Барон

Двок Андрей

Открытые шлемы с нащечниками и крылышками, но лиц пока не рассмотреть. Враги вооружены короткими копьями… нет… это сулицы. Да! По две сулицы на каждого и… меч? Что-то типа узкого меча пристегнуто на поясе у каждого противника. А вот щитов у них, как и у нас, нет. И это отличная новость!

— Пли рапиде! Ковру ла фланкойн! — послышалось от быстро приближающегося к нам противника.

Что за язык такой?! Ладно, есть конечно ничтожный шанс, что незнакомцы спешат со всех ног, чтобы пригласить нас на барбекю, но

рисковать я не буду. Слишком у меня мало козырей, чтобы рисковать.

Может, я что-то упускаю, но вижу лишь один козырь — арбалеты. У противника тоже козырь есть, это сулицы. И когда они подойдут ближе, нам придется несладко. В остальном у нас примерно равное вооружение.

Похоже, они и спешат, чтобы быстрее выйти на дистанцию броска сулиц. А еще их больше и мне надо начинать работать арбалетами с максимально возможной дистанции.

— Арбалетчики, стрельба по готовности! — отдал я напрашивающуюся команду.

«Дуц! Дуц!» — тут же ответили на мой приказ арбалетчики.

— Ааа! — одна из вражеских фигурок рухнула на землю, а бойцы противника опять что-то загомонили. — Дамно! Фику вин!

— Фек! Пли рапиде! Ковру ла фланкойн! — донесся до нас командный бас и враг, разворачиваясь по фронту, перешел на легкий бег.

Арбалетчики успели сделать всего по два выстрела до того момента, когда противник вышел на дистанцию броска сулиц. Все-таки, воротом взводить арбалеты слишком долго. Однако, троих вражеских бойцов мои стрелки смогли уложить.

— Претигу пор джети! Стрико! — гаркнул вражеский командир и в нас полетели сулицы.

— Стрико! — следом за первой волной сулиц отправилась вторая.

— В бой! Вперед!!! — заорал я, как только в нас полетели дротики.

— Препару пор батало! Атако!!! — тут же отозвался вражеский командир.

Я увернулся от одной сулицы, другой и ринулся навстречу врагу. Вокруг меня раздались несколько болезненных криков моих бойцов, но мне некогда оглядываться.

Стремительно сблизившись с противником, я вступил в бой. Первого вражеского бойца попытался уложить походя, двумя движениями, но куда там! Ловкая тварь не купилась на финт, а когда я все-таки смог проломить защиту врага, то с трудом смог пробить его кольчугу. Копьем! Кольчугу! Это немыслимо!!!

К сожалению, доспехи у врагов оказались отличными. Длинные кольчуги, горжеты, наплечники, наколенники, налокотники, поножи, наручи, шлемы. Все это из незнакомого мне серебристого металла или сплава.

Необычный доспех покрывали оливкового цвета плащи. И все это прилично держало удары. Даже мои! Страх холодной волной прошелся по моему телу. Если с трудом справляюсь я, то как выдержат бой мои бойцы?

К счастью, сами воины противника оказались хлипковаты. Ловкие и умелые? Это да. Но силы им явно не хватает. Я своими ударами их буквально сбиваю

с ног, даже если они успевают блокировать мои удары или их выдерживает доспех врага.

Я ясно осознал, что сейчас только от меня зависит, кто выйдет победителем в этом бою. И сколько я успею сохранить жизней своих людей в случае победы. Поэтому я буквально молнией заметался между противниками, отбивая удары и уворачиваясь. Буквально выжимая из себя все силы.

Было непросто. Пришлось тщательно выцеливать у врагов уязвимые места либо полностью выкладываться при ударе, если он приходился в кольчугу. Очень странную своей высокой надежностью кольчугу.

В какой-то момент пришлось выпустить из рук копье. Оно застряло в сраженном теле врага, а перчатки оказались слишком скользкими от крови, чтобы его удержать.

Выхватил из ножен вакидзаси и мои возможности тут же значительно снизились. Теперь приходилось бить только в лицо и по незащищенным местам на ногах. Выцеливая места ниже длинной кольчуги, между наколенниками и поножами.

Постепенно приловчился. Быстро сближался с противником, нанося удар в лицо. Если тот успевал увернуться или отвести мой удар, то проскальзывал ему за спину и обратным движением разил в тыльную, незащищенную область ног.

Дальше разрывал дистанцию и бросался к следующему сопернику. Предыдущего оставлял истекать кровью на земле. Он уже не был никому опасен. Когда вокруг меня не осталось живых врагов, я обессиленно опустил руки и осмотрелся.

Прислушался к своему состоянию: вроде ничего, кроме мелких порезов и уколов. Стеганка, а больше моя ловкость, меня выручили. На ногах никого из противников больше не увидел, а из моих бойцов тоже осталось не слишком много. Кольнуло в сердце, и я суетливо начал осматриваться. Где моя молодежь?

Вон они! Мабон склонился к сидящему у остатков фундамента Буеславу и накладывает ему повязку на руку. Живые! Завертел головой дальше. Вон прислонился к дереву Жарко, вон бредет ко мне Айдан. Ффуух, уже неплохо.

— Айдан! Жарко! Проверить личный состав и доложить о потерях! Мабон! Что там у вас?!

Отдал приказ своим командирам, а у самого все тело дрожит от слабости. Хочется плюнуть на всё, повалиться на землю и отдыхать, но нельзя. Это я здесь старший, я обязан поддерживать и внушать уверенность в своих подчиненных. Стянул покрытые кровью кольчужные перчатки и вытер ладонью залитое потом лицо. Подошли командиры.

— Милорд, вашего пажа ранили копьем в правую руку, — доложил Мабон. — Я обработал рану и наложил повязку.

— Как сам?

— Нормально, только древком сильно ушибли, — оруженосец дотронулся до своего бока и поморщился.

— Могли ребра повредить, — ответил я. — Сейчас тугую повязку наложим. Айдан?

— Убито четверо, — доложил командир моих гвардейцев. — У остальных легкие ранения.

— Жарко?

— Шестеро убито, двое легко ранены, двое в порядке, — командир абордажников немного помолчал, а потом спросил. — Ваша милость, а кто это?