Башни полуночи
Шрифт:
– А если я откажусь?
– спросил Перрин.
– Тогда это не будет предвещать… ничего хорошего для их здоровья.
Перрин стиснул зубы.
– Мы встретимся под Светом - твоя армия против нашей, - продолжил глава Белоплащников.
– Таковы наши условия.
Перрин оглянулся. Грейди встретил его взгляд, и в его глазах читался очевидный вопрос. Он мог не раздумывая взять Лорда Капитана-Командора в плен прямо сейчас.
Это было очень соблазнительно. Но Белоплащник обещал неприкосновенность. Значит, и Перрин не станет нарушать перемирие. Вместо этого он развернулся и направился обратно
Галад наблюдал за тем, как уходит Айбара. Эти золотые глаза вызывали беспокойство. Он было отбросил настойчивые уверения Байара в том, что этот мужчина не просто Приспешник Тёмного, а Отродье Тени. Однако, заглянув в его глаза, он более не был уверен в ложности подобных обвинений.
Стоявший рядом с ним Борнхальд выдохнул:
– Не могу поверить, что вы решились на это. А если бы он всё-таки привёл Айз Седай? Мы не смогли бы остановить Единую Силу.
– Они не причинили бы мне вреда, - ответил Галад.
– Кроме того, будь у Айбары возможность убить меня здесь с помощью Единой Силы, он сделал бы это в нашем лагере. Однако если то, что вы с Чадом Байаром о нём рассказали, правда, он очень беспокоится о сохранении своей репутации. Он не возглавил нападение троллоков на Двуречье. Он делал вид, что защищает его.
Такой человек будет действовать тоньше. Галад был в безопасности.
Ему хотелось лично увидеть Айбару, и он был рад, что смог это сделать. Эти глаза… они словно сами по себе были приговором. И Айбара напрягся, когда упомянули об убийстве Белоплащников. Кроме того, ходили слухи о том, что его люди заключили союз с Шончан и что у него есть способные направлять мужчины.
Да, этот Айбара очень опасен. Галад был обеспокоен тем, что согласился на битву именно здесь, но да поможет им Свет. Лучше разбить Айбару сейчас, чем встретиться с ним потом, во время Последней Битвы. Поэтому он быстро принял решение. Верное решение. Битва состоится.
– Идём, - сказал Галад, махнув своим людям.
– Возвращаемся в лагерь.
Глава 11. Неожиданное письмо
– Неужели они всерьёз рассчитывают на то, что я это подпишу?
– Илэйн швырнула пачку бумаг на пол рядом со стулом.
– Не думаю - ответила Дайлин. Её золотистые волосы были безупречны, решительное лицо невозмутимо, изящная фигура исполнена достоинства. Само совершенство! До чего же несправедливо, что она выглядит столь безукоризненно, тогда как Илэйн чувствовала себя откормленной как на убой свиноматкой.
Камин в гостиной Илэйн уютно потрескивал. На одном из столиков у стены стоял кувшин с вином, однако нечего и мечтать о том, чтобы ей позволили сделать хотя бы глоток. Если ещё хоть кто-то осмелится предложить ей проклятое козье молоко…
Бергитте прохаживалась у дальней стены, золотая коса была перекинута через правое плечо, выделяясь на фоне белого воротника красного кафтана и небесно-голубых штанов. Она налила себе чашку чая и улыбнулась поверх неё: раздражение Илэйн её забавляло. Илэйн чувствовалаэто
Кроме них в комнате никого не было. Илэйн удалилась в гостиную, получив предложение от посланника Эллориен и пояснив, что желает «обдумать» его без свидетелей. Что ж, она его обдумала! И сочла мусором, поскольку ничем иным оно не являлось.
– Это оскорбительно, - проворчала она, махнув рукой в сторону бумаг.
– Ты намерена вечно держать их в тюрьме, Илэйн?
– спросила Дайлин, приподняв бровь.
– Они не в состоянии заплатить выкуп, потратив все деньги на войну. Это ставит тебя перед необходимостью принять решение.
– Пусть хоть сгниют, - выпалила Илэйн, сжав кулаки.
– Они собрали против меня армии и осадили Кэймлин!
– Да, - невозмутимо согласилась Дайлин.
– Я помню. Я была там.
Илэйн выругалась про себя, затем встала и принялась мерить шагами комнату. Бергитте взглянула на неё; они обе знали, что Мелфани настоятельно советовала Илэйн не перенапрягаться. Илэйн с вызовом встретила взгляд своего Стража, и не подумав остановиться. Что б ей сгореть, и чтоб сгореть той проклятойакушерке! Ходьба её не утомляла.
Эллориен была одной из последних, не признавших власть Илэйн, и представляла наибольшую проблему - кроме, возможно, Джарида Саранда. Прошедшие месяцы стали для Илэйн началом долгого периода испытаний. Сумеет ли она справиться с возникающими проблемами? Не поддастся ли давлению? Насколько она похожа на свою мать?
Им стоит знать, что её не так-то легко запугать. Но горькая правда заключалась в том, что она балансировала на вершине шаткой пирамиды из чайных чашек. Каждая из них была знатным Домом Андора; одни из них охотно её поддержали, другие - наоборот. Очень немногие из них были надёжны в той мере, в какой ей бы хотелось.
– Знатные пленники - ресурс, - заявила Илэйн.
– Так их и следует рассматривать.
Дайлин кивнула. Эта дворянка имела обыкновение подначивать Илэйн, вынуждая ту напрягаться в поисках ответов, которые, как обе понимали, необходимо было найти.
– Ресурс бесполезен, если, в конечном счёте, не используется, - заметила Дайлин. Она держала кубок вина. Несносная женщина.
– Да, - согласилась Илэйн.
– Тем не менее, быстро потратить ресурс означает проявить легкомыслие.
– Если только ты не потратишь что-то как раз перед тем, как оно обесценится, - сказала Дайлин.
– Многих торговцев называли глупцами, когда они распродавали ледяные перцы со скидкой, но стоило ценам упасть ещё ниже, как их стали считать мудрыми.
– А эти пленники? Ты считаешь, что они скоро обесценятся?
– Их Дома скомпрометированы, - ответила Дайлин.
– Чем прочнее становится твоё положение, Илэйн, тем меньшую ценность представляют собой эти политические заложники. Тебе не следует безрассудно лишаться своего преимущества, но не стоит и держать их взаперти до тех пор, пока всем на них станет наплевать.
– Их можно казнить, - посоветовала Бергитте.
Обе женщины потрясённо уставились на неё.
– А что такого?
– продолжала Бергитте.
– Они это заслужили, к тому же такой поступок укрепил бы репутацию жёсткого правителя.