Артуа
Шрифт:
Тибор даже хохотнул, вспоминая, затем осекся по понятной причине. Ведь я теперь о-го-го кто, а он как был, так и остался.
Я представил себе всю картину, и мне самому стало смешно. Я что, я к любимой спешу, и просто полюбовался немного, ведь та девчонка действительно была очень симпатична. Такие волосы цвета соломы, яркие синие глаза и чуть вздернутый носик, весь покрытый милыми конопушками. Ворону тем более можно глазеть, он же животное.
Нет, ну до чего же мне с ним повезло. Такой у него шаг комфортный, что хоть стакан с водой на круп ставь, не прольется. Даже когда галопом идет. Я
Ни на кого его не променяю, даже если придется одним хлебом кормить. Заводную лошадь с собой брать буду, груженную буханками. Шутка юмора, надо полагать.
Вот только Мухорку немного жалко. Да кто же мог знать, что все так случится. Но и места лучше для нее не придумаешь, чтобы спокойно встретить старость.
И думается так хорошо на спине Ворона. Наверное, это еще одно его достоинство, о котором никто не догадывается.
Встречусь с любимой, решим, что и как будет дальше и займусь делами. Есть, есть у меня задумки, не так уж мало я и знаю, и о производстве и технологиях. Будет чем удивить и озадачить местный рынок. Можно конечно и просто торговлей заняться, опыт и в этом деле имеется. Вот только не очень по душе мне это дело.
Помню, пока имелись проблемы в процессе становления, было интересно. Когда дело наладилось, и пошла текучка, сразу интерес пропал. Не мое это.
Мне всегда больше нравилось что-то организовывать, какие-то проблемы решать…
Да я их всех тут одним конвейерным производством или штамповкой заставлю крупными слезами слезы плакать. Это надо же каждую вещь отдельно делать, мыслимо ли это. В общем, даешь прогресс. Когда здорово поднимусь в этом мире, заставлю себя Великим Прогрессором величать. Слово «Великий» и в местных языках есть, а «Прогрессор» оставлю без перевода. Надо будет только узнать, не созвучно ли оно на местном языке какому-нибудь непотребству.
И все же, наверное, далеко не все так просто. И за примерами ходить рядом.
Индия охотно покупала у моей страны Сушки, те самые, что имеют двигатели с изменяемым вектором тяги, позволяющим исполнять немыслимые до этого фигуры высшего пилотажа. Затем решила производить их сама.
Лицензия? Не вопрос. Техническая документация? Было бы оплачено. Помощь в строительстве завода? Да никаких проблем.
Строили, строили и наконец, построили. Пришло время к выпуску первого изделия. А нету. Индусы к нам, помогите. Платите, сейчас пришлем. Заплатили. Прислали.
Торжества по поводу первенца. Дело ко второму и опять нету. Опять прислали. Так и не пошло дело. Снова стали просто покупать. Может, что-то и изменилось, но я уже не в курсе, я к тому времени уже Артуа начал называться.
Самолет, конечно, штука сложная, но и индусы не дикари, в отличие от местной публики. Уметь пользоваться совсем не значит уметь производить.
Может быть, все дело было в менталитете. Специалисты, работающие там, жаловались, что не могут индусы делать то, что для моих соотечественников совсем привычно. Освоят они одну операцию и все, чуть изменилось что-то, в ужас приходят. Быть может, по-другому было бы производству построено, где не нужна
Или другой пример, один знакомый рассказывал. Произошло это еще в те времена, когда только-только железный занавес открылся, и хлынули в страну доселе невиданные товары. В общем, попросили его однажды перевести инструкцию к микроволновой печи. Казалось бы, чего тут сложного, адаптированный английский, чуть ли не пиджин. Только в глаза он ее никогда не видел, микроволновку эту, и пользоваться не приходилось.
Читать то о ней читал, в толстом околонаучном журнале, человек образованный. И даже принцип действия представлял. Только вот те места в инструкции, где говорилось о том, что яйцо или помидор сначала проткнуть нужно, перед тем как в печь отправлять, ставили его в тупик. Не мог он понять, для чего это делать. Отказался, словом.
Давно это было и, наверное, пример не самый удачный, но попробуй, объясни человеку то, о чем он даже представления не имеет.
Так что со сложными технологиями торопиться не будем. Не до аэропланов, со штамповки ширпотреба начну. Наверное.
Есть и еще очень, очень привлекательные варианты, только для того, чтобы реализовать их, необходимо сначала утвердиться здесь. Иначе может произойти так, что приберут к рукам все мое дело. Потому что желающих, нисколько в этом не сомневаюсь, найдется предостаточно. А я сейчас кто? Да почти никто, и звать меня почти никак.
Слишком уж оно будет громкое, на все Империю. И затрат особых не потребует. Только сейчас я об этом стараюсь даже не думать лишний раз, чтобы не сглазить.
Глава 52. «Fieri praestat, guam nasci».
Что-то все время, что нахожусь в этом мире, в дороге проходит, размышлял я.
Как в Дертоген попал, так и не прекращаются мои путешествия.
Видимо услышал кто-то наверху о давнишних моих мечтах, и обеспечил приключениями в полной мере. Да и где же их еще искать, как в не дороге?
Можно конечно найти приключения, даже если пару раз вокруг своего дома прогуляться, или в походе к ближайшему ларьку за пивом, но это уже особый случай.
Вообще-то мне здесь нравится почти все. И климат, и люди, и экология. Особенно теперь, когда я барон с отличной шпагой на прекрасном коне.
Вот только неприятностей бы чуть поменьше, ведь сыплются они как из рога изобилия. Не успеешь с одной разобраться, приглядишься и видишь, как следующая радостно потирает ладошки в предвкушении встречи.
Чем ближе к Дрондеру, тем оживленней становилось движение и тем чаще попадались постоялые дворы.
Это постоялый двор выглядел как-то особенно уютным и располагался он в живописнейшем месте, на берегу небольшого озера, сплошь заросшего кувшинками. На дальнем от дороги береге возвышалась скала, с росшим на самой вершине одиноким деревом. И дубрава, густая дубрава, по обеим сторонам тракта. Красиво.
Двор почему-то назывался «Грех и раскаяние» и мы провели в нем чуть ли не сутки, заселившись задолго до заката и отправившись на следующий день после обеда, позволив себе продолжительный отдых. Без этого никак, лошади – не машины и имеют обыкновение уставать.