Бабочка
Шрифт:
Младой почесал в затылке:
– А ведь ты прав, Исаич, я как то не думал об этом. Теперь на общем собрании всем скажу - кто работает в рванье а не в спецовке, будем выгонять со смены, и ставить прогул!
– Ну, ты Василий Николаевич, с плеча то не руби! Сначала, на собрании, всё людям объясни, дай недельку попривыкнуть. Сначала просто замечание давай, не подействует - выговор, с лишением процента премии. А уж если и это не дойдёт! Ну, тогда уж и прогул можно ставить. А, насколько я помню, сейчас прогулы под уголовную статью попадают?
– Есть такое дело.
– Вот и я говорю. Не хочет
* * *
– Ирина Павловна? Здравствуйте, это Исаев Алексей, начальник охраны Президента.
– Алёша, друг любезный, здравствуй. Как твои дела?
– Ирина очень обрадовалась звонку этого мальчика, которого, про себя, называла сыном. Она так мечтала о сыне, а родились две дочери. Менее родными от этого они не стали, но..
– У меня всё хорошо. Ирина Павловна, Вас хочет видеть Президент.
Ирина всполошилась:
– И когда?
– Через пять минут к Вашей лаборатории подойдёт человек, скажет, что от меня и проводит.
– Нужно сказать, что Ковалёва уже третий день выходила на работу в лабораторию общей химии. Работа ей очень нравилась, А заведующий, после собеседования, поставил её на должность старшего лаборанта. Как он выразился - 'На время'.
– Я поняла, до встречи.
– До встречи...
Через десять минут Ковалёва была в кабинете Президента:
– Здравствуйте Ирина Павловна, - Волков поцеловал ей руку, подвинул кресло, помогая сесть.
– Тут дело такое, дорогой Вы наш человек. Ваши диссертации, как оказалось, никуда не пропадали, а были проданы ректором на сторону. За границу, то есть.
У Ирины округлились глаза:
– Вот ведь... даже не знаю, как его назвать. Распевал петухом, что я только напрасно трачу его время, занимаюсь ерундой, но диссертацию так и не вернул. Теперь понимаю, почему. А куда, Вы говорите, продал?
Президент усмехнулся:
– В Англию, Ирина Павловна. Но не это интересно. Интересно то, что бритты подали на Россию в международный арбитраж по причине того, что купленная ими научная работа не полна. В ней отсутствует целый ряд ключевых элементов, без которых работа, сама по себе, стоит дешевле бумаги, на которой написана. Что Вы можете на это сказать, уважаемая госпожа Ковалёва?
– Волков с интересом посмотрел на женщину.
Та, покачав головой, сказала:
– А знаете, Олег Васильевич, а ведь я как нутром чуяла подлянку. И сделала так, что разобраться в моей работе мог только хороший специалист. Для остальных - работа несла в себе элемент новизны и была настолько хороша, что купили её, я подозреваю, мгновенно. А вот когда разобрались, то, я думаю, сначала отшлёпали ректора. Так, как он кроме пустого мычания не смог больше ничего предложить, пошли другим путём. Типа, купили кофемолку, а она масло давит.
Президент рассмеялся:
– Весёлый Вы человек, Ирина Павловна. Ну а мне Вы что ни будь хорошее, скажете?
Ковалёва достала из кармана накопитель памяти для ЭВМ и передала его Волкову. Тот с интересом посмотрел сначала на
– Здесь формулы и технологии производства ядов и лекарств на основе алкалоидов. Технологии новые, насколько я знаю, нигде не применяются. А формулы... Лекарства, в теории, способные бороться с онкологической заразой. Не все виды рака, но кое-какие лечить сможем. Ну и яды. Три формулы уже есть, так сказать, в убойном состоянии. Одно вещество я назвала 'Цереброгноб', другое 'Эритроантифагоцит' ну и третье 'Дерманекрозит'. Понимаю, что не ласкают слух, но...
– А в чём их прелесть, Ирина Павловна?
– Заинтересовался Президент.
– Первый яд, при попадании микронной доли в глаз человека, или животного, не важно, через три часа вызывает резкое ослабление зрения. Представьте, у человека с идеальным зрением вдруг падает видимость до минус тридцати диоптрий.
– Ого, - Волков даже привстал.
– Но это только начало. Через двенадцать часов человек полностью слепнет. А ещё через десять - двенадцать часов обширный инсульт и - смерть.
Президент от волнения даже заходил по комнате. Ирина сидела спокойно и ждала дальнейшего.
– Да, Ирина Павловна, суровый Вы человек.
– Что я!
– Усмехнулась Ковалёва, - Вы на жизнь посмотрите.
– Вы правы, абсолютно правы. Ну а второй, 'Эритроантифагоцит', кажется?
– Этот ещё проще. При попадании той же микронной доли на кожу живого существа, содержащиеся в препарате анти фагоциты, паразиты, то есть, проникают в кровь и начинают с катастрофической скоростью пожирать эритроциты, красные кровяные тельца. В итоге - через сорок восемь часов лейкоз, лейкемия, смерть от рака крови.
Президент покачал головой:
– Я уже боюсь спрашивать про третье...
– Тоже ничего сложного, - пожала плечами Ковалёва, - при попадании на кожу начинается бурная химическая реакция омертвления дермы, кожи, то есть. А далее, при попадании в кровь - некроз сосудов, органов, гладких мышц. При вскрытии мертвеца создаётся впечатление, что тот всю свою жизнь был мёртвым.
– Да уж, Ирина Павловна, 'Нобелевскую' за это, конечно не дадут, да она Вам и не нужна, потому, что с этой минуты Вы находитесь на положении Вашего мужа. То есть, засекречены до безобразия, - Тут он поднял верх ладонь, в успокаивающем жесте, - В жизни Вашей очень мало что изменится, просто у Вас теперь будет собственная лаборатория, в которой Вы будете дальше развивать ваши разработки. А за то, что Вы уже успели сделать, Вам будет присвоена учёная степень. Кроме того, уж прошу прощения, но мы призываем Вас в армию. Вам будет присвоено воинское звание 'капитан' и Вы будете награждены медалью 'За трудовое отличие'.
* * *
– Так, ребятки, поднатужились, мне нужна высота минимум пять метров, - Офицеры спецназа поднимали Ковалёва на руках над железнодорожным полотном, - Очень хорошо, теперь вправо, осторожно ставьте ноги, не получите травму...
– Вы генерала не уроните, не то я сам всем ноги переломаю, - Кричал полковник Андреев. Его отправили в эту поездку вместе со всем караулом, да вдобавок дали полуроту гвардейцев, а заодно и в звании повысили.