АУТ
Шрифт:
— В бассейн, конечно! — воскликнула она, выбегая из квартиры.
В радостном возбуждении от предстоящей прогулки, Анна, похоже, совершенно не заметила мрачного настроения Сатакэ.
— В какой именно? «Кейо плаза»? Или «Нью-Отани»?
— О нет, в отелях ужасно дорого.
Даже тратя чужие деньги, Анна всегда стремилась избегать ненужных излишеств и склонялась к простоте и экономии.
— Тогда куда?
Он захлопнул дверь и направился к лифту.
— Меня вполне устроит городской бассейн. За
Разумеется, городской бассейн дешевле, но там всегда было шумно и многолюдно. Впрочем, если ей так хочется, то почему бы и нет? Сейчас Сатакэ хотел только одного: спастись от жары. Если при этом можно и Анне доставить удовольствие, то тем лучше.
Бассейн кишмя кишел школьниками и юными парочками, так что к тому моменту, когда Анна появилась из раздевалки в ярко-красном купальнике, Сатакэ уже расположился в тени под деревьями, огораживающими верхнюю часть площадки.
— Милый! — крикнула она на бегу и помахала ему.
Сатакэ кивнул, придирчиво рассматривая молодое тело,
которое вполне можно было бы назвать идеальным, если бы не вполне уместная в таком месте белизна кожи. Крепкие и полные груди и бедра, длинные ноги, округлые плечи…
— А ты разве не собираешься искупаться? — спросила Анна и глубоко вздохнула, словно наслаждаясь запахом хлорки.
— Я лучше понаблюдаю за тобой отсюда.
— Но почему? — Девушка схватила его за руку и потянула. — Ну же, поднимайся!
— Нет, иди без меня. Только не задерживайся, у нас не более часа.
— Всего-то?
— Не заставляй меня повторять одно и то же. Тебе еще нужно оставить время на парикмахера.
Анна раздраженно хмыкнула, но перечить не стала и побежала к воде. Через минуту она уже играла в мяч с группой девочек. Сатакэ благодушно улыбнулся. Какая же она милая. Он чувствовал, что испытывает потребность быть с ней, заботиться о ней. Нельзя отрицать — она доставляла ему удовольствие, в ее присутствии он позволял себе расслабиться. И все же даже Анна не могла заставить утихнуть ровный гул прошлого, заполнивший его голову с приходом лета. Сатакэ надвинул очки и закрыл глаза.
Когда через какое-то время он открыл их, Анны на прежнем месте уже не было. Поискав глазами, Сатакэ обнаружил ее на середине бассейна в окружении шумных, плещущихся детей. Поймав его взгляд, Анна помахала ему рукой и поплыла к берегу медленным, неуклюжим кролем. Через пару минут рядом с ней появился молодой мужчина, явно старавшийся завязать разговор. Сатакэ снова закрыл глаза.
Потом она вышла и, подойдя к нему, стала отжимать длинные черные волосы. Он заметил, что молодой человек посматривает в их сторону. Волосы у него были собраны в хвост, в одном ухе поблескивала сережка.
— Тебя заметили, — сказал Сатакэ.
— Да, он заговорил со мной в бассейне.
— Кто он?
—
Глядя на скатывающиеся по рукам и ногам капельки воды, он любовался ее красотой, молодостью, совершенством.
— У нас еще есть немного времени. Почему бы тебе не поплавать с ним?
— А зачем? — спросила она, огорченная отсутствием вполне естественной со стороны мужчины реакции.
— Ты же ему понравилась, разве нет?
— А ты не против?
— Нет, если речь идет о работе.
— О!
Бутон невинности лопнул. Отбросив полотенце, девушка убежала к лежащему возле бассейна молодому человеку. Увидев ее, тот привстал, явно обрадованный, а через секунду удивленно посмотрел на Сатакэ.
По дороге домой девушка почти все время молчала.
— Подброшу к парикмахерской, — сказал он.
— Но потом не заезжай.
— Почему?
— Возьму такси.
— Хорошо. А я приму душ и загляну в клуб.
Высадив Анну на обычном месте, Сатакэ свернул на Яматэ-авеню. Солнце успело опуститься и било теперь прямо в глаза. Летние закаты всегда пробуждали воспоминания, но то, которое нахлынуло сейчас, было настолько живым, настолько ярким, что он невольно моргнул. Вернувшись в квартиру, Сатакэ подошел к окну и еще долго смотрел на длинные тени, протянувшиеся от башен Синдзюку через всю улицу. Утреннее ощущение, раздражающее, неподвластное воле предчувствие опасности, вернулось.
Стоило Сатакэ появиться в дверях «Мика», как все хостессы, подчиняясь установленной процедуре, повернулись навстречу гостю. Впрочем, предназначенные клиентам пластиковые улыбки тут же поблекли и растворились, как только девушки узнали босса. Сатакэ оглядел пустой зал.
— Какого черта? Что такое? Не сезон?
Он посмотрел на подошедшего менеджера.
— Еще рано, — ответил менеджер, торопливо раскатывая рукава белой рубашки.
Сатакэ, всегда требовавший от сотрудников аккуратности и опрятности в одежде, заметил, что «бабочка» у Цзиня — так звали управляющего — съехала в сторону, а черные брюки успели изрядно помяться.
— Приведи себя в порядок.
— Извините, босс, — пробормотал Цзинь, отходя в сторону.
Словно почувствовав настроение хозяина, из кухни выпорхнула Рэйка. На ней было черное платье, из украшений — нитка жемчуга. Как будто на похороны собралась, мрачно подумал Сатакэ.
— Добрый вечер, Сатакэ-сан. Боюсь, сегодня у нас небольшое затишье. Думаю, это из-за жары и…
— Что еще за небольшое затишье? Кому вы звонили? Бизнес сам не пойдет, если ничего не делать! — Он обвел взглядом комнату и остановился на вазах. — И поставьте, черт возьми, свежие цветы!