Ассистентка. Женить ректора
Шрифт:
Теперь оставаться в Империи для меня опасно. Нужно бежать туда, где Юлианну никто не узнает.
Пока целитель нахваливал свою работу, я обдумывала пламенную речь “ревнивой любовницы”, краем глаза наблюдая за Инквизитором.
Иларион заметно осунулся и, кажется, даже постарел. И без того худощавый, он всё больше напоминал скелет, обтянутый кожей.
Похоже, игра Фердинанда зашла дальше, чем они рассчитывали. А леди Сантэй оказалась не такой уж милой и воспитанной, какой
Я уже открыла рот, чтобы озвучить речь, которую непременно должны передать принцу, но запнулась, услышав сроки своего “выздоровления”.
— Ещё неделька-вторая — и вы можете вернуться в Академию и участвовать в отборе, — довольно заявил целитель.
Вот это совсем не входило в мои планы. Ни возвращение на отбор, ни тем более оставаться здесь ещё две недели.
— В смысле “неделька-вторая”? — ошарашенно посмотрела я на мужчину.
Тот довольно закивал:
— Для таких травм всё заживает даже очень хорошо. Будто ваш источник питает эликсир изнутри. Это редкость, нам повезло, — всё так же радовался маг, даже не подозревая, что только что озвучил мой приговор.
— А что, если мне нужно уехать уже, скажем, через пару дней? — спросила я, игнорируя прожигающий взгляд Инквизитора.
Иларион хорошо умел читать меня по лицу и сразу учуял неладное. Но я была сосредоточена не на нём.
— Пару дней?.. — повторил целитель, запнулся и вопросительно посмотрел на Илариона, озадаченно почесав седую голову.
— Да, мне хотелось бы покинуть столицу как можно скорее. Несколько дней нужны, чтобы уладить дела и получить расчёт, — подтвердила я свои слова.
Главного Инквизитора мой вопрос ничуть не удивил. Только лицо стало каменным, а глаза опасно сузились.
Он всё так же смотрел на меня, будто желал забраться в голову. Но, судя по тому, что глаза оставались серыми, уже смирился, что не выйдет, и даже не пытался.
Что ж, сюрприз-сюрприз, лорд Вельцер. Вы ещё одна причина, по которой бежать отсюда нужно как можно дальше.
Хромус переводил взгляд с меня на строгого “няню”, а мы с Иларионом мерились взглядами.
Мне первой наскучила эта игра в гляделки.
— Так что насчёт сроков? — поторопила я озадаченного мага.
Плевать, что всё доложат ректору. И на наш договор. И даже на его признание с туманными, далекими обещаниями жениться на мне.
Теперь этому точно сбыться не суждено, а значит, пора заканчивать игры в любовь. Тем более после того, как Мишель назвала его “любимым”, я даже знать не хочу, что они делали эти две недели.
Хромус что-то прикидывал в уме, потом почесал голову, но, наконец, ответил:
— Еще несколько дней вы должны лежать. Потом – прогулки не больше
В конце ещё и кивнул для верности.
Что ж, ходить с переломами не хотелось. Но и оставаться здесь после утреннего шоу будет глупо.
Следующий вопрос появился сам собой:
— А мне обязательно быть тут? Вы ведь просто поите меня эликсиром. Я могу пить его сама… скажем, в Академии, — предложила я другой вариант.
Там я смогу подготовиться, всё спланировать и, может, даже Монику подключить.
Мне нужен кто-то, знающий маршруты, переходы и то, как именно можно сбежать. А ещё — неброская одежда, удобная обувь, рюкзак и припасы.
В общем, нужно всё, а тут я ничего этого не раздобуду.
К счастью, на второй вопрос лекарь утвердительно кивнул:
— Если за вами присмотрят, вы можете вернуться в Академию. Но то же правило: лежать и вставать только по необходимости, — строго наказал он.
Вот эта новость порадовала. Я даже улыбнулась старому магу и закивала тяжёлой головой.
Оставалось как-то сообщить моё желание Фердинанду. И вот тут пригодился Иларион.
— Я всё передам принцу. А пока отдыхайте, — сухо сказал он, поднялся и ушёл.
Я посмотрела на Хромуса:
— Всё это время вы за мной ухаживали. Спасибо, — искренне поблагодарила мужчину.
В ответ целитель похлопал меня по руке и тяжело вздохнул:
— Не только я. Иногда возле вашей постели дежурил лорд Вельцер, но чаще всего за вами присматривал принц. Сегодня утром всё вышло совершенно странным образом. Я совершенно безответственно уснул, а лорда Вельцера срочно вызвали к Императору. Тем временем стража привела к покоям леди Сантэй. Невероятно, как ей удалось их уговорить, — будто оправдываясь, произнёс он.
— Они побоялись злить будущую принцессу, — предположила я.
В ответ маг устало вздохнул.
Кажется, репутация фиалки за две недели кардинально изменилась. Но мне почему-то совершенно не хотелось знать причины.
Если она больше не носит маску — значит, уверена, что Фердинанд не передумает.
Помня, как она краснела от одного прямого взгляда, и сравнив с тем уверенным “Фердинанд, любимый”, во рту стало горько.
Я не наивная и прекрасно догадывалась, как именно она обрела такую уверенность. Почему так смело вламывается в спальню к мужчине, будто бывала в ней уже не единожды.