Баллада о Лорелее

Морозевич Юрий В.

Катерина заметила, что Джошуа тоже внимательно посматривает в ее сторону, высунув голову из своего сугроба.

Вот так дела, подумала она. С какой стати, спрашивается, решать должна именно я? Почему не Рон или Джош? И вообще, как получилось, что двое бывших сотрудников космофлота вдруг признали во мне лидера? Не нужно мне это… не хочу я этого… Хотя… Хм… Вынуждена сознаться, что быть лидером столь внушительной компании все-таки приятно…

Катерина обвела друзей внимательным взглядом и сказала:

«Решено. Мы с Роном идем в город. А тебе, Джош, я предлагаю

остаться здесь.»

«Почему?» — вскинулся Джошуа.

«По той же самой причине, которую озвучил капитан Каттнер твоей незабвенной Жаклин: за кораблем необходимо присматривать.»

Она помолчала и добавила:

«К тому же ты потерял слишком много сил на восстановление после ожогов. А нам опять предстоит гонка.»

Джошуа отвернулся и после долгой паузы недовольно пробурчал:

«Хорошо, я согласен.»

«Да не расстраивайся ты так,» — Рон постарался подбодрить упавшего духом друга. — «Отдохнешь как следует… даже немного завидую. Нам-то опять светит скачка с препятствиями по глубоким сугробам. Э-э-эх… А потом, не забывай, ты здесь вовсе не одинок. Совсем рядом, всего лишь за тонкими металлокерамическими стенками корабля страдает от неразделенной любви луноликая Жаклин. Так что, если соскучишься…»

Джошуа выбрался из сугроба, встряхнулся всем телом и сказал, остановившись прямо напротив Рона:

«Знаете что?.. Да идите вы уже… в город.»

«Как скажешь,» — хмыкнул Рон. — «Уже идем.»

«Лишний раз не высовывайся,» — сказала Катерина. — «Просто наблюдай.»

Джошуа ничего не ответил.

* * *

Антиграв завис в полной неподвижности посреди утонувшей в глубоких сугробах улицы, а затем плавно опустился прямо на снег. Световое пятно от носовых прожекторов быстро побежало навстречу и, наконец, замерло всего в паре метров от машины, в то время как раскинувшееся перед ней длинное извилистое ущелье мгновенно кануло в непроглядную тьму.

— Дьявол! — произнес Гюнтер, разглядывая сквозь блистер наполовину занесенные снегом мрачные остовы зданий по обеим сторонам машины, всего лишь несколько лет назад сверкавшие в лучах двух солнц стеклом и полированным металлом. — Как здесь вообще можно хоть что-то найти?

— Есть одно средство, — ответил Каттнер. — Если, конечно, оно еще не окончательно скисло. И при условии, что твои хозяева меня не обманули. Правда, думаю, это совсем не в их интересах.

— Они такие же мои, как и ваши, — буркнул Гюнтер. — А что за средство?

— Вот, — капитан достал из нагрудного кармана и продемонстрировал ему тонкую прямоугольную пластину со слегка скругленными углами. — Смотри внимательно.

Он положил ее на приборную панель и провел рукой по гладкой черной поверхности.

Над пластиной тут же возник слабо мерцающий слегка голубоватый голографический экран, из глубин которого плавно выплыли контуры зданий.

— Схема нашего города, — пояснил Каттнер.

— Это и так понятно, — хмыкнул Гюнтер. — Не дурак. И это все?

Капитан ухмыльнулся и подвигал изображение вправо-влево, а затем ткнул пальцем в одну из улиц. Там сразу

же замигал яркий белый кружок.

— Мы сейчас находимся здесь.

Гюнтер равнодушно смотрел на экран. Увиденное явно его не впечатлило.

— Навигатор — это, конечно, неплохо, — в конце концов сказал он. — Правда, никак не могу понять, что же в нем такого особенного и как именно он может облегчить нашу задачу. Вам что, известен какой-то конкретный адрес?

— Нет. А тебе?

— Откуда?

— Я почему-то полагал, что ты у нас доверенное лицо наших нанимателей. Разве не так?

— Не до такой степени. В мои обязанности, как вам должно быть хорошо известно, входит всего лишь контроль за тем, чтобы вы взяли на борт именно то, что нужно, и затем подтвердить, что не взяли то, чего не нужно. Не больше и не меньше. А поиски, доставка — исключительно ваша с Жаклин задача. Так что работайте, ищите, вам платят деньги в том числе и за это.

— Ну что ж, тогда самое время испробовать средство от наших уважаемых заказчиков…

Быстрым движением руки Каттнер вызвал на экран небольшую всплывающую панель с одним-единственным переключателем посередине и ткнул в него пальцем. Панель тут же свернулась и исчезла, а здания на экране неожиданно задвигались, побежали навстречу — вправо, влево и снова вперед, а затем вдруг остановились. На одном из фасадов разгорелся и ритмично замигал бледный слегка красноватый огонек.

— Вот, — удовлетворенно сказал капитан. — Радуйся, нам с тобой сильно повезло. Наша цель находится в прямой видимости, а значит, не придется блуждать среди развалин. И трижды повезло, что упомянутое средство все-таки не скисло, каковой факт, безусловно, не может нас не радовать.

— Что не скисло?

— Радиомаяк. Теперь у нас есть точный адрес. Так что давай, поднимай машину и двигай малым ходом прямо на эту точку. И поосторожней на улицах, слишком уж много здесь навалено всякого мусора и обломков.

Гюнтер приподнял машину и медленно и аккуратно направил ее прямо в мрачное ущелье между полуразрушенными зданиями. Во все стороны взметнулось облако снежной пыли. Лучи от фар антиграва мгновенно разорвали белесую пелену пополам, и далеко впереди заплясало по сугробам слепящее световое пятно, выхватывая из темноты то какие-то каменные глыбы, то скрученные и изломанные металлические конструкции, торчащие прямо посреди бывшей улицы.

— Держись подальше от зданий, — сказал Каттнер. — По возможности, конечно. А то рухнет еще что-нибудь сверху.

Несколько минут ехали молча, потом Гюнтер бросил взгляд на схему города, сверяясь с курсом, и вдруг произнес:

— Странный у вас навигатор, капитан. Мы давно уже снялись с места нашей последней стоянки, а вот эта точка на экране совсем не изменила позицию. Спрашивается, почему?

— Потому что это вовсе не навигатор, — хмыкнул капитан. — На орбите Лорелеи нет ни одного спутника, так что ни о какой навигации не может быть и речи. Сейчас это просто карта, на которой обозначены два пункта — откуда мы начали движение и куда должны в результате попасть.