Башни полуночи
Шрифт:
– Если можешь, передай остальным следующее, - обратился к Гаулу Перрин.
– Мы идём по дороге к тому месту, что ты нашёл, там и обсудим, что делать дальше. И попроси нескольких Дев, чтобы они пробежались по дороге в другом направлении. Надо убедиться, что на нас никто внезапно не нападёт, подойдя с той стороны.
Гаул кивнул и отправился передать новости. Перрин остался верхом на Трудяге и погрузился в раздумья. Он едва не решился тут же послать Арганду и Аллиандре на север, в сторону Джеханнаха, но Девы обнаружили несколько разведчиков Шайдо, следивших за его армией. Очевидно, целью этой слежки было убедиться, что Перрин не
Ниспошли Свет, чтобы всё получилось.
Он помотал головой, чтобы развеять водоворот цветных пятен и видений, что появлялись перед глазами каждый раз, как он думал о Ранде.
Неподалёку на дорогу выходили Берелейн и её люди . Судя по выражениям лиц, они были рады снова почувствовать под ногами твёрдую, не расползающуюся землю. На красивой темноволосой женщине было элегантное зелёное платье и пояс из огневиков, а вырез был до неловкости низким. Он стал доверять ей в отсутствие Фэйли, когда она перестала обходиться с ним, как с призовым вепрем, которого нужно выследить и освежевать.
Теперь Фэйли вернулась, и, как оказалось, перемирие с Берелейн закончилось. Как обычно, рядом с ней ехала Анноура, хотя женщина больше не болтала с Берелейн, как прежде. Перрин так и не узнал, зачем Айз Седай встречалась с Пророком - возможно, что никогда и не узнает, учитывая случившееся с Масимой. В дне пути от Малдена разведчики Перрина наткнулись на тела застреленных из лука людей. Все они были ограблены - с них сняли обувь, пояса и всё ценное. Хотя вороны уже выклевали им глаза, запах Масимы Перрин почувствовал даже сквозь вонь разложения.
Пророк был мёртв, убит разбойниками. Что ж, возможно, это - подходящий для него конец, но Перрин всё равно чувствовал, что провалил задание. Ранд просил привести Масиму к нему. Перед глазами снова закружился цветной водоворот.
В любом случае, настало время Перрину возвращаться к Ранду. Цветные пятна снова завертелись, показав Ранда, стоящего перед обгоревшим фасадом какого-то здания, уставившись на запад. Перрин заставил видение исчезнуть.
Он исполнил свой долг, присмотрел за Пророком, обеспечил лояльность Аллиандре. Но всё равно Перрин чувствовал, что что-то не так. Он дотронулся до головоломки кузнеца, лежащей в кармане. Чтобы понять что-то, нужно узнать, из чего оно состоит…
Он услышал стук копыт лошади по мягкой земле и почувствовал запах Фэйли задолго до того, как она подъехала к нему.
– Итак, Гилл повернул на Лугард?
– спросила она, остановившись подле него.
Он кивнул.
– Возможно, мудрый ход. Вероятно, нам следует последовать за ним. Те люди, что присоединились к нам - очередные наёмники?
–
– За последние несколько недель к нам присоединилось около пяти тысяч человек, - задумчиво промолвила она.
– А может и больше. Странно, в такой-то глухомани.
Она была прекрасна: волосы цвета воронова крыла, волевые черты лица - типичный салдэйский нос и раскосые глаза. На ней было тёмно-бордовое платье для верховой езды. Перрин любил Фэйли всей душой и благодарил Свет за то, что сумел её вернуть. Почему же теперь, находясь рядом с ней, он чувствовал себя так неловко?
– Ты чем-то обеспокоен, муж мой, - заметила она. Она понимала его так хорошо, словно могла читать запахи. Всё-таки это какая-то особая способность всех женщин. Берелейн тоже так умела.
– Мы собрали слишком много людей, - проворчал он.
– Мне стоит начать прогонять их.
– Подозреваю, они всё равно найдут способ вернуться обратно.
– С чего бы это? Я мог бы оставить указания на этот счет.
– Ты не можешь приказывать самому Узору, муж мой, - она оглянулась на колонну людей, выходивших на дорогу.
– Что… - он осёкся, поняв, что она имела в виду.
– Ты думаешь, это всё из-за меня? Из-за того, что я та'верен?
– С каждой остановкой в пути к тебе присоединяется всё больше последователей, - сказала Фэйли.
– Несмотря на потери в сражении с Айил, мы вышли из Малдена с большей армией, чем имели. Не кажется ли тебе странным, что так много бывших гай'шайн тренируются обращаться с оружием под руководством Тэма?
– Они столько вытерпели, - ответил Перрин.
– И не хотят, чтобы такое повторилось.
– И поэтому бондари учатся владеть мечом, - заметила Фэйли, - и проявляют настоящий талант. Каменщики, которые и не подумывали прежде о том, чтобы дать сдачи Шайдо, теперь тренируются сражаться посохом. Наёмники и солдаты валят к нам толпами.
– Это совпадение.
– Совпадение?
– его слова, кажется, позабавили её.
– При том, что во главе армии стоит та’верен?
Она была права, и он умолк. От неё пахло удовлетворением от выигранного спора. Он не думал об этом, как о споре, но по её мнению это было именно так. Ещё чего доброго могла разозлиться на то, что он и голоса не повысил.
– Через несколько дней всё это кончится, Фэйли, - сказал он.
– Как только мы снова сможем открыть переходные врата, я отошлю всех этих людей по домам. Я не набираю армию. Я просто помогаю беженцам добраться до дома.
Вот уж чего ему не хватало, так это ещё больше людей, называющих его «милордом», расшаркивающихся и кланяющихся.
– Посмотрим, - ответила она.
– Фэйли, - он вздохнул и понизил голос.
– Люди должны видеть вещи такими, какие они есть на самом деле. Какой смысл назвать пряжку дверной петлёй или гвоздь - подковой? Я же говорил тебе, из меня вышел плохой вождь. И я доказал это.
– Я так не думаю.
Он сжал в кармане головоломку. Они спорили об этом всю дорогу от Малдена, но она отказывалась внимать голосу разума.
– Когда ты пропала, Фэйли, в лагере воцарилась неразбериха! Я уже рассказывал тебе, как Арганда и Девы едва не поубивали друг друга. И ещё Айрам - Масима запудрил ему мозги прямо у меня под носом. Айз Седай вели непонятную мне игру. И двуреченцы… Ты же видишь, им стыдно смотреть на меня.
В запахе Фэйли появились нотки гнева, когда он сказал это, и девушка резко обернулась в сторону Берелейн.