Артуа
Шрифт:
Слишком уж злая шутка получилась на этот раз у Тибора, хотя вряд ли он такого желал. Ничего, отбрешется, да и Крижону пора поумнеть и перестать верить во всякие сказки.
Тем более что Тибору рано или поздно все равно пришлось бы это сделать.
В Дрондере мы пробыли пару дней.
Причиной тому стало мое решение положить оба векселя в один из столичных банков. Так будет спокойнее для меня и надежнее для денег.
Оба моих векселя были на предъявителя, но получить по ним деньги случайному человеку будет весьма затруднительно. Как я смог понять, против такого существовала защита, ведь для того, чтобы я мог уверить
Герб банка, выдавшего вексель, печать, сумма прописью, сумма числом, еще какие-то закорючки и буквы. Ничего не понятно.
Да и черт с ним, мои ли это проблемы. Проблема оказалась в том, что в банке, в который я обратился, меня попросили подождать до следующего вечера. Не знаю, что было тому причиной, но пришлось подчиниться, поскольку вряд ли порядки в разных банках отличаются. Экспертизу на подлинность будут производить, усмехнулся я про себя.
В столице я в очередной раз обновил гардероб, потому что хотелось предстать перед Миланой совсем другим человеком.
Зашел в Геральдическую коллегию, но пока безрезультатно. Дело в том, что при пожаловании титула или получении дворянства составляются новые гербы, которые подтверждались королевской грамотой. Вот такое послание из герцогства я и ждал. Не было у меня времени, чтобы полностью решить этот вопрос еще в Эйсен-Гермсайдре, слишком уж мы торопились. Мне только и удалось переговорить сухим морщинистым старичком, главным в местной коллегии, который казалось, насквозь пропитался бумажной пылью архивов.
Вместе мы набросали эскиз моего герба, договорились о его цветах и даже девизе, что будет на нем начертан. Все остальное он должен был сделать сам и переслать после утверждения Великим герцогом именно по этому адресу. Тогда я смогу нанести свой герб на все предметы по желанию, а также пользовать одежду и остальное в моих родовых цветах. Придумать свой герб стоило мне многих усилий, а затем я просто передрал его с эмблемы Ферарри – черная вздыбленная лошадка на золотистом фоне.
Наверное, на эту мысль меня натолкнула моя фибула, где была изображена черная лошадь, да и цвета соответствовали цветам герцогства Эйсен-Гермсайдр, к которому я теперь имел отношение. Разве что третьим цветом я выбрал алый.
А вот с девизом особых проблем не случилось, почему-то мне в голову сразу пришел один из уже существовавших, пусть и в моем мире. Род этот когда-то пересекся, а сам я не имел к нему никакого отношения, но смысл девиза мне подходил как нельзя больше.
«Fieri praestat, guam nasci» – так это было на латыни, что в переводе означало:
«Лучше быть пожалованным, чем родиться».
Глава 53. Заира.
При нашем расставании Милана дала мне несколько адресов, по которым я мог бы ее найти, или, по крайней мере, узнать, где она находится в данный момент, которые я тщательно записал. Один их таких адресов находился в столице.
Этим столичным адресом оказался дом графа
Самого графа дома не было, но это меня нисколько не расстроило. Один из его слуг поведал, что и хозяин дома и Милана находятся сейчас в Веленте. Милана действительно была здесь совсем недавно, еще и трех недель не прошло. И еще добавил, что мне следует поторопиться, чтобы застать ее в Веленте, поскольку в самом скором времени они отправятся в Сверендер.
То, что слуга знает так много, меня не удивило. Зачастую они больше хозяев знают. А вот поторопиться действительно следует. Если до Велента всего несколько дней пути, то в Сверендер дорога будет измеряться уже неделями.
На следующее же утро после того, как все утряслось с векселями, я, все также в компании Тибора и Крижона, отправился в путь.
Первые два дня все было нормально, но на исходе третьего выяснилось, что их лошади не смогут выдержать темп, заданный мною. Захромала кобыла Крижона, и остаток пути в тот день мы плелись уже шагом. Да и конь Тибора тоже выглядел весьма утомленным дорогой.
Я оставил их обоих на постоялом дворе, где мы остановились на ночь.
Не беда, до Велента оставалось немного, всего лишь пару дней пути. Жаль, конечно, что парней пришлось оставить, с ними бы я смотрелся солиднее, но взамен я значительно выигрывал в скорости.
Мой Ворон шел не напрягаясь, и мне все время приходилось сдерживать его ход. Слышал я об одном зверском способе забоя коней на мясо. Бедняг привязывают к столбу и кнутами заставляют бегать по кругу, бегать до тех пор, пока лошадь не падет. Мясо, как мне говорили, становится мягче и из него пропадает привкус конского пота. Так вот, если бы эти изуверы привязали к такому столбу моего Ворона, то они скорей умерли бы от старости, чем мой красавец запыхался.
В Велент я попал уже вечером, когда звезды почти в полном составе заняли свои места на небосводе. И мне стоило немалых сил, чтобы дождаться утра.
К дому герцога Кейтского я подходил уже с затаенным волнением. Конечно, Милана могла быть и в его загородном доме, том самом, что так походил на замок, и где мы расстались. Но мне почему-то казалось, что она непременно окажется здесь.
Мне даже послышался ее голос, когда я дожидался в гостевой зале. В залу меня проводил один из двух слуг в парадной ливрее, стоявших у входа в дом. Так вот откуда пошли швейцары, подумал тогда я. Наверное, нужно быть очень богатым человеком, чтобы поставить людей у входа, единственной заботой которых было бы стоять и открывать дверь. А ведь им еще и смена нужна.
Ждать мне пришлось недолго, не больше пары минут. Вышел человек, одетый в ливрею цветов герба герцога и сообщил, что леди Миланы в доме нет, как нет ее и городе. Графиня несколько дней назад убыла с мужем в Сверендер.
Сначала я даже не понял, о ком идет речь. Какой муж, о чем ты? Наверное, в этом доме есть еще кто-то, кто также зовется Миланой.
В ответ на мое удивленное лицо все тот же человек сообщил, что леди Милана вышла замуж еще две недели назад и сейчас на пути к дому своего супруга. Вернее, оба супруга движутся к своему дому. Свадьба состоялась здесь, в Веленте, по просьбе ее дяди, хозяина дома герцога Кейтского.