Атаманщина
Шрифт:
Буденный же готов был принять большевистский тезис о человеке как средстве построения светлого будущего. И у него были влиятельные покровители – Сталин и Ворошилов.
Филипп Кузьмич Миронов
Филипп Кузьмич Миронов, в отличие от иногороднего Б.М. Думенко, был казаком. Филипп Кузьмич был едва ли не единственным казачьим штаб-офицером (войсковым старшиной, бывшим командиром 32-го Донского казачьего полка), который с самого начала Гражданской войны стал на сторону большевиков и активно боролся против белоказачьих формирований. Миронов был подлинным народным заступником задолго до 1917 года. За то, что он отвез в Петербург наказ от своих земляков, протестовавших против использования казаков в качестве карателей, Миронова
В то же время к большевикам он относился критически, считал их угрозой существованию России. Но силы реакции, к которым он относил белогвардейцев, виделись ему еще большей угрозой. Миронов скорее считал себя социалистом, не принадлежащим ни к одной партии. Он утверждал:
«Социализм – это политико-экономическое учение, которое направлено против современного капиталистического строя и проповедует, чтобы средства и орудия производства находились в общем пользовании рабочего класса, а не в руках лишь немногих капиталистов, благодаря чему было бы достигнуто более равномерное распределение продуктов труда между населением. В общих чертах учение социализма заключается в следующем: социализм находит несправедливым, что одни люди обладают богатством, другие же ничего не имеют и должны тяжелым трудом добывать себе средства к жизни. (Не подумайте, что пять пар быков – богатство!.. Это богатство трудовое и не о нем тут речь.) Социализм не допускает совершенно частного владения землей и капиталом, но предоставляет каждому свободное владение и распоряжение жилищем, продуктами и т. п. Социализм считает, что только благодаря частной собственности являются люди, обладающие большими капиталами. Поэтому, чтобы устранить это явление, социализм и требует отмены частной собственности. Вообще социализм стремится к добру, совершенству, прогрессу, равенству; он ищет преобладания правосудия, разума, свободы.
Принимая слово социализм в значении улучшения современного общества, называют социалистами всех, кто думает о счастье человечества.
Граждане казаки!.. Мы все – социалисты, но лишь не понимаем этого, не хочем, по упорству, понять; разве Христос, учение которого мы исповедуем, не думал о счастье человечества? Не за это ли счастье он умер на Кресте?..»
Социализм виделся Миронову неким идеальным обществом, где не будет частной собственности и где все будут равны и счастливы, где будет обеспечено торжество добра и справедливости и где будет обеспечен общественный прогресс. Что характерно, подобно большевикам, не указывал методов и средств, которыми общество могло достичь столь идеального состояния.
Ф.К. Миронов не был связан ни с одной партией, но опирался на казаков-бедняков, которые составляли четверть казачьего населения Дона. Основную массу красных казаков дали северные, Хоперский и Усть-Медведицкий округа, где как раз и был популярен Миронов. Он также готов был защищать права иногородних и «коренных донских крестьян» (последние, в отличие от иногородних, имели право на владение землей, но их пай был в несколько раз меньше казачьего).
Миронов подчеркивал, что большевики, в отличие от других социалистических партий, готовы дать народу землю и волю немедленно. Сам же Филипп Кузьмич лишь полунамеками критиковал большевиков за то, что они «не признают постепенного проведения в жизнь своих требований, сообразно с условиями данного момента» и «во всех своих действиях крайне прямолинейны и не признают даже самых незначительных изменений в своих программах».
