Баллада о Лорелее

Морозевич Юрий В.

Гюнтер несколько минут безнадежно всматривался в экран, затем явно заскучал и повернулся к Жаклин.

— Э-э… слушай, Жак… пардон, мисс Уильямс. Мне вот интересно, а что ты собираешься делать с деньгами, полученными за эту работенку? Нет, если не хочешь, не отвечай… дело, конечно, только твое. Но все-таки… а? Любопытно же…

Поначалу Жаклин вообще не собиралась реагировать на реплику Гюнтера. Мол, не его это собачье дело, куда она потратит заработанные нелегким трудом деньги. А потом, неожиданно для себя, вдруг сказала:

— Туристический бизнес. Куплю какую-нибудь более-менее подходящую посудину, и буду возить всех желающих полюбоваться на красоты

солнечной системы. А может, и не только солнечной, если средств хватит. Например, Латона тоже подходит, учитывая, что конкуренции со стороны Лорелеи в ближайшем будущем не предвидится. Даже Горгона, специально для экстремалов… Вот, как-то так.

Если, конечно, раньше нас не сцапают спецслужбы, вдруг подумала она. Правда, заказчики обещали кардинальное изменение внешности и безупречные документы. А также полную легализацию полученных сумм. Однако, кто ж его знает, как все повернется на самом деле…

— Что ж, неплохо, неплохо… Вполне достойное занятие. Не уверен, что на этом можно разбогатеть, однако, попробовать стоит.

— А на чем же, по-твоему, можно сделать хорошие деньги? Во что вложишь их ты?

— Я?.. Хм, раскрою тебе маленький секрет, детка…

Жаклин поморщилась, но стерпела.

— В этом мире хороший доход приносят лишь шоу-бизнес, насилие, в широком понимании этого слова, и секс. Наркотики мы рассматривать не будем, потому что по возвращении я собираюсь стать примерным законопослушным налогоплательщиком. Да-да, не удивляйся! Никакие проблемы с законом мне не нужны. Поэтому, будучи человеком практичным, не обремененным старомодными предрассудками и общественной моралью, на заработанные здесь деньги я открою самый шикарный бордель в солнечной системе. Возможно, на той же самой Церере. А если дело пойдет, то и не только в солнечной системе, и не только на Церере… Ну, как тебе такая мысль, а? Пойдешь ко мне работать? Обещаю, спрос на тебя будет просто феноменальный. Формы у тебя что надо, да и мордашка тоже. Уверяю, клиенты будут в восторге.

Жаклин стрельнула на него глазами.

— Дурак ты, Гюнтер, — сказала она с жалостью. — Какой еще бордель, когда у меня к тому времени уже будет свое дело? Да и не пошла бы я к тебе никогда…

— А к кому бы пошла?

— Ни к кому. Лучше сдохнуть…

— Не скажи, не скажи… Вдруг твой туристический бизнес возьмет, и лопнет. Как воздушный шарик. Бах, и нет его… А бордель — дело верное, надежное, как гранитная скала… лопнуть не может просто по определению, такова уж человеческая натура. Так что милости просим, если вдруг возникнут проблемы… Можно ведь и просто танцевать стриптиз… и клиентов при этом обслуживать вовсе не обязательно. Разве что иногда и только в особых случаях.

— Ну, хватит, — Жаклин уже начали раздражать дурацкие планы Гюнтера на ее собственное будущее. — Ишь, размечтался. Слюни-то подбери… Неужели ты в самом деле полагаешь, что мне могут показаться соблазнительными подобные предложения?

Она презрительно фыркнула.

— Я всего лишь надеюсь на это, — скромно ответил Гюнтер.

Жаклин отвернулась и уставилась в экран, на котором так до сих пор и не появилось ничего, достойного какого-то особого внимания. Все то же белоснежное покрывало, те же оспины черных скал и редкие кляксы азотных озер.

