Башни Латераны 5
Шрифт:
— В мертвую?! — ужасается Никко.
— Как можно в мертвую влюбится? — оскаливается Лудо: — нет, ну трахнуть, наверное, можно, если краля… с похмелья хорошо, она такая… холодненькая…
— Тьфу на тебя! — отшатывается от него Никко, снова осеняя себя знамением. Лудо довольно хохочет и чешет себе затылок.
— Хватит лясы точить! — рычит на них Мартен: — доспех вздели!
— Да мы готовы уже! — Лудо помогает Йохану затянуть ремни наплечников: — слышь, Виконт, а ты бы с мертвой… того?
— Это зависит. — отвечает
— Ты все еще испытываешь нездоровое влечение к моей матушке. — снова лыбится Лудо, проверяя свои крепления: — знаешь ей уже около шестидесяти, и она довольно страшная. Но я вас обязательно познакомлю… глядишь с благородными породнимся!
— У нас в деревне… — начинает было Йохан, но Мартен рычит на них, и все торопливо грузятся в телеги, нервно посмеиваясь и похлопывая друг друга по плечам.
— Выдвигаемся! — разнеслось по колонне. — Батарея — вперёд!
Дитрих щёлкнул поводьями. Лошади всхрапнули, напряглись, и телега качнулась, трогаясь с места. Лео пошёл рядом, положив руку на борт — так было легче держать темп.
— Без разведки идём, парни Житко так и не вернулись. — сказал кто-то рядом. Не спрашивал — констатировал.
— Приказ есть приказ. — пожал плечами Мартен: — не нойте мне тут. Кусок, пасть захлопнул, еще раз услышу что-то про матушек — древком по спине огрею. Йохан, ты тоже завались со своей деревней.
Колонна набирала скорость — не марш, не бег, что-то среднее. Телеги катились по утоптанной дороге, подпрыгивая на кочках. Пехота бежала по обочинам, лязгая железом. Где-то позади ржали кони — рыцари фон Штауфена готовились к атаке.
Холм показался через четверть часа — пологий, с редкими деревьями на склоне. Хорошая позиция. С вершины открывался вид на мост, на частокол за ним, на крошечные фигурки врагов, копошащихся у укреплений.
— Батарея — разворачивайся! — Голос Хельги, резкий, как удар хлыста.
И тут началось.
Лео видел это уже четыре раза, но каждый раз что-то внутри замирало от восторга — или от ужаса, он сам не мог разобрать. Король Арнульф не успокоился пока не довел маневр до совершенства и теперь батарея мобильной артиллерии представляла собой часовой механизм, идеальную, отлаженную машину, где каждый винтик знал своё место.
Телеги разошлись веером, занимая позиции. Двадцать шагов между каждой — достаточно, чтобы контрбатарейный огонь не накрыл две сразу. Возницы натянули поводья, лошади встали. Ещё до полной остановки — щелчки, лязг, скрип. Борта откидывались.
Лео работал на автомате. Крюк слева — отжать, потянуть. Крюк справа — то же самое. Борт падает, ударяется о стальные упоры, замирает горизонтально. Получается ровная, устойчивая
Рядом — Кристина. Она ждет их действий, руки подняты, губы шевелятся. Не заклинание ещё — подготовка, настройка. Рыжие волосы выбились из-под капюшона.
— Парусина! — крикнул Мартен. Лео рванул ремни, выдернул рулон из-под скамьи. Плотная ткань, тяжёлая, пропитанная специальным составом, от чего не горит и не мокнет, но воняет просто безбожно. Размах — и парусина летит на платформу, разворачиваясь в воздухе. Углы падают точно на метки. Лео схватил шнур, продёрнул через блок, потянул. Ткань натянулась, расправилась.
На ткани нарисован круг. Шесть шагов в диаметре. Линии — идеальные, вычерченные по лекалу в спокойной обстановке, проверенные трижды. Символы — точные, ни одной ошибки. «Игнис Гранде», осадное заклинание Школы Огня. То самое, которому в свое время его обучала магистр Элеонора. Сожаление кольнуло в груди, но Лео уже отступил от телеги.
Кристина шагнула в центр круга. Её руки опустились, пальцы коснулись линий. Лео видел, как воздух над кругом задрожал, пошёл волнами — энергия. Она качала энергию в круг, наполняла его силой.
— Есть энергия! — крикнул кто-то слева.
— Третья готова!
Лео отступил на шаг, огляделся. Двенадцать телег, двенадцать платформ, двенадцать кругов. Над каждым — дрожащий воздух, мерцающий свет. Двенадцать магов, застывших в центре, с закрытыми глазами, с напряжёнными лицами.
Охранение и прислуга — все заняли свои места, готовые менять парусина с кругами или разворачивать телеги в оборонительный круг, каждый стоит там, где и должен стоять. Всё по плану. Всё как на учениях.
Сколько прошло времени? Лео не знал. Казалось — вечность. На самом деле — минуты. Пятнадцать? Двадцать?
— Батарея готова! — Это Хельга, верхом, перед строем телег. — Доклад по готовности!
— Первая — полный заряд!
— Вторая — полный заряд!
Голоса сливались в перекличку. Лео слушал, считал. Одиннадцать… двенадцать. Все готовы.
Хельга подняла руку. Белая перчатка на фоне серого неба — сигнал.
— Цель — укрепления противника! Залп по готовности! Огонь!
Мир взорвался.
Нет, не так. Мир выдохнул — двенадцать раз одновременно. Лео видел, как воздух над кругами вспыхнул, сжался, превратился в шары ослепительного белого пламени. На долю секунды — неподвижность, тишина. А потом — рёв, свист, грохот.
Двенадцать огненных шаров сорвались с платформ и унеслись к мосту.
Лео проследил за ними взглядом — яркие точки на сером небе, всё быстрее, всё ниже. Удар. Ещё удар. Ещё.
Частокол исчез в огне. Даже отсюда, с холма, Лео почувствовал жар — волна горячего воздуха, ударившая в лицо. Услышал крики — далёкие, тонкие, как писк насекомых. Увидел, как фигурки у укреплений разлетаются в стороны, падают, горят.