Башни полуночи
Шрифт:
– Ты - пекарь, Назар.
– В первую очередь я - Порубежник, сынок, - ответил мужчина, засовывая знамя обратно.
– Это моё наследие.
– Пфф, - Лан отвернулся. Остальные спутники сворачивали лагерь. Он неохотно позволил трём новоприбывшим присоединиться к нему - они были упрямы, словно вепри, и, в конечном счёте, он был вынужден подчиниться своей клятве. Лан обещал, что примет тех, кто за ним последует. Эти люди, формально, не просились ехать с ним, они просто поехали и всё. Этого было достаточно. К тому же, если они собирались ехать в том же направлении, не было
Лан продолжил вытирать лицо после утреннего умывания. Булен готовил хлеб к завтраку. Этот сосновый лесок находился в восточном Кандоре; они приближались к границе с Арафелом. Может быть, он сможет…
Лан замер. В их лагере появилось несколько новых палаток. С Андером разговаривала группа из восьми человек. Трое из них выглядели полноватыми в талии - не воины, судя по их лёгким одеждам, тем не менее, они оказались малкири. Остальные пятеро были шайнарцами, с чубами на головах, кожаными наручами на руках и короткими луками за спиной, в чехлах, рядом с длинными двуручными мечами.
– Это ещё что такое?
– требовательно спросил Лан.
– Вейлин, Манаган и Горенеллин, - ответил Андер, указывая на малкири.
– Остальные же - Кви, Джояо, Мерекель, Янор, Куен…
– Я не спрашивал кто, - холодно пояснил Лан.
– Я спрашивал что. Что вы наделали?
Андер пожал плечами.
– Мы встретились с ними перед тем, как наткнулись на тебя, и велели ждать нас на южной дороге. Раким сходил за ними прошлой ночью, пока ты спал.
– Раким должен был стоять на страже!
– возмутился Лан.
– Я стоял на страже вместо него, - ответил Андер.
– Я подумал, что нам эти парни пригодятся.
Толстые торговцы, все трое, посмотрели на Лана и опустились на колени. Один, не стесняясь, заплакал.
– Тай’шар Малкир.
Пятеро шайнарцев отсалютовали Лану.
– Дай Шан, - сказал один из них.
– Мы привезли что сумели для Золотого Журавля, - добавил другой торговец.
– Всё, что смогли собрать за короткое время.
– Это немного, - сказал третий.
– Но наши мечи тоже ваши. Возможно, мы выглядим так, будто стали мягче, но мы можем сражаться. Мы будем сражаться.
– Мне не нужно то, что вы привезли, - сердито ответил Лан.
– Я…
– Пока ты не сказал лишнего, старый друг, - сказал Андер, положив ладонь на плечо Лану, - наверное, тебе стоит на это взглянуть.
Он кивнул в сторону.
Лан нахмурился, услышав громыхание. Он вышел из-за деревьев и взглянул на дорогу, ведущую к лагерю. Приближались две дюжины повозок, каждая была доверху нагружена припасами: оружием, мешками с зерном, палатками. Лан широко раскрыл глаза. Вереницей шла добрая дюжина боевых коней, а сильные волы тянули повозки. Возницы и слуги шли рядом.
– Когда они упомянули, что продали всё что могли и купили припасы, - заметил Андер, - они сказали всё как есть.
– Но со всем этим мы никак не сможем двигаться незаметно!
– воскликнул Лан.
Андер пожал плечами.
Лан сделал глубокий вдох. «Ну, хорошо». Он разберётся и с этим.
– Похоже, что двигаться незаметно нам всё равно не удастся. Впредь мы будем
– Но…
– Поклянитесь, - сказал Лан, поворачиваясь к людям.
– Все поклянитесь, что не раскроете, кто я такой, и не известите тех, кто, возможно, меня ищет. Клянитесь.
Назар выглядел так, словно собирался спорить, но суровый взгляд Лана его остановил. И один за другим они поклялись.
И где прежде было пятеро, стало несколько десятков, но на этом всё кончится.
Глава 24. Выстоять
– Покой и постельный режим, - объявила Мелфани, отрывая ухо от деревянной трубки, приставленной к грудной клетке Илэйн. Акушерка была низенькой, круглощёкой женщиной. Сегодня, словно бросая вызов вечно хмурому небу, она повязала волосы полупрозрачным небесно-голубым шарфом и надела изящное, прекрасно с ним гармонирующее белое платье.
– Что?
– переспросила Илэйн.
– На неделю, - добавила Мелфани, пригрозив Илэйн толстым пальцем.
– И эту неделю вы не должны вставать с постели.
Ошеломлённая Илэйн моргнула, даже слабость на мгновение куда-то исчезла. А Мелфани, назначив Илэйн это невероятное наказание, весело улыбалась. Покой и постельный режим? На целую неделю?!
Бергитте стояла в дверях, а Мэт находился в соседней комнате. Он вышел на время обследования, но всё остальное время торчал рядом с Илэйн, оберегая её почти так же, как Бергитте. Но по их разговорам невозможно было представить, что эти двое о ней заботятся - они сыпали проклятиями, словно пытаясь перещеголять один другого. Илэйн даже услышала несколько новеньких. Кто б знал, что многоножки занимаются подобными вещами?
Насколько могла судить Мелфани, с детьми было всё в порядке. Это было важнее всего.
– Постельный режим, естественно, исключается, - сказала Илэйн.
– Мне ещё слишком многое предстоит сделать.
– Хорошо, занимайтесь делами, но не вставая с постели, - согласилась Мелфани, приятным, но совершенно непреклонным голосом.
– Ваше тело и ваш ребенок пережили большое потрясение. Им необходимо время для восстановления. Я буду навещать вас, чтобы убедиться, что вы соблюдаете строгую диету.
– Но….
– Я не желаю слышать никаких оправданий, - прервала её в ответ Мелфани.
– Я - королева, - раздражённо произнесла Илэйн.
– А я - королевская акушерка, - по-прежнему спокойно ответила Мелфани.
– И если я посчитаю, что вашему здоровью или здоровью вашего ребенка что-то угрожает, в этом дворце не найдётся ни одного солдата или слуги, кто откажет мне в помощи, - она посмотрела в глаза Илэйн.
– Хотите в этом убедиться, Ваше Величество?
Илэйн поёжилась, представив своих гвардейцев, запрещающих ей выходить из покоев. Или, что ещё хуже, связывающих её, чтобы она не сбежала. Она взглянула на Бергитте, но получила в ответ только удовлетворённый кивок.