Атомный поезд
Шрифт:
— Как учили, товарищ майор.
Уже когда особист ушёл, появилось впечатление, что он не столько хвалил его, сколько издевался. Но Кудасову и на это было сейчас наплевать.
— Что там творится в Кротове, прямо у вас под носом, товарищ майор?
Официальный тон и обращение на «вы» показывали, что подполковник Кандалин не в духе. За год тесного сотрудничества с Уполномоченным Министерства обороны Маслов научился улавливать любые нюансы его настроения. Сейчас Олег Станиславович, сцепив пальцы в замок, положил тяжёлые кисти на несколько листков с грифом
— Вот копия рапорта Кравинского. Он не соизволил информировать меня и послал его сразу в Центр. А там — целый букет… Нездоровая обстановка в отдельном дивизионе и на борту БЖРК: пьянки, интриги, лесбиянство!
При последнем слове Маслов заинтересованно вскинул голову.
— Да, да, лесбиянство! Жена полковника Белова соблазняет телефонисток и даже жену офицера! Вам было известно обо всём этом?
Майор пожал плечами.
— На уровне слухов. Ни одного факта, зафиксированного в приказе…
— Приказов ждёте? Там уже расчётные цифры фальсифицируются! Мы отвечаем за боеготовность стратегического комплекса! И можем потерять голову без всяких приказов! — Кандалин стукнул кулаком по столу. — А вы все чего-то ждёте!
— До потери головы не дойдёт, — буркнул Маслов. — Времена не те. И потом, прямую ответственность за все происходящее в части несёт Булатов, а не мы.
Кандалин стукнул кулаком ещё раз.
— Если они завтра промахнутся, достанется всем нам!
— Не промахнутся. У Кудасова отличные показатели. А Белова нужно убирать, Олег Станиславович. Когда мы его заменим, большинство проблем рассосётся само собой. И с лесбиянством в том числе.
Подполковник почесал в затылке.
— И наступит тишь, гладь и божья благодать? Да? Но ведь у Кудасова тоже проблемы? От него ушла жена и вернулась сюда, в Тиходонск, под родительское крылышко. Дело попахивает разводом. Почему я узнаю об этом не от тебя?
— Развод не обязателен. Сегодня поссорились, завтра помирились, — деликатно заметил Константин. — И потом, разве можно сравнивать Кудасова с Беловым? Сдал полковник. Откровенно сдал. Весь на нервах. Лишнего стал закладывать за воротник. По лицу видно, Олег Станиславович. А что касается Александра Кудасова… — Маслов пожал плечами. — Парень он выдержанный, неконфликтный. И это не только я так считаю…
— И тем не менее, — Кандалин резко оборвал подчинённого на полуслове. — Я хочу, чтобы при следующей встрече с Кудасовым ты поговорил с ним, Костя.
— О чём?
— О моральном облике будущего начальника смены.
Маслов снова пожал плечами. Таким разговорам грош цена. Но переубеждать Кандалина было бесполезно. Это человек старой закалки, и он свято верит во всевозможные беседы и проработки.
— Есть, товарищ подполковник, — произнёс он после небольшой паузы.
Но разговор ещё не был закончен.
— И ещё, — продолжил подполковник. — Нам тоже надо подстраховаться. Целенаправленный интерес к БЖРК со стороны ЦРУ требует адекватных защитных действий. Чтобы никто не смог упрекнуть нас в халатности.
— Какие ещё действия мы можем предпринять? — недоуменно спросил Маслов.
— Усилить охрану объекта и активизировать контрразведывательные мероприятия. Я запросил Центр,
Маслов кивнул.
— Они прибудут в Кротово сегодня к вечеру. Работать будут под твоим началом, не замыкаясь на Кравинского. Задействуй их на полную мощность. Это опытные контрразведчики и могут принести нам немалую пользу.
Маслов кивнул ещё раз:
— Я вас понял, товарищ подполковник.
БЖРК приближался к точке пуска. Она была выбрана с таким расчётом, чтобы на сотни километров вокруг не было людей, даже случайных свидетелей. И время рассчитывалось специально: чтобы в небе не было американских спутников-шпионов. Место и время «Ч» сойдутся вместе через два часа и сто двадцать километров.
Мощные турбины крутили колеса локомотива, он стремительно тащил вперёд состав стратегического ракетного комплекса. В четвёртом вагоне царило особое напряжение. Нервничали операторы смены запуска, даже начальник поезда, который заходил сюда каждые полчаса, был явно не в своей тарелке.
Старший лейтенант Кудасов сидел за боевым пультом, вглядываясь в монитор перед собой. Десятки служб и сотни человек готовили успех запуска. Техническая разведка отслеживала спутники противника, агентурная разведка выясняла, какие опасности могут угрожать БЖРК, метеорологическая служба контролировала погоду на трассе, космическая разведка готова была предупредить о зарождающемся смерче или урагане, повышении солнечной активности или других внезапных факторах, способных повлиять на конечный результат. На Новой Земле интенсивно готовят полигон к приёму «карандаша»: выставлено оцепление, принимаются меры по обеспечению радиационной безопасности, личный состав укрыт в подземных убежищах. Неспокойно и в Москве. В усиленном режиме работает руководство РВСН, дежурный в Генеральном штабе ждёт исхода учений, чтобы немедленно доложить министру, а министр готовит доклад самому Президенту.
Но на вершине всей этой гигантской пирамиды находится он — вчерашний курсант Кудасов. Именно ему предстоит рассчитать траекторию, нажать кнопку и направить ракету в цель. Дело осложняется тем, что если стационарные МБР стартуют из известной точки по стандартному маршруту, то для «Молнии» практически весь курс придётся прокладывать заново, в соответствии с координатами комплекса в момент старта. Это очень серьёзная задача для расчётчика. Сегодня это старший лейтенант Кудасов. Поэтому он так напряжённо вглядывается в экран монитора, на который выводятся все исходные данные.
На своих местах находятся и все операторы. Не только дежурные — Кудасов, Половников и Козин, свободные от дежурства Шульгин и Петров тоже пришли в отсек запуска. Поскольку сидячих мест на всех не хватает, Шульгин с Петровым стоят в коридоре, прислонившись к стальной стене. Что ж, боевой запуск настолько редкое событие, что пропустить его невозможно.
Начальник смены запуска сегодня не командир пуска. Заложив руки за спину и совершенно не обращая внимания на окружающих, Белов энергично мерил шагами свободное пространство. Но его было немного, он то и дело натыкался на не успевшего отскочить подчинённого.