Ассистентка для похитителя мыслей
Шрифт:
— Я собирался его отвести к Элвину, — устало ответил Юджин, — чтобы он смог закончить начатое. Напустить чудовище на премьер-министра и весь его аппарат.
Элвин Макаронер. Местный мыльный магнат, который хотел устранить премьер-министра, чтобы занять его место. Он организовал и оплатил эту операцию, в которую по глупости и влез Тиберий.
— Но ведь он сбежал, — напомнил Андреас.
— Он скрывается недалеко от столицы, — сказал Филин.
Угрюмош подошел к нему ближе и положил ему на плечо левую руку. Юджин дернулся.
—
— Хочу больше откровенности. Мери, ты не отвлекаешься?
Я сидела на краешке кровати, на которую кинули скрюченного и связанного Эмрона, продолжая держать артефакт у его лба.
— Стараюсь не отвлекаться, хоть у вас и интересно, — честно ответила я.
Хильда, получив обратно способность двигаться, кинулась к сыну, и сейчас стояла подле него на коленях, приложив ухо к груди Тиба.
Мама потихоньку пыталась подняться со стула, но ноги ее пока плохо слушались.
— Юджин, почему ты на это пошел? — тихо спросил Андреас. — Вступил в заговор с государственными преступниками. Это ведь ты тот менталист, что задавал программу действий исполнителям?
— Я, — ответил Филин бесцветным голосом, — хотел подзаработать. Ты на своей экономии совсем помешался. Я просил тебя еще год назад увеличить жалованье. Что ты сказал?
— Что у нас другие сейчас первостепенные задачи, — вздохнул Угрюмош.
Да уж, чрезмерная, порой болезненная любовь Андреаса к экономии мне сразу в глаза бросилась.
— Ты делаешь все для обогащения своей семейной империи, чтобы доказать семье, насколько ты состоявшийся член общества. Для тебя нет ничего важнее прибыли. Сначала я думал, что нас это сроднит. Но, увы, в твои планы не входило, чтобы прибыль была у всех твоих соратников.
Вот припечатал! И ведь правда говорит сейчас то, что думает, а не с целью унизить противника.
— Да, что-то я и впрямь зациклился на этом, — неожиданно согласился Угрюмош, — но это не оправдание твоему предательству. Мог бы просто уволиться.
— Как твои несчастные ассистенты, которым приходилось работать за троих, а получать за одного?
— Зарплата была высокая! — заупрямился Угрюмош. В целом, я с ним согласна. Больше моей преподавательской.
— Это смотря с чем сравнивать, — фыркнул Филин, — ты еще их заставлял для тебя наушничать, другие сотрудники твоих ассистентов как чумных сторонились.
Так вот почему от меня все отшатывались. Кроме Кванта, который сам за мной присматривал. Не было никаких застенков, где пытали несчастных ассистентов. Просто нас не любит никто из местных. Но при этом Угрюмоша все равно душкой считали, хоть он так все и организовал.
— Хватит! — резко оборвал Андреас Филина. — Понял я тебя. Моя стратегическая ошибка. Там где денежные интересы, о преданности говорить не приходится.
— У него бьется сердце! — прервал нелегкую мужскую беседу голос Хильды. — мой мальчик жив!
— Очень за него рад, — сказал Угрюмош, как мне показалось, сварливо, — я на это уже
Нет, все-таки он злодей.
Жандармы и военные прибыли довольно быстро. Обвязали магическими оковами Филина и Русто, прямо поверх отцовских поясков. На голову Эмрону накинули плотный мешок, расшитый заклинаниями.
Затем и лекари подтянулись.
— Он как бы жив, а вроде и нет, — обескураженно сказал пожилой знахарь, проверяя Тиберия.
— Его нужно доставить в нашу Корпорацию, — сказал Андреас таким тоном, что никому в голову не пришло спорить.
Нас всех тоже забрали в департамент безопасности, показания взять. Так что несколько часов мы провели в качестве допрашиваемых. Вызывали каждого по одному, и всем вместе оставаться не дали, чтобы получить объективную картину произошедшего, как нам объяснили.
Освободились мы только под вечер.
Папа спросил Андреаса, когда можно навестить Тиберия.
— Я вам сообщу, — пообещал тот. Потом ко мне повернулся.
— Пойдем, домой отвезу тебя.
— Но… я экипаж возьму, — запротестовала было.
— Зачем где-то брать то, что уже есть? — он дернул плечами. — Пошли, говорю.
Спорить я не стала, не до того было. Хочет человек колесить по городу ночью, его дело.
Денек, конечно, сумасшедший. Начался он так давно-давно, утром. А потом эти поиски Эмрона. Мы ведь кучу времени потратили, пока Андреас след поймал. Несколько часов прошло, к дому папы уже к вечеру добрались. И все это время Филин держал лицо, притворялся другом Угрюмоша. Поэтому и спящего из себя разыгрывал, чтоб лишнего не сболтнуть.
Я растеклась на пассажирском сиденьи, устало прикрыв глаза, боялась, что в сон провалюсь. Это невежливо, когда рядом еще более усталый начальник прокладывает курс.
— Да хватит уже со сном бороться, — резко сказал Андреас, — отпусти себя.
И я послушалась вновь. Почему мне так приятно его слушаться? Ах, да, это все тот же ментальный морок. Как попросить его убрать это чувство влюбленности? Я понимаю, оно для него удобно. Влюбленной женщиной проще вертеть. А если у меня будут какие-то взбрыки, он легко повлиять может.
Я открыла глаза, намереваясь так сразу все и сказать. И опешила.
Экипаж ехал по незнакомой дороге, и дома были сплошь частные. Никаких многоквартирников.
— Андреас! Вы же сказали, что везете меня домой! — возмутилась я. И слегка испугалась.
— Но я же не говорил, что к тебе, — и он очаровательно улыбнулся.
ФИНАЛ
— Чай из бержители чрезвычайно полезен для здоровья, — Андреас ворковал, подсовывая мне блюдечко с ароматным красноватым напитком. Пахло от него восхитительно. Бержитель цветет раз в три года, и лепестки тут же опадают. Если успеть их подхватить сразу же, но не руками, а поймать на тончайшую ткань, то можно высушить и получить великолепный чай. Можно догадаться, сколько он стоит.