В то же время в марте 1918 года Миронов утверждал: «К идее большевизма я подошел осторожными шагами и на протяжении долгих лет, но подошел верно, и отдам свои убеждения только с головою… Когда 25 октября большевики захватили власть, что, откровенно скажу, я встретил не сочувственно, – я начал усиленно изучать программу с-д партии вообще, ибо видел, что так или иначе борьба, в которой я участвую с 1906 г., потребует и моих сил». Он утверждал, что стоит «на защите чистоты идеи социализма»
Миронов был противником проводимой большевиками политики «расказачивания», но в столкновение с советскими отрядами не вступал. 21 декабря 1918 года Миронов телеграфировал командарму 9-й П.Е. Княгницкому:
«Сегодня
В мае 1918 г. он возглавил советские войска Усть-Медведицкого округа, в августе преобразованные в бригаду, а в октябре – в 23-ю (1-ю Медведицкую) советскую дивизию. В одном из приказов Миронов напоминал «о корректности поведения с населением и строгом внимании к его имуществу. Никаких обысков и реквизиций без мандатов за моею подписью и подписью начальника штаба т. Федорова не делать… Нужно всегда помнить, что излишние жертвы мирного населения людьми и имуществом несут озлобление и ненависть к одной из враждующих сторон. Будьте же, товарищи, такою стороною, какую не будут проклинать, и я глубоко убежден, что такое наше отношение к населению, уже наполовину разбивает контрреволюционные кадетские банды». Правда, далеко не всегда такого рода приказы реально претворялись в жизнь.
Но большевики казакам Миронова не доверяли, как, впрочем, не слишком доверяли тому же Буденному. 4 августа 1918 года Сталин писал Ленину: «Неблагоприятную обстановку следует объяснить… казачьим составом войск Миронова (казачьи части, именующие себя советскими, не могут, не хотят вести решительную борьбу с казачьей контрреволюцией; целыми полками переходили на сторону Миронова казаки для того, чтобы, получив оружие, на месте познакомиться с расположением наших частей и потом увести за собой в сторону Краснова целые полки; Миронов трижды был окружен казаками, ибо они знали всю подноготную мироновского участка и, естественно, разбили его наголову».
Миронов вместе с тем не допускал грабежей и этим отличался в лучшую сторону, например, от того же Буденного. В одном из приказов Филипп Кузьмич писал:
«Громилы и хулиганы несут своим поведением тот вред революции, что на Красную Армию смотрят именно как на шайку людей, которая только и занимается, что грабит…
Нет места в бригаде убийцам, т. е. тем, кто совершает самосуды над захваченным врагом или жителями без приговора революционного суда; нет места грабителям, крупным ворам, забирающим без разрешения у населения деньги, скот и лошадей, и мелким воришкам, таскающим с огородов картофель и т. п., картежникам и пьяницам.
Чтобы достичь этой нравственной высоты, каждый член бригады обязан строго следить за самим собою и своими товарищами. Слабых поддерживать, а злых, упорных нарушителей революционного порядка без сожаления изгонять из своих рядов».
Разумеется, как и другие народные вожди, Миронов с трудом терпел комиссаров. 18 ноября 1918 года он писал военкому дивизии Позднякову: «Ввиду недовольства частей дивизии так называемыми политическими работниками, прибывшими с Вами, и ввиду того, что лично Вами взяты функции, не входящие в программу политического комиссара, и стремления Вашего умалить достоинство начальника дивизии, именем революции предлагаю, собрав Ваших помощников, которых Вы, кстати, без моего ведома и без представления мне, разослали по частям, оставить дивизию, ибо за ее политическую целость и боевую способность не ручаюсь. В дивизии достаточно политических сил, чтобы держать ум товарищей на высоте к стремлению за торжество социальной революции».
В связи с началом политики расказачивания Миронов телеграфировал Троцкому: «Население Дон[ской] области имеет свой бытовой уклад, свои верования, обычаи, духовные запросы и т. п. Желательно было бы при проведении в жизнь в Донской области декретов центральной власти обратить особенное внимание на бытовые и экономические особенности донского населения и для организации власти на Дону посылать людей, хорошо знакомых с этими особенностями, могущих вследствие этого быстро приобрести популярность среди населения, и с хорошими организаторскими способностями, а не таких, которые никогда на Дону не были, жизненного уклада Дона не знают, и такие люди кроме вреда революции ничего не принесут».