Август Хромер
Шрифт:
– Вы кто такие? – растерянно, но вместе с тем грозно спросил некто.
Этим неким оказался заведующий отделением, доктор Нави Лондок. В пылу погони мы даже не сразу обратили на него внимания. Немолодой, вытянутый в длину, узкий в плечах, с большой вытянутой головой, маленькими ушами и чёрными смоляными волосами, зачёсанными назад. У Лондока оказались очень длинные руки и пальцы, которые, если я не ошибаюсь, свидетельствуют о какой-то болезни. У доктора оказался совершенно несуразный, прямоугольный подбородок.
Из-под подбородка явственно выпирает
Небольшой человечек сидел в удобном кресле за рабочим столом и возился с какими-то бумагами, пока мы не ворвались. В его кабинете довольно просторно, так же бело, чисто и светло, как и везде. Возле стен стоят ряды застеклённых шкафов, заполненных папками, в углу диванчик для гостей, рядом какие-то металлические шкафы с выдвижными ящиками. Свет в кабинете идёт через застеклённый люк в потолке.
Но вернёмся поближе к Нави Лондоку.
– Мы из Сантиба, сэр Лондок, – устало повторила уже, наверное, десятому человеку в этой клинике Салли.
– Из Сантиба? – переполошился доктор и поправил пенсне, – Но что вы здесь делаете? И почему за дверью охрана?
– Насчёт второго вопроса, – я грозно надвинулся на Нави, – Потому что нас решили не пускать по-хорошему, а вот что касается первого вопроса, то это вы нам должны ответить: почему в вашей клинике лечат преступников?
– Это возмутительно! – вскочил с места заведующий, – О чём вы говорите?
– Об этом, например, – Салли аккуратно разложила перед всполошённым доктором сертификат Гроула.
Изучив бумагу, заведующий понял, что теперь отпираться бесполезно, и уселся снова на своё место. Осознав, что рука закона уже практически дотянулась до него, он снял пенсне и протёр руками разом вспотевшее лицо.
– Я ничего не знаю об этом… – он отстранил от себя компрометирующую бумажку.
– Вы врёте, сэр Лондок!
– Нет, не знаю! И что это вообще такое? Что за бумага?
– Не увиливайте, Нави, – Салли строго ошпарила доктора взглядом, способным покрывать металл ржавчиной, – В вашем отделении бесплатно лечили опасного преступника, и вы всё это прекрасно знали! Вы прекрасно знали, что у вас в палате лежит никто иной, как Хестер Гроул, но ни вы, ни другие сотрудники клиники даже не попытались доложить об этом стражам порядка! Вы укрывали здесь преступника, а за укрывательство полагается существенный срок в тюрьме!
– Вы это не докажете! – совсем испуганно, как мышь, окружённая голодными удавами, пискнул Нави.
– Эта бумага уже всё доказывает.
– Надоели! – взревел вдруг Истериан и распахнул дверь.
Троих уронило на пол сильным толчком, ещё одному Истер знатно пересчитал рёбра тремя выверенными ударами. Кто-то из охранников схватил полукровку за плечо, готовый парализовать шокером, но был тут же выключен из боя ударом ноги в подбородок. Косым хуком ловкач заставил одного из противников схватиться за печень и упасть на колени, после чего заскочил
– Их ещё больше набежало! – предупредил полукровка, сильнее ухватившись за ручку.
– Постарайся удержать их, здесь они нам ни к чему, – прохрипел я.
– Так что, сэр Лондок? – прищурилась Салли.
– Он был моим пациентом, и я воспринимал его как простого пациента, – проблеял Нави.
Тут уже не выдержал я:
– Твой простой пациент сейчас ходит по улицам и убивает людей, идиот! Тебя может ждать не тюрьма, а самая настоящая виселица! Кончай тут строить из себя образец сохранения врачебной тайны! Давайте лучше просто пристрелим его и обыщем кабинет, думаю, в старых папках найдём всё, что нужно!
Я даже не доставал пистолета, а Нави уже сдался и завизжал от страха:
– Нет! Нет! Не надо! Я всё расскажу, я всё расскажу!
– Сперва уберите охрану, – вступила в своё дело Салли.
Дрожащий всеми своими тонкими конечностями похожий на жука заведующий отделением вскочил с кресла и пулей метнулся к двери, поднимая потоком воздуха всякие бумажки в полёт. Истериан своевременно уступил ему место и отскочил в сторону. Толпа охранников ринулась внутрь, но была тут же остановлена Нави Лондоком:
– Прошу вас вернуться на свои места, – вскинул длинные руки Нави, – Я пропускаю этих людей. Я не взят в заложники.
Поначалу громилы не сходили с места, оценивая небольшими мозгами происходящее, но по уверенному лицу заведующего поняли, что ситуация худо-бедно под контролем, и начали расходиться.
Когда коридор опустел, доктор вернулся на своё кресло и шлепнулся с таким усталым видом, словно всё утро таскал рельсы.
– Я вас слушаю, – кинул он, уставившись в стол.
– Для начала скажите, чем занимаются в вашем отделении? – Салли решила зайти издалека.
– Это тайна, я не имею права раскрывать её без дозволения владельца Клиники.
– Вы опять начинаете? – строго выговорил я и устроился на довольно жёстком диванчике.
Нави Лондок долго не мог собраться и начать говорить. Всё же понимание того, что без ответов на абсолютно все вопросы мы не уйдём, решило исход дела:
– Наше отделение узкоспециализированное, мы занимаемся исключительно пересадкой сердца…
– Что?! – крик Салли был подобен грому с молниями, грозящими концом света и апокалипсисом, – Вы понимаете, что это незаконно на Альбионе? Девяносто девять процентов операций заканчиваются смертью!
– Сэр Сеттэр собрал лучших хирургов, – в успокаивающем жесте поднял руки Нави, – У нас ещё не было ни одной операции со смертельным исходом.
– Думаете, это вас оправдывает?
– Я не виноват! Я лишь получил работу и честно выполняю её… Я горжусь тем, что могу спасать людям жизни…
– Нарушая при этом закон! – закричала Салли, после чего сзади её взял за плечи Истериан и, словно бы, пустил через них спокойствие в девушку.
Нави закрылся руками, словно на него замахнулись дубиной, и нервно выпрямился в кресле.