Арзюри. Книга 2. Данк

Вереск Юнта

Вздох разочарования пронесся по рядам болельщиков в желтом. Зато болельщики фиолетовых взвились восторгом.

— Прошу выйти для награждения сборную, занявшую второе место!

Пока удрученные игроки «Ироничных кобринок» строились под кольцом, Вадим сбегал в лабораторию и вернулся с призами. Когда он достал из сумки первый, в зале раздался общий вздох.

— Команда, занявшая второе место, получает в свое распоряжение… банку ветчины!

Гул резко возрос и тут же затих. Игроки недоверчиво смотрели на большую квадратную банку, которую Вадим

вручил Аниаму. Принимая приз, капитан казался настолько потрясенным, что едва не отдернул руки в последний момент.

— Победителю мужской пары теннисистов, который принес нам единственное очко, вручается дополнительный приз!

Зебра перекочевала из рук Вадима в руки Баффа, который, даже сейчас поглядывал на Аниама с банкой ветчины в руках. Но тут Вадим присовокупил к ней маленькую баночку с черной икрой, вложив ее в руку победителя, который, наконец, взглянул на свой приз. Зрачки его внезапно расширились, а загорелое лицо вдруг стало почти белым.

— Кроме того, наши прекрасные девушки за свою бесподобную игру заслужили небольшие сувениры!

Вадим достал из пакета две небольших пушистых игрушки — серого кита и синего дельфина — и протянул им на вытянутой ладони. Ида без раздумий схватила дельфинчика, а Вера с изумлением в глазах взяла двумя пальцами кита:

— Это… мне? Насовсем?

Ее щенячий восторг снял возникшее напряжение. Зрители вдруг расслабились, засмеялись и начали аплодировать.

Похоже, что фокус с икрой никто не заметил — по-прежнему белый как лист бумаги Бафф сунул ее в карман и отошел к баскетболистам. Аниам стоял, обняв банку, полностью оцепенев, словно ничего не ощущая, ни на что не реагируя и, кажется, даже не замечая сцену с игрушками.

— Давай, уноси скорее, не дразни нас! — закричали ему болельщики обеих команд.

Вся сборная «Ироничных кобринок», сбившись в плотный круг, в центре которого шел Аниам с банкой ветчины, поспешила убраться из купола, не дожидаясь награждения победителей.

Немного подождав, пока они уйдут, а толпа алчных зрителей чуть-чуть успокоится, Вадим пригласил сборную «Пурпурных закатов». Они вышли вперед и встали под баскетбольным кольцом, заинтригованные и заинтересованные. Было видно, как их впечатлил приз, полученный «Ироничными кобринками».

Улыбнувшись им, Вадим достал кубок, на котором заранее уже было написано «Победителю первого на Арзюри кросс-визитничного турнира» и на который Химик уже успел нацарапать «Пурпурные закаты».

— Поздравляю победителей самого первого турнира, который был проведен на Арзюри между жителями двух разных визитниц! — торжественно сказал он, вручая кубок.

На лицах победителей читалось плохо скрываемое разочарование.

— Но это еще не все, — лукаво улыбнувшись, сообщил Вадим. — Победителю женского теннисного турнира вручается отдельный приз!

Тинг, плотно сжав губы, завороженно смотрела, как он достает из пакета фигурку енота и баночку икры. Получив приз, она недоверчиво покрутила баночку в руках:

— Это что, икра? Русская икра? Настоящая?

Зал

взорвался изумленными вскриками.

— Да, это настоящая русская икра! Но всей остальной команде тоже кое-что причитается!

Из пакета, теперь уже окончательно опустошенного, показались две банки ветчины.

* * *

— Откуда ты это взял? — с раздражением, граничащим с бешенством, спросил Хито после того, как все разошлись.

— Оттуда. Ваади передал.

— И ты все отдал? Да еще и чужим людям?

В отличие от Хито, Химик и Соров смотрели не возмущенно, но озадаченно. И, похоже, тоже ждали ответа.

— Я подумал, что это правильно. Это пропаганда спорта. И очень значимое для Арзюри событие, ведь здесь раньше не проводились соревнования между разными визитницами? Разве не так?

— Так-то оно так… Но, уж слишком невероятно, — сказал Химик.

У Хито слов не было. Казалось, что он сейчас готов порвать Вадима голыми руками, а останавливает его лишь присутствие других людей.

— Не знаю, насколько такие призы помогут пропаганде спорта, но врагов себе ты сегодня заработал больше, чем тебе бы хотелось. Даже не надейся, что они быстро смирятся, — озабоченнопредупредил Соров, когда они с Вадимом шли к Пещере.

— Да ладно. Не понимаю, почему все так переполошились. Люди классно играли за свои команды и заслужили призы! Здесь не так много развлечений и возможностей, поэтому я подумал, что такой подарок будет им приятен.

— Надо же, никогда бы не подумал, что ты такой оптимист, — хмыкнул Соров.

Глава 12. Арестант

В погребе было холодно. Завернувшись с клетчатый плед, Вадим сидел на спальном мешке подвернув ноги по-турецки. Разум отказывался понимать происходящее. Все ведь было так хорошо!

Он вспомнил ликование всего лагеря, на ужине, состоявшемся сразу после турнира.

Шоколад! Настоящий горячий шоколад!

Большую упаковку какао и пятикилограммовый мешок с земным тростниковым сахаром он передал на кухню с просьбой приготовить что-нибудь эдакое, что порадует всех — и все были в восторге! Даже те, кто родились на Арзюри и впервые попробовали этот напиток.

Вадим был уверен, что даже обиды за врученные победителям консервы сошли на нет. И победителей, и побежденных чествовали все жители колонии и их гости. Немало добрых слов досталось и самому Вадиму. Кто-то вспомнил, что сегодня на Земле отмечается новый год, и праздник всколыхнул даже тех, кому турнир был не интересен. К общему веселью вскоре присоединилось и большинство лентяев — и их никто не прогонял.

То тут, то там Вадим встречал Лауди, который светился от радости.

Потом все отправились провожать плот, возвращающийся в Ущелье. На нем уплывало пятеро из пятнадцати приехавших, восемь местных, включая Вениамина Сорова, а также подарок Вадима — чертежи для куполов с подробными инструкциями. Десять гостей остались — поделиться своим опытом и перенять чужой. Прощание вышло теплым и веселым.