Банда Тэккера

Уолферт Айра

Квартира Бауера была на четвертом этаже. Деревянная лестница тонула в буром, пропахшем кислятиной, полумраке. Джонстон быстро взобрался наверх и очутился перед дверью, на которой кнопками была прикреплена еще одна карточка: «Фредерик И.Бауер»; адрес и номер телефона фирмы были аккуратно зачеркнуты чернилами. На стук Джонстона, приоткрыв дверь, выглянула женщина. Это была жена Бауера, Кэтрин, еще молодая, но уже расплывшаяся. Темные волосы в беспорядке свисали вокруг бледного лица. Сквозь щелку она подозрительно оглядела Джонстона, который отступил на шаг и снял шляпу, чтобы показать ей свою лысину. Этому фокусу его научил один знакомый

агент, уверявший, что, отступая на шаг, внушаешь людям доверие, а Джонстону казалось, что вид его лысины внушит еще больше доверия.

— Мистер Бауер дома? — спросил он.

— А вы кто будете?

— Я из конторы.

Ни слова не говоря, она распахнула дверь, повернулась и пошла. Прикрыв дверь, он прошел за ней на кухню. Темноволосая девочка, сидя на полу, укладывала сломанную куклу в постель из тряпочек. Пересохшее белье висело на веревке, протянутой от стены к стене. На покрытом клеенкой столе, среди кофейных луж и крошек, стояла не убранная с утра посуда; крошки попали даже в масло и облепили его, как мухи.

— Простите, здесь такой беспорядок. — Кэтрин, видимо, была смущена. — Он сейчас выйдет.

— Я знаю, что значит хозяйство, когда в доме ребята, — сказал Джонстон. — По-моему, матери семейства все простительно.

Он засмеялся, и Кэтрин ответила ему улыбкой.

— Позвольте вашу шляпу, — сказала она.

Он отдал шляпу, и она повесила ее на гвоздь, вбитый в дверь. Она хотела, чтобы Джонстон снял и пальто, но тот ответил, что зашел на минутку. Тогда она предложила кофе.

— Он уже заварен, — сказала она.

Джонстон отказался, сославшись на совет врача не злоупотреблять этим напитком. Он улыбнулся ребенку, сидевшему на полу. Это была деланная улыбка взрослого, не очень-то знающего, как обращаться с детьми. Девочка перестала играть и уставилась на него. Тогда он спросил, как ее зовут. Она не ответила. Тут он заметил, что позади него из-за двери выглядывают еще двое ребятишек: мальчик лет трех и девочка чуть постарше. Игравшая на полу девочка была самая старшая. На вид ей было лет шесть, но Джонстон решил, что ей должно быть меньше, иначе она не сидела бы дома, а училась бы в школе.

Меньшие ребята нерешительно переступили через порог и вошли в комнату, старшая встала с пола, и все трое молча спрятались за спиной матери. Платьишки на них были грязные, в дырах, волосы нечесаны.

— Дока они у меня ходят в чем попало, все равно вымажут.

— На ребятах все так и горит, на них не напасешься, — поддакнул Джонстон.

В уборной, яростно рявкнув, хлынула, а потом громко зажурчала вода. Дверь в дальнем углу кухни возле самой раковины раскрылась, и на пороге показался Бауер. Он был одет, но без верхней сорочки, в одной майке и в домашних туфлях.

Джонстон перенес свою деланную улыбку с детей на Бауера.

— Я из конторы, — объяснил он. — Мне надо с вами поговорить.

— Пройдите в комнату, — предложила миссис Бауер. — Ребята, смотрите у меня! — Голос ее зазвучал громко и сердито. — Не сметь ходить за отцом!

— Вы можете говорить со мной здесь, — сказал Бауер. — У нас с вами нет секретов. — Он еще не сообщил Кэтрин, что ушел из банка. Джонстон пристально посмотрел на него, и Бауер опустил глаза. — Оставайтесь все здесь, — скомандовал он, — нет у меня никаких секретов. — Он внезапно ощутил потребность в присутствии семьи.

