Автобаза

Голубев Игорь

– Ты вот что... Возьми еще пару толковых ребят и дуй на Шошу. Что-то меня настораживает. Клев - это рыбалка. Рыбалка - река. Река - Шоша.

– Да, но...

– Никаких но. Трех человек охраны мне хватит. Зачем тогда электронная защита?

– Что-то мне все это не нравится, - размышлял вслух старший питерец. Почему снайпер был один? Ты второй чердак и крышу осмотрел?

– А как же, - соврал Гриша-маленький. Он не сказал, что перед самым уходом с крыши заработала рация снайпера - проверяли связь, значит, обеспокоились. И второго снайпера, если он

был на крыше соседнего дома, голыми руками уже не взять...

– Тогда по коням.

Старшой, Музыкант, Гриша-маленький и Немтырь, которому прежде не уделялось должного внимания, поскольку тот все исполнял молча, вышли из гостиницы "Турист" и направились к автостоянке.

В Москве катастрофически быстро темнело. Но на западе небосклон еще розовел. Зато сбоку уже показался бледный серп месяца. Одновременное появление на небосклоне двух светил наблюдалось и на Шоше. Только резче.

Глава 72

В ДОРОГУ

Они въехали на территорию автобазы не таясь. Валек из своего укрытия передал, что все спокойно. Слесаря слесарят, жестянщики рихтуют, прессовщик спрессовывает. Словом, на участке ремонта легковых - на базе имелся и такой работа в ночное время идет полным ходом. В грузовом ремонтном боксе обслуживали два КамАЗа, пришедшие из длительной командировки на Северный Кавказ.

Мастер-ремонтник Митрофаныч крыл кавказцев на все лады: кузова обеих машин были продырявлены, бамперы погнуты, отсутствовали подфарники. В таком виде всегда возвращалась техника, три месяца нещадно эксплуатировавшаяся в зоне боевых действий.

Никто так и не обратил внимания на автобус с зашторенными окнами, целый день простоявший за оградой автобазы. Нередко шоферы используют служебный транспорт в личных целях. Кругом были жилые дома, и в одном из них, возможно, проживала чья-то зазноба.

Старшой взял в пару Гришу-маленького, а Музыканта и Немтыря оставил снаружи. Скоро к ним присоединился Валек.

Примерно в это время запищал будильник на часах Кости-пыточника. Он вскочил, продрал глаза и толкнул Артеменко. Дима сел в кровати, тряхнул головой и уставился на часы:

– Договаривались же на пять...

– Ну и что? Кто раньше встает, тому Бог подает. Где твой напарник? Говорил, полчаса погуляю.

– Пойду поищу. Я знаю, где они могут ворковать.

Костя растерялся. Ему было приказано следить за водителями. И так приказ был нарушен, теперь еще исчезнет второй. Нет, этого он не допустит. Костя вылез из окна следом за Артеменко.

Они обогнули зимние боксы, цех кузовных работ и пошли вдоль бетонной стены. Скоро впереди забелела беседка. Сюда приходили водители решать спорные вопросы, поругать администрацию, обговорить требования.

Артеменко заглянул в беседку. На сдвинутых скамьях мирно почивали Генка и Варвара. Юбка девушки задралась, и даже в темноте ее ноги вызывающе белели. Артеменко поправил одежду и потянул за ноги напарника. Гена выскользнул из-под телогрейки и уставился на дружбана:

– Как, уже?

– Уже, уже... Ее не буди.

Костя пробубнил что-то себе под нос. В жизни бандюку с

женщинами не везло. Пыточник никак не мог уразуметь, что им нужно. Потому всякий раз у него была новая женщина. Та, которая хоть однажды провела с ним время, предпочитала больше с ним на встречаться.

Пыточник пробовал и так и эдак. Покупал шоколад, водил в зоопарк и на колесо обозрения, но кончалось все одинаково - слезами. В пиковый момент он любил причинять партнерше боль. Стоны жертв Костиной любви казались ему сладостной музыкой.

Они зашли в бокс. У Ласточки копались двое " ремонтников ".

– Масло сменили?
– поинтересовался Артеменко.

– Обижаешь, командир.

В бокс зашли питерцы. Огляделись. Сбоку встал Глотов. Протянул документы на груз. Костя-пыточник взглянул на пункт назначения и присвистнул:

– Это что же, Калининград отменяется?

– Заказчик переиграл.

– Значит, в обратку конями поедем. У нас же в Питере заказа нет? напомнил Артеменко.

– Будет вам заказ, будет. Ты коньками шевели. Гриша, в кабину! Пыли, водила, а мы сзади за кормой присмотрим. Пукалки есть?
– спросил старшой.

Дальнобойщики переглянулись, и после тщательно разыгранного замешательства Гена извлек газовый пистолет. Бандюки напряглись.

– Это хорошо, что сразу сознались. Сейчас на дороге надо оружие иметь. Газовый?
– Гена кивнул.
– Он тебе не понадобится. В Питере верну...
– Старшой забрал пистолет.

Заказчики вышли к своей машине. Дальнобойщикам ничего не оставалось, как завести мотор и выехать из бокса. Климов потянул носом воздух:

– Димон, откуда эта вонь?

Артеменко кивнул на спальное место, где расположился Гриша.

– Слушай, орел, ты носки когда-нибудь меняешь?

– Только на водку, - заржал довольный Гриша.

– Я не шучу. Надень башмаки. Голова кружится. Первый столб наш.

– Не пузырись, - недовольно отозвался бандит, но натянул армейские ботинки.

Выбрались на пустынную в этот час Ленинградку. Светофоры мигали желтым, и ехать на сильной, хорошо отлаженной машине - одно удовольствие.

Оба помнили два названия: "Черная Грязь" и "Шоша". Конкретного плана не было. Впереди шла машина с Костей и Вальком, корму прикрывали старшой, Музыкант и Немтырь. Двигались под конвоем. В крайнем случае, решил Дмитрий, идущую впереди придется таранить...

Глава 73

ЧЕРНАЯ ГРЯЗЬ- ШОША

Статья 14. Бандитизм. Организация вооруженных банд с целью нападения на государственные, общественные учреждения или предприятия либо на отдельных лиц, а равно участие в таких бандах и совершаемых ими нападениях - наказывается лишением свободы на срок от трех до пяти лет с конфискацией имущества и ссылкой от двух до пяти лет или без ссылки или смертной казнью с конфискацией имущества.

Это Указ Верховного Совета от 1961 года. Нынче все изменилось. Введен мораторий на смертную казнь. Поменялись формулировки. Появились новые статьи, ибо признано, что есть и наркомания, и проституция, и маньяки.