Азенкур
Шрифт:
— Так вот, — с удовольствием продолжил он, — палач решил прикончить их поскорее. Может, устал от песнопений, не знаю. Привязал им на шею по жернову и бросил обоих в реку, но и тут ничего не вышло: жернова не тонули! Тогда он вытащил мучеников из реки и кинул в костер, но даже огонь их не брал — они все пели хвалы Богу. Палач от отчаяния бросился в костер и сгорел, а святые остались жить.
В конце улицы показались всадники. Хук, не увидев на них герба сэра Джона, вновь повернулся к отцу Кристоферу.
— Бог спас братьев
— И все же это чудо! — удивленно выговорил Хук.
— Чудо, что они выжили, — согласился отец Кристофер. — А зачем тебе Криспиниан? Он не наш святой, французский. Они с братом пришли во Францию продолжать свое дело.
Хук в нерешительности помедлил — шутка ли признаваться в том, что обезглавленный святой с тобой говорил! Впрочем, долго мучиться выбором ему не пришлось: рядом раздался глумливый голос:
— Нет, вы только поглядите, кто тут есть! Мастер Николас Хук!
Выпрямившись в седле, на него торжествующе взирал сэр Мартин, окруженный восемью всадниками в одежде с гербом лорда Слейтона. Хук знал всех, включая Томаса и Роберта Перрилов и сентенара Уильяма Сноболла.
— Твои друзья? — спросил отец Кристофер.
— Я думал, ты уже покойник, — продолжал сэр Мартин, скривив длинное лицо в подобии улыбки. Его тощие ноги торчали из-под подоткнутой для удобства рясы, а на поясе, в обход запрета священникам носить клинковое оружие, болтался старомодный меч с широкой крестовиной. — Я надеялся, что тебя уже казнили. Осудили, прокляли и казнили.
— Я жив, — коротко ответил лучник.
— И носишь герб другого хозяина? Нехорошо, Хук! Какое неуважение к закону и Писанию, как будет недоволен лорд Слейтон! Это твое? — Сэр Мартин указал на подводу.
— Наше, — приветливо кивнул отец Кристофер.
Сэр Мартин сделал вид, будто только что его заметил.
Пристально вглядевшись в седого толстяка, он покачал головой.
— Я тебя не знаю и не хочу знать. Мне нужны продукты, за ними-то мы и приехали. А тут, — он ткнул костлявым пальцем в подводу, — полно еды. Манна небесная. Господь, посылавший воронов пророку Илии, послал нам Хука!
Сэр Мартин, сочтя шутку удачной, разразился знакомым Хуку безумным смехом.
— Эти продукты наши, — словно малому ребенку, пояснил ему отец Кристофер.
Сэр Мартин ухмыльнулся.
— Вот этот, этот, этот, — на каждом слове тыча пальцем в Хука, провозгласил он, — вот этот кусок дерьма, что рядом с тобой, принадлежит лорду Слейтону. И объявлен вне закона.
— Правда? — удивленно глянул на Хука отец Кристофер.
Тот молча кивнул.
— Вот как, — мягко произнес священник.
— Преступнику не полагается имущество! — хрипло выкрикнул сэр Мартин. — Такова заповедь Писания, поэтому продукты наши!
— Я так не думаю, — благодушно улыбнулся отец Кристофер.
— Мне плевать, что ты там думаешь! —
— Может, тебе знаком герб? — ласково спросил его отец Кристофер, указывая на налатник Хука.
— Преступнику запрещено носить герб! — с удовольствием проскрипел сэр Мартин, уже предвкушая скорую смерть Хука, и обернулся к старшему Перрилу: — Том, сдери-ка с него налатник и свяжи руки потуже.
По примеру Уильяма Сноболла, наложившего стрелу на лук, остальные лучники сэра Мартина взяли Хука на прицел.
— Давно о таком мечтал, — буркнул Том Перрил, слезая с коня. Его носатое лицо с длинным, как у сэра Мартина, подбородком расплылось в ухмылке. — Повесить его прямо здесь, сэр Мартин?
— Тогда лорду Слейтону не придется затевать суд, — хохотнул тот. — И колебаться насчет пощады.
Отец Кристофер предупреждающе поднял ладонь, однако Том Перрил предпочел этого не заметить. Обойдя вокруг стола, он уже потянулся за Хуком, как вдруг замер, услыхав скрежет меча, вынимаемого из ножен.
Сэр Мартин обернулся.
С края деревни за происходящим наблюдал всадник. За ним толпились другие, явно получившие приказ ждать.
— Я бы искренне вам советовал снять стрелы с тетивы, — добрейшим голосом произнес отец Кристофер.
Стрелки, не опуская луков, лишь нервно взглядывали на сэра Мартина.
Всадник в конце улицы пришпорил коня.
— Сэр Мартин! — попытался добиться приказа Уильям Сноболл.
Тот молчал, не сводя глаз с мчащегося на него латника. Из-под копыт летела пыль, всадник на скаку отвел правую руку с мечом и, поравнявшись со стрелками, плашмя обрушил меч на голову первого попавшегося.
Младший Перрил, качнувшись от удара, сполз с седла и тяжело осел на землю. Его стрела, выпущенная бесчувственной рукой, ткнулась в стену харчевни, едва не задев Хука. Том Перрил ринулся было помочь брату, однако сэр Джон развернул жеребца, и Том застыл на месте. Лучники поспешно убрали стрелы.
— Приветствую, сэр Джон, — радостно кивнул отец Кристофер.
— Что тут происходит? — рявкнул командующий.
Роберт Перрил, с залитой кровью головой, с трудом поднялся на ноги. Том Перрил опасался шевелиться и не сводил глаз с меча, которым ударили его брата.
Отец Кристофер неторопливо отпил пива и вытер губы.
— Эти люди, — он обвел рукой сэра Мартина с лучниками, — выразили желание увезти наши продукты, сэр Джон. Я пытался их отговорить, однако они упорствовали, говоря, что продукты принадлежат им по праву, ибо охраняются присутствующим здесь Хуком, который, по словам святого отца, объявлен вне закона.
— Да! — наконец обрел голос сэр Мартин. — Он приговорен и должен умереть!
— Я знаю, что он объявлен преступником, — бросил сэр Джон. — И король, поручая мне Хука, тоже об этом знал. Ты хочешь сказать, что король ошибся?