Автобайки
Шрифт:
Мент направился к будке и через несколько минут принес к "Форду" канистру с бензином:
– Знаешь, куда заливать?
– Прямо в мотор, что ли?
– спросила девица.
– Таких юморных ещё видеть не приходилось.
– ответил он, открутил крышку бензобака и залил топливо, - Ехай...
"Форд" завелся с пол-оборота.
– Спасибо, дяденька.
– Пожалуйста, тетенька. Только про права больше никому не ври. Чревато...
Она встретила своего жениха и тот не переставал удивляться:
– Неужели сама доехала? И без происшествий?
– Какие могут быть происшествия?
–
– Не было никаких происшествий...
1998 г.
ЗНАКОМСТВО
Шел плановый ремонт дома. Строители выносили из подъездов старые батареи и складывали их в штабеля рядом с автомобильной стоянкой. Одна на другую. Штабель за штабелем.
Рядом с одним из штабелей припарковалась зеленая "восьмерка", из неё выпорхнула молодая белокурая особа и, хлопнув дверцей, устремилась в подъезд. Машина попрощалась с ней, пискнув вслед сигнализацией.
– Шикарная девчонка, - выплюнул сигарету изо рта Гера, - Я бы не отказался с такой познакомиться.
– Дохлый номер, - сморщился Виталик, - Сколько раз уже пробовали, но кроме презрительных взглядов в ответ ничего не получали.
– Такая неприступная?
– спросил Гера.
– Как полоса препятствий.
– подытожил Виталик.
– Фигня, - сказал я, - Можно сделать так, что она сама к вам подойдет и попросит об одолжении.
– Каком ещё одолжении? Мы ей ничего не должны. Как и она нам.
– с безнадежностью в голосе ответил Гера.
– Слушай сюда.
– сказал я, лениво наблюдая за тем, как двое ремонтников, раскорячившись, вытаскивают очередную батарею из подъезда, Надо только взять пару радиаторов и положить их на багажник её "восьмерки". Девчонка подойдет к своей тачке, увидит над кабиной батареи и обратиться к вам за помощью. Вот и повод для знакомства.
– Ты - гений, - сказал Виталик и ткнул Геру в плечо, - Пошли-ка забросим, все равно делать нечего.
Они устремились к штабелю и легко и непринужденно закинули пару радиаторов, весом килограммов по шестьдесят каждый, на решетчатый багажник "восьмерки". Теперь оставалась самая малость - дождаться выхода белокурой героини, выслушать её просьбу и назвать свои имена. Все были уверены долгожданное знакомство тут же состоится.
В процессе ожидания произошло немало значительных дворовых событий. Крикливая ворона, усевшись на дерево, в тени которого мы ожидали появления хозяйки "Жигулей", нагадила на кремовый пиджачок Виталика. Один из неопытных ремонтников обронил радиатор себе на ногу и так кричал, что спугнул ворону. В песочнице на детской площадке обосновалась компания из трех ребят студенческого возраста: пили пиво, рассказывали какие-то анекдоты и хохотали на всю округу.
Наконец, дверь распахнулась, и из подъезда вышла гордая девчонка. Гера и Виталик засуетились, поднялись с лавочки и, готовые сию же минуту оказать услугу, сделали несколько шагов в её направлении.
Хозяйка "Жигулей" подошла к машине, "сфотографировала" радиаторы на багажнике, и, бросив полный презрения взгляд на двух "донжуанов", открыла дверцу автомобиля. Через секунду заурчал двигатель, и "восьмерка" плавно обрулила Герку и Виталика.
Около песочницы, где все ещё хохотали студенты, машина оставалась. Водитель в короткой юбке грациозно покинула
– Ребята, не поможете снять батареи с багажника?
– Пять секунд, - ответили почти хором, - А как вас зовут?
– Света.
Тут же радиаторы были скинуты с багажника.
– А вы нас до метро не подбросите, Светочка?
– спросил один из студентов.
– С превеликим удовольствием, - ответила девчонка.
Вся компания загрузилась в кабину, и "Жигуль" взвизгнув шинами, скрылся в облаке пыли.
Наглющая ворона снова заняла свое место на дереве над лавочкой.
– Стерва!
– с негодованием сказал Гера и, подняв камень зашвырнул его в птицу...
1999 г.
РАЗБИТОЕ СЕРДЦЕ
Леха вел машину по обледеневшему шоссе и психовал. Так бесславно и, что самое главное, болезненно прошла ночь. Причина его болезни развалилась на заднем сиденье и держала на коленях таксу-суку.
– А побыстрее нельзя?
– в который раз спросила Вика, пряча подбородок в воротник норкового манто, - Родители, наверное, уже изволновались.
– Гололед, - сквозь зубы ответил Леха, но скорость все-таки прибавил.
Всю ночь он предпринимал попытки овладеть противной девчонкой, но все они разбивались словно волны о неприступный утес. Ни ласки, ни шампанское, ни мрак при одиноко горящей свече не пробудили в Вике ответного желания. Да ещё эта такса-сука, которую прихватила с собой на дачу Вика, надрывно завывала, когда Леха пытался обнять и поцеловать девчонку.
"Жизнь прошла мимо", - думал Леха, сбрасывая газ на очередном повороте.
– Боже мой! Мы не едем, а ползем!
– снова выразила свое недовольство пассажирка.
Голодная сука-такса, словно подтверждая слова хозяйки, громко заскулила.
"Гадина!" - прошипел про себя Леха то ли на собаку, то ли на её владелицу. Дабы не съязвить что-нибудь дерзкое, он сжал зубы, втопил акселератор газа в пол машины и в ту же секунду почувствовал, как задние колеса понесло в сторону. Он резко вывернул руль вправо, но автомобиль уже не слушался управления. Он скользил вдоль дороги левым боком. Еще секунда и левые колеса влетели в рытвину. Машина перевернулась раз, другой, третий, наконец слетела с трассы и зарылась в сугробе придорожного кювета. Благо, она снова стояла на четырех колесах.
Из шока Леху вывел вой таксы. Он оглянулся на свою зазнобу: к его удивлению Вика по-прежнему держала собаку и... улыбалась.
– Вот так сальто-мортале!
– оглядываясь по сторонам, с восторгом сказала она и добавила, - Вот теперь, Лешка, я тебя хочу!
– Обойдешься, - ответил Леха и постарался открыть дверь. Та не поддавалась. Заклинило видимо. Тогда он с остервенением принялся крутить ручку для открывания окна. Морозный воздух ворвался в салон автомобиля.
Он вывалился наружу и, глянув на машину, понял: кузов никакому восстановлению не подлежит. Сплюснутая крыша, измятые бока, разбитые капот и бампера. Совсем новенький "Ауди" с пробегом двенадцать тысяч километров бесславно закончил свое существование. Леха, не обращая внимания на лютый холод, медленно опустился в снег. По щекам текли слезы. То ли от обиды, то ли от мороза. Но долго оплакивать смерть автомобиля ему не пришлось. Из салона донесся визг Вики.