Баллада о Лорелее
Шрифт:
«Вот оно что. Порт Асари… взлет… Это что же получается? Судя по всему, я на борту космического аппарата, который вот-вот унесет меня неведомо куда. Сначала обкололи какой-то дрянью, а теперь… Ну уж нет! Второй раз у вас этот номер не пройдет! Ни на какие полеты я согласия не давала! Нужно остановить это безобразие…»
Металлический безликий голос из динамика:
— Борт SH-12, ждите.
— Принято, — ответил первый голос, после чего послышались какие-то непонятные щелчки. Те самые, только приглушенные в несколько раз удары ковбойского бича.
«Переключает что-то на пульте. Что
В разговор внезапно вклинился кто-то другой, с досадой заявив:
— Черт! Ну сколько же можно ждать! Торчим здесь без движения… А у нас груз, можно сказать, скоропортящийся! Представляешь, что будет, если она очнется?
— Не очнется. Я ей столько вколол… динозавра свалит.
— Оптимист… Вспомни инструктаж. Что нам о ней говорили? Уже забыл?
— Ничего я не забыл! Но и паниковать попусту не намерен. Полученной дозы ей хватит как минимум дня на три, если не больше. Обычный человек вообще давно сыграл бы в ящик… Но, если до тебя еще не дошло, она вообще не человек. Как сам понимаешь, лучше перестраховаться, потому что рисковать здоровьем я совершенно никакого желания не испытываю. И тебе того же желаю.
— Ты что, совсем не соображаешь?.. Был же приказ, — обязательно живую. А если она… ну, того… окочурится у нас на руках? Представляешь, что с нами сделают? В лучшем случае разжалуют или отправят на Меркурий, кайлом махать и черпать радиацию столовыми ложками… Или и то и другое вместе. Сколько ты ей вколол?
— Неважно… Ничего с ней не сделается. Не веришь, можешь пойти и посмотреть. Все равно никуда пока не летим… Да не бойся! Ты же ее крепко привязал?
— А вот пойду и посмотрю, — пригрозил второй и чем-то загремел, судя по всему, выбираясь из кресла.
— Только быстро, — откликнулся первый. — Если дадут старт, я тебя ждать не стану.
— Ну-ну, попробуй. Сильно смелый стал?
— Да иди ты…
Я слегка напряглась, сползла с жесткой кушетки, стараясь производить как можно меньше шума, и, еле слышно шурша крыльями, притаилась в тени рядом с полуоткрытой дверью.
«Хорошо, что этот второй гремит так, что сам себя не слышит. Трудно представить реакцию обычного неподготовленного человека, когда вместо пенорожденной Венеры он вдруг обнаружит кошмарное адское чудовище. Вернее, представить-то можно, да только хотелось бы избежать совершенно излишних воплей, бессмысленных метаний по отсеку и — кто знает? — возможно, даже стрельбы. Лучше принять его тихо и без ненужной в таком деликатном деле суеты. Причем одновременно не следует забывать, что есть еще первый, и он тоже, скорее всего, вооружен. На такое дело с пустыми руками не ходят. Хотя вряд ли ему это поможет. И вообще, зря они со мной связались. Не повезло им.»
Дверь легко сдвинулась в сторону, полностью освободив проход. Темная фигура возникла на фоне слабо освещенного проема, окончательно перекрыв доступ света в и без того погруженное в полумрак помещение. Чуть наклонившись, «второй» шагнул через комингс. Судя по всему, он так и не успел разглядеть,
Сильный удар лбом о железный косяк, и безвольно обмякшее тело в моих черных, украшенных острыми когтями, лапах. Бедняга, наверное, так и не понял, что же именно с ним приключилось.
«Возможно, так будет лучше для всех, — мелькнула и тут же унеслась прочь короткая мысль. — Надеюсь, я его не убила. Впрочем, это абсолютно неважно. Жаль только, что не получилось избежать излишнего шума.»
Я отбросила жертву на свое бывшее ложе, не слишком заботясь о здоровье и целостности костей, и черной молнией метнулась прочь из отсека. Туда, где меня наверняка уже поджидал «первый».
Конечно, я не ошиблась. Услышав посторонний шум, противник сделал правильные выводы.
«Соображает… Вот только реакция, к сожалению, подкачала. Не тебе, несчастный, тягаться в скорости с метаморфом.»
Красавчик с залитого солнцем пляжа медленно, невероятно медленно разворачивался в пилотском кресле, пристегнутый к нему основательно мешающими страховочными ремнями… сжимая в руке лазерный пистолет… цепляясь за него как за последнюю в своей жизни соломинку. А в широко раскрытых глазах читался неподдельный животный ужас, когда он осознал, наконец, что не успевает…
Шейные позвонки противно хрустнули, и тот, кто еще несколько секунд назад считал себя победителем, мешком обвис на ремнях, уронив на грудь непослушную голову. Из раскрытого рта показалась тонкая струйка крови, стекла по подбородку и вязкими гранатовыми бусинами закапала на комбинезон. В одно короткое мгновение живой человек превратился в обычное тело.
Никаких сожалений я не испытывала. Мысль о том, что противника можно было просто обезоружить, возникла позднее, однако не вызвала никакого отклика.
«С какой стати? — думала я. — Они же меня не пожалели. Не побоялись отравить какой-то дрянью безо всяких гарантий того, что я вообще очнусь. И наверняка если не знали, то догадывались, что в конце концов я окажусь на хирургическом столе очередного высоколобого вивисектора. Ну конечно, по их понятиям я натуральный монстр, а монстра не жалко… Так почему же я должна относиться к ним иначе? Если разобраться, то эта парочка — не меньшие монстры… а возможно, даже и большие. Ведь я-то никого не готовила на заклание, если не считать, конечно, до смерти напуганного Романа. Да и то в конце концов передумала.»
Я спокойно, без каких-либо эмоций, взирала на труп своего врага и удивлялась самой себе. Первый убитый мной человек… и не просто убитый, а голыми руками. Если не считать, конечно, «второго», валяющегося где-то в отсеке за спиной. Хотя, не исключено, что он еще жив. А я стою здесь и спокойно смотрю на дело рук своих, не испытывая ничего кроме облегчения. И осознания того, что наконец-то свободна.
«Наверное, что-то со мной не так. Возможно, личина демона накладывает свой отпечаток. Не знаю… Будь я в человеческом теле, до смертоубийства, может быть, и не дошло бы. А так… Поднимается откуда-то с самого дна души непонятная гордость и удовлетворение от содеянного. И ничего больше.»