Аванпост
Шрифт:
Но мы с навигационным компьютером так заигрались в покер, что он забыл о своих основных обязанностях и пришел в себя, лишь когда мы уже вращались вокруг Нептуна (или Юпитера), но не Земли.
Я узнал об этом уже после посадки, когда компьютер предложил мне надеть скафандр и шлем, а уж потом отдраивать люк. Меня это удивило, но я решил, что мы приземлились около токсичной свалки. И, лишь выйдя из корабля, понял, что ландшафт ни в коей мере не напоминает земной, знакомый по многочисленным голографиям.
Я уже собрался
Подошел, оказался перед огромной дверью, высотой не меньше семидесяти футов. Толкнул, но она не поддалась, вероятно, запертая изнутри. Тут уж мне тем более захотелось посмотреть, что находится в здании, и я пошел вкруг него, а тянулось оно как минимум на полмили, в поисках входа.
Когда не смог его найти, тыкался в десяток дверей, но ни одна не открылась, решил забраться на стену и войти через окно.
Подъем, доложу я вам, не потребовал особых усилий. Стены покрывали барельефы каких-то диковинных животных, так что было и куда поставить ногу и за что схватиться рукой. Добравшись до окна, на высоте где-то в сорок футов, я обнаружил, что и оно заперто, а стекло такое прочное, что вышибить его ударом ноги совершенно невозможно.
Я уж подумал о том, чтобы расплавить его лучевиком, но не знал точно состава атмосферы Нептуна. Если б она процентов на восемьдесят состояла из кислорода, я одним нажатием спускового крючка превратил бы Нептун в огромный костер.
Поэтому продолжил подъем и где-то через час добрался до крыши, которую от земли отделяли добрые триста футов. Начал ее обследовать в поисках вентиляционных шахт или дымовых труб, по которым мог бы спуститься. Посередине обнаружил какую-то трубу, но она уходила вертикально вниз, и я резонно предположил, что, воспользовавшись ею, могу разбиться насмерть или покалечиться. Поэтому продолжил поиски и нашел-таки люк, а под ним лестницу. Решил, что ею пользовались строители, а может, тот, кто чистил крышу. Но в любом случае, ростом эти ребята были ничуть не ниже тех, кто входил через семидесятифутовые двери, потому что перекладины отстояли друг от друга футов на пятнадцать.
Я зависал на верхней ступеньке на одной руке, потом разжимал пальцы, пролетал футов шесть, приземлялся ногами на следующую. Вот так и добрался до самого низа. Оказавшись в чернильной тьме, включил фонарь на шлеме, нашел дверь, толкнул… и она открылась.
Я вышел в огромный зал, в котором стояли два десятка высоченных резных стульев, предназначенных для существ ростом под семьдесят футов.
Чей-то голос прошептал мне в ухо: «Ты можешь дышать этим воздухом».
Я развернулся, выхватил лучевик.
— Кто это сказал?
— Я, — последовал ответ. — Твой скафандр. Я провел анализ воздуха,
— Благодарю.
— Чертовски хорошо, что ты не сумел разбить окно.
Я понял, что у меня два варианта: или весь день проболтать со скафандром, или вылезти из него и начать обследовать зал. Остановился на втором.
Проходя мимо стульев, предположил, что каждый из них — трон, который не использовался после того, как король, восседавший на нем, покидал этот мир.
По правде говоря, Нептунские короли меня совершенно неинтересовали, но я бы не отказался найти их драгоценности.
В зале, кроме стульев и каких-то странных гобеленов н стенах, ничего не было, но аккурат за девятым троном я обнаружил высокую арку, а за ней — примыкающую к залу комнату, где и нашел потрясающую голую женщину, которая стояла, уставившись на меня.
— Доброе утро, мэм, — поздоровался я. — Я — Катастрофа Бейкер, готов выполнить любое твое желание.
Женщина не произнесла ни слова, не повела и бровью и, должен признать, меня несколько удивила ее абсолютная неподвижность.
— Утром ты одевалась в спешке, не так ли? — спросил стараясь завязать дружеский разговор.
Ответа не получил и подошел ближе, чтобы посмотреть, а вдруг передо мной статуя.
Она определенно не дышала, глаза смотрели в одну точку в Зале Нептунских Королей, но выглядела она, как живая.
И тут до меня дошло, что я, конечно же, ошибаюсь, потому что ростом она была на фут ниже меня, тогда как здешние обитатели возвышались над землей как минимум на пятьдесят футов.
Я сильно огорчился. За свою жизнь я навидался прекрасных обнаженных женщин, но ни одна не могла сравниться с этой.
Собрался продолжить поиски драгоценностей, но сначала решил-таки подойти поближе, чтобы насладиться мастерством скульптора. Даже с расстояния в два фута меня не оставляло ощущение, что передо мной женщина. Кожа казалась такой гладкой, что я протянул руку, чтобы коснуться ее, чтобы посмотреть, мрамор это, камень или какой-то искусственный материал, но и на ощупь она ничем не отличалась от женщины.
Я задался вопросом, сколь реалистичны остальные детали, пощупал ее там, здесь, еще в одном месте… и вот когда положил руку на это самое место, она издала крик, который разбудил бы и мертвого, после чего отвесила мне оплеуху.
— Я думал, ты — статуя! — попытался оправдаться я.
— Была статуя, — отметила она ангельским голоском. — Извини, что ударила тебя. Это инстинктивная реакция.
— У тебя сильные инстинкты, мэм.
— В действительности я должна тебя поблагодарить. Замороженная, я простояла здесь пятнадцать тысячелетий. — По ее телу пробежала дрожь, а у меня глаза чуть не вылезли из орбит. — И простояла бы вечность, если б не ты.
— Может, объяснишь, что происходит, мэм. — Я действительно ничего не понимал.