Авиатор
Шрифт:
Она осторожно, — чтобы не разбудить Ивана, — встала с кровати. Быстро оделась. Рассовала по карманам папиросы, спичечный коробок, плитку шоколада и пластиковую бутылку с водой. Позаимствовала из коллекции хозяина хороший клинок в кожаных ножнах — настоящий нож разведчика и, оставив в кресле брошенный с вечера кожаный пиджак, взяла из стенного шкафа в коридоре старую куртку-штормовку. Вышла на лестницу. И как тут же выяснилось, вовремя, потому что в следующее мгновение она уже стояла в знакомом, но не сразу узнанном дворе-колодце. Под ногами полопавшийся
Лиза постояла, примериваясь, вдохнула носом смрад давно не мытого мусорного бака, покачала головой и пошла через арку подворотни, и еще через один двор, и снова через подворотню, и вышла на улицу, не узнать которую просто не могла.
Это был её Ленинград. Тут уж не ошибёшься. Лиза, конечно, успела кое-что забыть. Но, как говорится, разучиться плавать или стоять на коньках — невозможно. И свой город, свой мир она узнала сразу. По воздуху, по внутреннему ощущению, по множеству мелких и, словно бы, неважных примет, из которых, на самом деле, и складывается образ города.
— Девушка! — обратилась она к понравившейся ей невысокой блондинке. — Не могли бы вы мне помочь?
— А в чем дело? — девушка осмотрела Лизу с ног до головы и нахмурилась.
— Понимаете, товарищ, я выскочила со съёмок, покурить, а кошелек забыла. Не выручите девушкой, очень позвонить надо!
— Ох, — облегченно вздохнула девушка, — ну конечно!
И она стала рыться в сумочке.
— А что снимаете?
— Остров сокровищ в новой редакции.
— По мотивам, — поняла смышленая девушка и протянула Лизе две двушки. — Держите!
— Вот спасибо!
— Да, не за что, товарищ! — И, улыбнувшись, девушка пошла своей дорогой.
А Лиза пошла к знакомому с давних пор телефону-автомату. Вошла в будку, сняла с рычага трубку, услышала гудок…
«Ну, и кому станешь звонить, товарищ Берг?»
Но вопрос этот, скорее всего, был риторическим. Лиза набрала номер и, дождавшись пока ответят, попросила соединить ее с Елизаветой Борисовной Берг. Ответила ей секретарша Зиночка, никогда не отличавшаяся большим умом, зато любившая поговорить. Так что попросить ее соединить Лизу с самой собой, показалось хорошей идеей.
— Ой! — сказала Зиночка, и Лиза напряглась, ожидая услышать неприятное известие о собственной смерти. — А Елизавета Борисовна только что ушла.
«Что?!» — не поверила своим ушам Лиза.
— Ушла? — спросила она вслух.
— Ну, ей пораньше сегодня надо было! — встала на защиту Лизы секретарша. — А вам что, срочно нужно?
— Да, пожалуй… — не нашлась, что ответить Лиза.
— Тогда, позвоните ей домой, — предложила Зиночка. — Она через полчаса, наверняка, уже доберется. Только она теперь не Берг, а Линева.
— Почему Линева? — не поняла Лиза.
— Потому что замуж вышла! — удивилась ее непонятливости Зиночка.
«Я вышла замуж за Линева? А, впрочем, почему бы и нет? Он, вроде, за мной
— А где они живут? — решила она уточнить на всякий случай. — У Елизаветы Борисовны или у Вадима Анатольевича?
— У Елизаветы Борисовны. Вы ее домашний телефон знаете?
— Знаю, — Лиза была в замешательстве, но к секретарше это отношения не имело. — Спасибо!
И она повесила трубку.
«Одна в двух лицах?»
Лиза вышла из будки, прошла вдоль домов до крошечного скверика, расположенного как раз напротив подъезда ее дома, села на скамейку и достала папиросы. Черт его знает, как это возможно, но, если здесь осталась живая и невредимая Лиза Берг, то кто, тогда, она сама? Ну, не может же, в самом деле, существовать две копии одного и того же человека!
«Или может?»
Могло случиться и так, но могло и по-другому. А что если они просто поменялись с Елизаветой Браге телами и мирами? Может такое случиться?
«Логике не противоречит…»
Лиза закурила и подставила лицо под мелкую морось. После африканской пустыни дождь казался невероятным чудом. И, хотя она перешла сюда не прямо из Африки, ей эта прохлада и влажность все еще были в удовольствие, а не наоборот.
«Да уж…»
Ждать долго не пришлось. Минут двадцать, никак не больше. Лиза выбросила в урну окурок второй папиросы и вдруг без видимой причины посмотрела в сторону станции метро. Посмотрела и сразу же увидела саму себя. Такую, какой была до того, как стала капитаном Браге: невысокую, склонную к полноте, но скорее пухленькую, чем толстую, блондинку. Смотреть на себя со стороны было непривычно, но интересно. Лиза проследила за «собой» почти до самого подъезда. Потом окликнула.
— Лиза!
Женщина остановилась, посмотрела через плечо. Обернулась. Нахмурилась, но молчала до тех пор, пока Лиза не перешла, пропустив несколько машин, через проезжую часть.
— Вы?..
— Зависит от того, что вы помните, — пожала плечами Лиза.
— Смешно…
— Что здесь смешного? — разговор складывался как-то странно. Не так, как планировала Лиза. Впрочем, она и не планировала. Все само случилось. Спонтанно.
— Вы мне во сне приснились, — сказала Лиза Линева. — Но я вас запомнила. Вы… Ну, там, если честно, было много неприличных моментов…
— Серьезно? Я с кем-то?..
— Да, — чуть покраснев, кивнула женщина.
— С мужчиной или с женщиной?
— А вы откуда знаете? — встрепенулась вдруг Линева. — Постойте! Так это все на самом деле? Вы действительно капитан? Я видела не сон?
— Когда вы видели этот сон? — спросила Лиза, не дав Линевой углубиться в тему реальности ее сновидений.
— Да, давно уже! — женщина смотрела на Лизу с удивлением и… Пожалуй, это был восторг. — У нас на работе одну экспериментальную машину испытывали. Ну, и рвануло. Обошлось без жертв, — успокоила Линева насторожившуюся, было, Лизу, — но меня контузило. Вот в больнице вы мне и приснились. Но это был не сон, так?