Атомный поезд

Корецкий Данил Аркадьевич

— Так вы всё время рисковали подорваться? — спросил Мачо, не отрывая взгляда от дороги.

— Почему? — удивилась девушка.

— Я про мины.

— А-а-а… Они в запретной зоне, мы туда не ходили.

Мачо прибавил газу. Они ехали вдоль железнодорожного полотна, огороженного несколькими рядами колючей проволоки. По рельсам медленно двигалась дрезина, два автоматчика пристально всматривались в прилегающие окрестности.

Даже того, что он узнал за пять минут, было достаточно, чтобы сделать вывод: база «Мобильного скорпиона»

охранялась очень хорошо. К тому же наверняка предусмотрено быстрое прибытие подкрепления, даже установлен какой-то норматив… Наверное, пятнадцать-двадцать минут…

Молчание затягивалось. Это недопустимо. На первом этапе знакомства очень важен плотный вербальный контакт. Если пауза длится более минуты, девушки разочаровываются в кавалерах. А когда люди мало знакомы, лучше всего говорить о мудрёных, но интересных для собеседницы вещах: о чувствах, о потаённых уголках души либо о ней самой. Мачо проходил специальную психологическую подготовку, набрал большой опыт и мог бы написать на эту тему целый трактат. Или руководство для начинающих донжуанов. Впрочем, кто такой Дон Жуан? Совсем недавно Мачо с удивлением узнал, что громкую славу тот снискал, соблазнив 24 женщины! За всю жизнь! Во время отдыха где-нибудь на Гавайях ему самому доводилось достигать такого количества за месяц…

Дорога послушно ложилась под колёса, солнце садилось, уступая место сумеркам, от этого в салоне «БМВ» было особенно уютно.

— Мне бы хотелось, чтобы эта неповторимая поездка не заканчивалась никогда, — Мачо посмотрел на высоко открытые ноги спутницы. Кожа на коленках блестела, как будто подсвечивалась изнутри.

— Неповторимая? — заворожённо переспросила Оксана.

— Да. Всё в жизни неповторимо. Ведь жизнь — это театр. И никогда нельзя сыграть одну и ту же сцену одинаково. Один и тот же спектакль, одна и та же сцена, одни и те же актёры, одинаковый текст. Но все равно каждый раз это будет другая сцена.

Сейчас Мачо делал сразу три дела: вёл машину, поддерживал разговор и тестировал свою попутчицу. К концу поездки он должен составить полное впечатление об её внутреннем мире, характере, психологии. От этого очень многое зависело.

— Почему? — Кудасова с неподдельным интересом слушала своего спутника. До сих пор мужчины никогда не говорили с ней на столь возвышенные темы. Смысл произносимых слов, тембр голоса, интонации обволакивали её, расслабляли и успокаивали. Она испытывала полное умиротворение.

— Всё в мире постоянно меняется, — Мачо опустил правую руку на подлокотник и будто невзначай коснулся ладони девушки. Она не убрала её. — Изменяется температура воздуха, влажность, давление, настроение актёров, их самочувствие, энергетика организма, да и сам организм меняется: обновляются клетки, растут ногти, волосы…

— Я никогда не чувствовала этого. А может, просто не задумывалась. И я не чувствую в себе никакой энергетики. Я же не электродвигатель и не трансформатор…

Теперь наступила очередь Мачо улыбаться.

— Сейчас

я вам кое-что покажу, — таинственно пообещал он. — Расстегните мне карман рубашки, пожалуйста. Вот этот, нагрудный, справа.

Он вполне мог и сам это сделать, но изобразил, что как раз не может, даже положил руку обратно на руль. Но Оксану просьба не смутила. Ловкие пальчики быстро расстегнули пуговицу.

— Там деньги, достаньте одну купюру.

— Зачем?

— Увидите.

— Как интересно…

В кармане лежала солидная пачка новеньких стодолларовых купюр. Чтобы отделить одну, девушке пришлось вынуть всю пачку, оценив её вес и толщину. Это полностью входило в планы Мачо.

— Вот она! — хрустящая бумажка была зажата в тонких наманикюренных пальцах.

— Теперь распрямите её, разгладьте, пусть будет совершенно ровной, вот так, так… Готово? Теперь кладите мне на руку…

Мачо снова снял правую руку с рулевого колеса, подставил ладонь, и купюра мягко легла, куда следовало.

— Теперь смотрите внимательно…

Не отрывая взгляда от дороги, он слегка напрягся, представляя, как энергия организма начинает истекать в пространство именно через поверхность ладони. Прошло пять секунд, десять, пятнадцать…

— Ой, она движется! — изумлённо вскрикнула Оксана.

Углы вощёного казначейского билета начали приподниматься: сначала медленно, потом быстрее… Ещё через пару секунд стали загибаться края — всё выше, выше, и на глазах изумлённой Оксаны купюра свернулась в трубочку.

— Как здорово! Это фокус?

Мачо снисходительно улыбнулся.

— Какой же фокус? Фокус — это обман, а я всё сделал на ваших глазах, без всякого обмана. Это и есть проявление энергетики организма.

— А у меня так получится?

— Вполне возможно. Попробуйте.

Оксана разгладила купюру и положила на свою узкую ладошку. Пристально уставилась, будто гипнотизируя. Время шло.

— Ну, что?

— Не получается. Края немного приподнялись — и все. Возьмите.

Девушка протянула купюру обратно.

— Оставьте себе. Для тренировок.

— Ой, это же неудобно!

— Напротив, очень удобно. Это мой маленький подарок в честь нашего знакомства.

— Спасибо…

Мачо положил руку на тёплое колено.

— И знаете что? Когда мы приедем в Тиходонск, я приглашаю вас в ресторан. Только вы выберете сами, самый лучший.

Оксана захлопала в ладоши.

— Как здорово! Я сто лет не была в приличных местах! Тогда давайте пойдём в «Маленький Париж». Только там всё очень дорого…

Мачо сунул руку в карман, извлёк пригоршню мелочи и сделал вид, что считает.

— По-моему, должно хватить!

Оксана засмеялась. Мачо тоже довольно улыбнулся. Психологический портрет спутницы был готов. Детская непосредственность, лёгкая инфантильность, чувственность, готовность идти на контакт с мужчиной, определённая расчётливость, простота в общении…