оставив с полдюжины порезов на руках и ногах. Он пользовался приёмом, называвшимся Бушующий Циклон. Это помогало защитить жизненно важные органы, но едва-едва.
Занавески у кровати Эгвейн были покрыты брызгами его крови. Если его противникам уже удалось убить Эгвейн, то они разыграли великолепный спектакль, изображая попытки её
Он устал и слабел. С каждым шагом на полу оставался кровавый отпечаток его сапога. Боли он больше не чувствовал. Его блоки стали более вялыми. Через секунду-другую противники его добьют.
Несмотря на то, что он уже охрип, помощь так и не появилась.
«Идиот! – корил он себя. – Нужно больше думать и меньше ломиться прямо в пасть опасности!» Нужно было поставить на уши всю Башню.
Единственной причиной, почему он до сих пор был жив, была осторожность его противников. Они пытались его измотать. Как только с ним покончат, они, как упоминала сул’дам, зальют кровью Белую Башню. Айз Седай будут захвачены врасплох. Эта ночь может выйти кошмарнее, чем то нападение Шончан.
Все трое убийц ринулись вперёд.
«Нет!» – подумал Гавин, когда один из них сделал Реку, Подмывающую Берег. Гавину пришлось прыгнуть вперёд, проскользнув между двух мечей, вращая оружием. К собственному изумлению он попал, что засвидетельствовал раздавшийся на всю комнату крик. На пол хлынула кровь, и одна из теней упала.
Оставшиеся двое разом разразились проклятьями, и оставили свои попытки его измотать. Они дружно напали, в сумраке сверкнули мечи. Гавин, вымотанный до предела получил очередное ранение в плечо; по руке потекла кровь, затекая под кафтан.
Как сражаться против теней? Это просто невозможно!
«Света без тени не бывает...»
Эта последняя отчаянная мысль его поразила. Он отпрыгнул с воплем в сторону и схватил подушку с постели Эгвейн. Он повернулся – лезвия мечей противников вспороли воздух совсем близко – и бросил подушкой в лампу.
Комната погрузилась во тьму. Нет света – нет теней.
Равенство.
Темнота всё уравнивает. Ночью невозможно различать цвета. Не видно крови на руках, не видно белую кровать Эгвейн и его противников-теней. Но зато слышно, как они двигаются.
Предположив, куда двинутся Кровавые Ножи, Гавин вскинул меч в отчаянном ударе, используя приём Колибри Целует Медвяную Розу. Размытые очертания их фигур больше не отвлекали его внимания, и его удар попал в цель, располосовав плоть врага.
Гавин изогнулся, освобождая меч. В комнате стало тихо, если не считать звука упавшего тела. Он затаил дыхание, но стук собственного сердца грохотал в ушах. Где же последний убийца?
Из соседней комнаты свет не доходил. Келарк упал прямо за дверью, перекрыв собой полоску света.
Гавина уже начало шатать. Он потерял слишком много крови. Если бы у него было хоть что-то, чтобы кинуть и отвлечь внимание... но ничего нет. От движения зашуршит одежда, а это его выдаст.
Поэтому он сжал
Так и случилось. Он получил глубокую рану в боку. Гавин принял удар, слегка застонав, но тут же ответил изо всех оставшихся сил. Меч свистнул и прошёл с небольшим усилием, разрубая препятствие. Послышался стук: это отрубленная голова стукнулась о стену, и следом ещё один – обезглавленное тело рухнуло на пол.
Гавин тяжело осел рядом с кроватью, опёршись об неё спиной, из его раны в боку хлестала кровь. Начало меркнуть сознание, хотя в темноте сразу и не поймёшь.
Он потянулся туда, где по его воспоминаниям должна была быть рука Эгвейн, но слишком ослаб, чтобы найти её.
Мгновение спустя он упал на пол. Его последняя мысль была о том, что он так и не узнал, жива она или мертва.
* * *
– Великая Госпожа, – произнесла Кэтрин, опускаясь на колени перед Месаной. – Мы не можем отыскать описанную вами вещь. Половина наших сторонниц занимается поисками, а другая половина сражается с сопротивляющимися червями. Но её нигде нет!
Обдумывая сложившееся положение, Месана сложила руки под грудью. Попутно она ударила полоской Воздуха по спине Кэтрин: неудача должна быть наказана. Во всех видах обучения главный залог – последовательность.
Над её головой в Башне раздавался грохот, но здесь она была в безопасности. Она подчинила это место своей воле, создав новую комнату, каменный мешок, под подвалом. Детишки, которые сражаются там, наверху, воображают, что они что-то знают об этом мире, но они всего лишь детишки. А она ещё до своего пленения долгое время посещала Тел'аран'риод.
Башня вновь вздрогнула. Она осторожно обдумала ситуацию. Каким-то образом эти Айз Седай раздобыли шип снов. Как им удалось обнаружить подобное сокровище? Месана жаждала обладать им не меньше, чем подчинить себе эту девочку-Амерлин, Эгвейн ал'Вир. Возможность запретить использование Врат в твоём убежище... В общем, жизненно необходимая вещь, особенно, когда она решит выступить против других Избранных. Это более действенно, чем выставлять стража, защищая свои сны от чужого вторжения, и он не дает использовать все формы Перемещения в зону влияния и вовне всем, кроме доверенных лиц.
Однако пока действует шип снов, она также не может перенести ту происходящую наверху битву в более подходящее, тщательно подобранное место. Досадно. Но нет, она не позволит себе лишних эмоций из-за этой ситуации.
– Возвращайся назад, и сосредоточьтесь на том, чтобы захватить женщину по имени Эгвейн ал'Вир, – приказала Месана. – Она знает, где устройство. – Да, теперь ей всё ясно. Она разом убьёт двух зайцев.
– Да... Госпожа... – Кэтрин съёжилась под ударами розги из Воздуха. «Ах, да», – Месана слегка повела рукой, развеивая плетение. Едва она проделала это, к ней пришла новая мысль.