Ассенизаторы
Шрифт:
Пока следственно-оперативная группа проводила осмотр места происшествия, Елена Ивановна успела сходить до хозяйственного магазина и купить замок взамен поврежденного, изъятого в качестве вещественного доказательства. С Пулей помогли установить его на место. Сердобольная Клавдия Афанасьевна по очереди покормила нас. Не забыли и о водителе, притащив ему пару бутербродов.
На базу вернулись уже во второй половине дня. Пока разоружались, сбрасывали «броню» и ходили в душ, чтобы смыть пот, Русик направился на доклад к своему руководству. Затем, по предварительной договоренности, вчетвером собрались в пустом учебном классе. Вот тут-то Руслан и наехал на меня.
— Жора,
— А кто меня туда приглашал? — ответил я.
— Ты дурак или прикидываешься? — взорвался опер. — Где так умный, а тут — тупой, как задницы двух бегемотов сразу. Уже слухи нехорошие начинают ходить по управлению. Смотри, так и до руководства дойдет. Хренасе, у собровца всю семью переколбасили, а он спокойно ждет, пока его на допрос удосужатся вызвать? Ты сам-то в такое поверишь? Вывод может быть только один — втихаря сам ищет и мочить собрался. Врубился? Так что давай, прямо сегодня к следаку. На мозги ему капать. Да не просто для отмаза, а по полной программе. Можешь и к прокурору сходить. Даже если жалоба на тебя потом придет, начальство отпишется. Только морды постарайся не бить. Чего молчишь?
— Да понял я. Прямо сейчас и поеду.
— А ты куда смотришь, — напустился он на Гнома, — сам-то не соображаешь? Блин, напланировали: того на дыбу, этого мочить, а насчет тылы обезопасить — дядя за них будет думать. Что, голова только для того, чтобы в нее есть?
— Ну согласен, виноват, — начал оправдываться тот, — а ты бы взял, да и подсказал вовремя. Чего сейчас-то кулаками махать?
— Откуда я знал, что Мокрый даже не пытался никуда сходить? Сидит и ждет у моря погоды. Я-то думал, что его оттуда послали конкретно, а ему, оказывается, лень.
— Ну ладно, не кипятись, — примирительно сказал Гном, — он же пообещал, что прямо сегодня и сходит. А если что, так после плена сначала с документами бегал, потом в санаторий отправили. Как только вернулся, сразу на работу.
— Ладно, — слегка успокоившись, произнес Руслан, — только вы уж на будущее постарайтесь мозги включать не только в одном направлении. Сядут на хвост — замучаетесь стряхивать.
Затем Руслан во всех подробностях принялся просвещать меня, что и как говорить в прокуратуре, чтобы случайно не ляпнул ничего лишнего. Вместе с друзьями несколько раз отрепетировали разговор во всех возможных вариациях, в том числе и с возможным перекрестным допросом со стороны следователя и прокурора. Наконец, удовлетворенные результатами, отправили меня «возмущаться бездействием следака».
Да уж! Что-то о таком развитии событий я не задумывался. Хорошо, что есть, кому подсказать. Самое хреновое в этой ситуации, что в прокуратуре Центрального района у меня никого знакомых не осталось. Сходить туда несложно, только вот как узнать, не дурят ли мне голову? Остается только уповать на логику и интуицию.
Устал за день, но раз обещал другу, придется катить к следователю, пока, действительно, мое бездействие не показалось кому-то странным. Однозначно, заказчик или заказчики знают, что я вернулся. Соответственно, предполагают, что сразу же начну ставить всех на уши, цепляться за любую возможность сдвинуть дело с мертвой точки. В том же, что она действительно мертвая, сомневаться не приходится. Размышляя таким образом, подъехал к прокуратуре. Выйдя из машины, закурил, постоял немного, поймав себя на мысли, что любым способом пытаюсь отсрочить визит. Нет уж! Нафиг такой график! Бросив только что прикуренную сигарету в ближайшую урну, направился к входу в помещение. Естественно, никто меня там не ждал с распростертыми объятиями.
Подойдя к секретарю, поинтересовался, у кого в производстве
— Вам нужен следователь Подосенов, он в третьем кабинете сидит, но сейчас — на выезде, — наконец-то сообщила она хоть какую-то информацию. А вы кто будете?
Интересная постановка вопроса! Я бы этим с самого начала поинтересовался. Хорошо хоть не послали сразу по известному адресу. Не оставлять же вопрос дамы без ответа — это, по крайней мере, невежливо.
— Муж и отец погибших, — и тут никаких эмоций. — А случайно не подскажете, в какой стадии расследование, и когда следователь появится?
— Он мне не докладывает. По делу спросите у него. Я вам такой информации дать не могу.
И все это с таким выражением лица, как будто она только что сожрала целый лимон без сахара. Медленно начинаю закипать, но виду пока не подаю. Подосенова же я помню. Вот уж с кем хотелось бы иметь дело в последнюю очередь. В прокуратуру он пришел после юрфака, чуть позже, чем я в уголовный розыск, получил чин юриста третьего класса, что соответствует лейтенанту. Но гонору у него уже тогда на целого майора хватало, точнее, извиняюсь, на младшего советника юстиции, конечно. Злые языки поговаривали, что где-то у него «лапа, волосатая до плеч». Это вряд ли, иначе хрен бы он до сих пор в районной прокуратуре околачивался. Давно бы пристроили на какое-нибудь теплое местечко. Но вот то, что, как говорят, язык у него шершавый и к вылизыванию начальственных седалищ привычный, — к бабке не ходи.
Вечно, как ни придешь по делу, ему некогда, если, естественно, ты не его начальник. Или не начальником к нему направлен. Сколько он уголовных дел, по которым можно было копнуть поглубже, загубил.
Я сам, помню, вышел по информации на группу угонщиков, разрабатывал ее месяцев восемь. Вырисовывалось отличное многоэпизодное дело, по которому фигурантов надолго можно было «приземлить». Тем более что там не только угоны были. Промышляли и кражами, не брезговали грабежами. Уже с начальником уголовки прикидывали, кого бы из отделовских следователей к реализации привлечь? И надо же было такому случиться, во время одного из угонов, уходя от преследования гаишников, угонщики свернули в тупик. Бросив машину, разбежались кто куда. Одного из них сотрудник преследовал до последнего. Даже и не заметил, как оказался один на один с преступником. Тот же, загнанный в угол, пошел ва-банк, ударив милиционера ножом.
Нашли гада, и довольно быстро. Сотрудника, конечно, не вернешь. По убийству дело, естественно, приняла к производству прокуратура.
И попало оно не к кому-нибудь, а именно к Подосенову. Группа в результате резко развалилась, злодей прошел по делу один. Остальным многие эпизоды доказать просто не удалось, вещдоки куда-то запропастились. Все списали на неопытность молодого следователя. Кто взял на лапу, покрыто мраком тайны. Папик жулика оказался каким-то важным перцем в областной администрации, так что нам можно было втирать что угодно, но мы оставались при своем мнении. Если еще учесть конечный результат: гад получил один год условно за… угон, совершенный к тому же без цели хищения.