Пусто, черт бы его побрал. И как здесь можно вообще найти хоть что-нибудь? А вдруг этот город попросту занесен снегом по самую макушку? Ведь может же такое случиться? Н-да… это стало бы фатальным невезением. В этом случае мы можем летать над ним хоть целую вечность, и не обнаружить при этом никогда. Остается надеяться

лишь на то, что по крайней мере самые высокие здания все-таки сохранились и хотя бы частично выпирают из-под гладкого белого савана…

Рубку накрыла тишина. Все были заняты делом, даже Гюнтер приумолк и застыл в своем кресле, не отрывая взгляда от заснеженного пейзажа на экране.

А потом, неожиданно для себя, Жаклин вдруг повернулась, взглянула в упор на Каттнера и спросила:

— А вы, капитан? На что потратите деньги вы?

Каттнер долго молчал, задумчиво глядя куда-то в сторону, а потом глухо произнес:

— Раздам долги.

Вот те раз, подумала Жаклин. Так у нашего капитана, выходит, долги? Хотя, с другой стороны, почему бы и нет, всякое случается. Скажем, проигрался в рулетку… или взял непосильный кредит в банке… Впрочем, все это бессмысленные домыслы, не имеющие абсолютно никакого отношения к реальности. Подобный ответ вообще может оказаться лишь отговоркой, а на самом-то деле Каттнер просто не хочет озвучивать свои планы на будущее. Что ж, его право…

Экран перед ней неожиданно мигнул, и поверх снежной равнины с кучкой черных скал и большой разляпистой кляксой азотного озера неожиданно возникла яркая сетка контурной карты с четко различимой береговой линией, кучкой мелких островков и крупным горным массивом. Несколько мгновений карта поворачивалась под разными углами, то увеличиваясь, то уменьшаясь в размерах, а затем прочно утвердилась на белоснежной поверхности.

— Есть! — выдохнула Жаклин. — Есть привязка к карте. Компьютер идентифицировал район под нами как Долину Тысячи радуг.

— Отлично! — Каттнер стукнул ладонью по подлокотнику кресла. — Город находится всего лишь на расстоянии двухсот километров от Долины. Направление — восток-юго-восток… Всем приготовиться к посадке! Жаклин, начинаем немедленно! Только давай на этот раз обойдемся без акробатики…

— Принято, поехали… — Жаклин аккуратно развернула корабль в горизонтальной плоскости и легким нажатием клавиш выдала короткий тормозной импульс.

«Ирида» дернулась, а затем круто пошла на снижение, переходящее в простое падение. Еще один разворот, и на экране переднего обзора снова возникла заснеженная поверхность планеты. Даже невооруженным глазом стало заметно, как она все быстрее и быстрее побежала навстречу идущему на посадку кораблю. Выгнутый дугой край ледяного шара прямо на глазах неторопливо распрямился, в одно неуловимо краткое мгновение превратился в горизонт и медленно уплыл куда-то вверх. Теперь перед глазами маячила сплошная белая муть, оживляемая лишь ярко светящимися росчерками компьютерной карты.

По мере снижения эти ломаные линии со все возрастающей скоростью перемещались вверх по экрану, теряясь где-то высоко над головами, и вот настал тот самый, ожидаемый всем экипажем «Ириды», момент, когда они, наконец-то, замедлили свой бег, остановились и неторопливо двинулись в обратном направлении, а в поле зрения плавно вплыли контуры зданий. Город… вожделенная цель безумной преступной авантюры.

Различить что-либо невооруженным взглядом по-прежнему не представлялось возможным, и Жаклин мысленно возблагодарила компьютер корабля, в труднейших условиях все же сумевший дать им точную привязку к местности. Без его помощи вся затея несомненно была обречена на провал. Только теперь ей стало окончательно ясно, как же сильно им все-таки повезло, на какой тонкой ниточке висела судьба задуманного предприятия. Сложись ситуация по-другому — даже компьютер оказался бы не в состоянии выручить их маленькое криминальное сообщество.