Бауер сел за кухонный стол. Ему хотелось пересилить свое беспокойство. Для этого надо было принять непринужденную позу,

облокотиться на стол, но мешала неубранная посуда. Локоть его на мгновенье повис в воздухе над грязными тарелками. Тогда Бауер откинулся на спинку стула. Руки его неловко свесились. Он поднял их и сложил на коленях.

— Не пойму, чего это вы волнуетесь, — сказал Джонстон. — Мистер Минч велел мне передать, что хочет вас видеть в десять часов, только и всего.

Миссис Бауер обошла стол, стала позади мужа и оперлась на спинку его стула. Дети медленно пошли следом и сгрудились за ней, внимательно разглядывая Джонстона. На мгновение Бауер почувствовал себя в своем гнезде. Почувствовал, что они — одна семья, эти человеческие существа, которых он собрал вокруг себя, которым дал жизнь, приют, пищу, чтобы защитить себя от остальных людей.

— Джо Минч? — спросил он. В голосе его звучал вызов.

— Да, он самый, — ответил Джонстон. — А разве в фирме есть еще какой-нибудь мистер Минч?

Бауер собирался с силами. Джо Минч — это то, чего он больше всего опасался. Он собирался с силами, чтобы победить страх. Но когда он попробовал выпрямиться, то голым плечом случайно прикоснулся к руке жены. Он подскочил от испуга, резко обернулся к жене и взвизгнул:

— Оставьте меня в покое, ради всего святого! — сердито посмотрел ей в лицо и вдруг с отчаянием подумал, что обращаться к жене бесполезно. Все равно она его не поймет.

На окрик мужа Кэтрин отшатнулась. Дети зашевелились за ее спиной. Бауер встал и повернулся к Джонстону:

— Скажите мистеру Джо Минчу от моего имени, что я не приду. Я свободный американец и поступлю так, как мне нравится.

— Постой, постой, приятель. Я-то ведь ничего об этом не знаю. Мне велено передать, я и передаю, так что на меня нечего злиться.

— Буду злиться на кого мне угодно. Я свободный американец, и никто мне не смеет приказывать в моем собственном доме.

Мальчик заплакал и стал тянуть мать за подол. Она раздраженно вырывалась, стараясь понять волнение мужа. Плач ребенка быстро перешел в частые скрипучие звуки и затем в рев.

— Молчи ты! — прикрикнула на него миссис Бауер и оттолкнула его ногой.

Мальчик залился еще громче, кинулся к ней и вцепился ей в юбку.

— О господи! — крикнул Бауер.

Миссис Бауер подхватила мальчика на руки и стала успокаивать его, ласково шепча ему что-то. Она не спускала испуганного взгляда с Джонстона. Мальчик, всхлипывая, прижался головкой к ее плечу.

— У меня машина внизу, — сказал Джонстон, — я могу вас подвезти, а то идите одни, как хотите.

Бауер дернул головой. Слово «подвезти» прозвучало в его ушах, как удар бича, — уж очень часто он слышал его в кино.

— Скажите вашему Джо Минчу, — произнес он слабым визгливым голосом, — чтобы он потрудился прийти сюда, если собирается меня прикончить.

— Что это значит, в конце концов? — Джонстон возмущенно повернулся к миссис Бауер. — Ваш муж с ума сошел, что ли?

Обе девочки вдруг тоже заплакали. Миссис Бауер не ответила Джонстону. Она накинулась на детей:

— Вы что это? — прикрикнула она на них. — Не понимаете разве, что взрослые говорят о важных делах?

Девочки уткнулись головой ей в юбку. Она пыталась их отстранить, а они упорно старались зарыться еще глубже. Кэтрин с трудом сохраняла равновесие. Только одна рука была у нее свободна, другой она держала сына. Тогда, схватив меньшую за плечо, она оторвала ее от себя, потом оторвала вторую.