Bang-bang
Шрифт:
Дорога убегает все дальше, к сереющему горизонту, откуда скоро покажется солнце, а я думаю, что секрет перемирия с самим собой состоит в том, чтобы делать что-то хорошее вместо того, чтобы
Невзирая на то, что это никак не отзовется в вечности.
И еще я думаю о том, что мы имеем власть над своим прошлым. И что оно не должно определять наше будущее. А для этого нужно просто закрыть все счета.
— Навещу своего брата, — говорю я. — Просто заеду в гости к говнюку.
Я вношу поправку в свои выводы: иногда для того чтобы быть заключить перемирие с собой, нужно сделать и какое-нибудь дерьмо.
«Справедливость» — не совсем подходящее слово. Но «возмездие» нравится мне еще меньше.
— А что будешь делать ты, Юрико?
— Называй меня Юри, — отвечает она и надолго замолкает.
После всего того, что случилось с нами, мне сложно представить ее счастливой матерью и женой. Я не телепат, но догадываюсь, о
Ответ приходит сам собой.
У нее в кармане пищит телефон. Тот самый сигнал SOS, от которого я буду вздрагивать до конца своих дней. Юрико подносит черную коробочку NEC к уху и долго, невыносимо долго слушает чей-то призыв о помощи.
Наконец глубоко вздыхает и говорит:
— Наша жизнь трагична… Эта история не может закончиться хорошо. Просто прими это. Ты не особенный, и нечего распускать сопли. Мы все потерпевшие. Так что за сочувствием тебе придется встать в очень длинную очередь. Если хочешь, убей себя. Но подумай о том, что, потеряв надежду, ты обрел нечто большее.
Так говорит Юри и выбрасывает телефон в открытое окно.
— Поехали к твоему брату, — говорит она.
И я постигаю смысл слова «начало».