Армагеддон в юбке

Бойко Евгения Владимировна

— Марш в комнату, и что бы больше, никаких гулянок! Не то отправлю к тетке в город. Или поступишь в Обитель Знаний, и будешь учиться, как все не… нормальные люди… Я конечно, категорически против этого рассадника порока, но вижу, тебя уже ничего не испортит! Как можно быть такой безответственной в твои-то годы…

— Мам, может, не будешь отчитывать меня на глазах посетителя?

— Прошу извинить меня, я сейчас… — Нона схватила меня за руку и потащила на второй этаж, где продолжила экзекуцию. — Ты дочь герцога. Герцога, а

не какого-нибудь кузнеца… Приличные девушки не ходят неизвестно где, и не являются домой в непотребном виде.

— Я не ходила…

— Ах, да, — фыркнула Нона, — ты снова веселилась у Риоше.

— Если бы рядом с нами жил еще кто-то, кто устраивает приемы, я веселилась бы у них. — Огрызнулась я. — Не всем же быть такими правильными как ты: основывать бесплатные школы и лечить людей. И будучи женой герцога, жить в деревне!

— Тебе прекрасно известно, почему я не появляюсь в столице. После смерти твоей сестры, ноги моей там не будет! — Нона отвернулась, показывая, что тема исчерпана.

Решив сэкономить свои нервы и не нарываться на дальнейшие неприятности, я молча пошла в свою комнату, впустила Сему и закрыла двери на засов.

Прыгнула на кровать и позволила своим мыслям умчаться далеко отсюда.

Достали! Сделай то, сделай это…. Как змеюку в болоте вылавливать и травы дикие собрать, так Вишенка, пожалуйста; а как прогуляться так сразу Вишня — чтоб тебя…леший утащил.

Зарывшись пальцами в густую шерсть Семы, я посмотрела в окно, за которым шумела жизнь. Большие мохнатые шмели, деловито сновали меж душистых цветов, пели птицы, сидя на мощных ветвях старой липы; не переставая, лаяла соседская собака, а с окраины деревни, доносился звон кузнечного молота…

Да ну эти запреты. Что я маленькая? Я села на подоконник и свесила ноги, ветка была почти возле самого окна. Хм, до чего же соблазнительно…. Болтая ногами, я напряженно размышляла, стоит ли мое маленькое путешествие той бури, которая потом поднимется. После некоторых сомнений, чаша весов перевесила в сторону свободы, и я тихонько слезла на ветку, а потом спрыгнула на теплую землю. Семка последовал моему примеру.

И вот, мы уже бежим через лесок, к ближайшей речке, несущий свои ласковые, теплые воды на запад, к Вермонту — столице нашего королевства.

Прыгнув с разбега в воду, я нырнула поглубже. Чтобы вынырнуть спустя пару секунд, счастливой и мокрой до последней нити. Стоящее в зените солнце, тут же приступило к просушке моих мокрых волос, облепивших плечи, спину и сбившихся в пряди.

Шепнув пару заклинаний, я умылась приятной, теплой водой, и почувствовала себя много лучше. Посмотревшись в воду, с удовольствием отметила, что опухлость спала, а отеки прошли. Наверняка девки снова подмешали отравы в вино, будто взбесились! Я же еще на прошлой неделе прочитала заговор от ядов! Еще как минимум месяц, отравить меня будет проблемно.

Поплавав в охотку еще с часок, я выбралась

на берег и вывалилась на золотом песочке. Он приятно прилип к телу, отдавая часть золотистого жара.

Сема, развалился рядом. Вытянул перед собой большие лапы, отгоняя назойливых мух хвостом. Его карие глаза, чуть прищуренные от яркого солнца, выражали абсолютное равнодушие к летающей неподалеку бабочке.

Зато меня, это насекомое заинтересовало. Если продать его местному некроманту, можно получить пару — тройку золотых. Правда если узнает мать, мне здорово влетит, но… кто ж ей скажет? Свободна конкуренция как-никак!

Тут, надо сказать пару слов о моей матери. Нона с того самого часа, когда у нее проявился дар, использует его на добро, а некромант Том (между прочим, наш сосед) по своему усмотрению. Нона знает и черную и белую магию (если их вообще можно разделить), но из-за моей безответственности учит меня только белой. Я же, как старательный ученик, исправно восполняю пробелы у Тома. Именно у него я и провожу все свободное время, которого у меня предостаточно, отлавливая гусениц, бабочек и черных куриц, или читая книги.

Я напряглась, материализуя в руки сачок, и накрывая им бабочку. Она заметалась в сетке, но замороженная шепотком утихла, позволив беспрепятственно упрятать себя в коробочку (немного помятую и промокшую, но вполне пригодную для целей перевозки).

Довольная своей добычей, я добежала до деревни, и угрем просочилась во двор некроманта.

— О, Вишня! — Том улыбнулся, отчего его лицо прочертила сеть легких морщинок.

— Смотри, — я открыла коробку и позволила лучам солнца упасть на прозрачные крылышки, отсвечивающие всеми цветами радуги. — Только поймала!

— Прирожденный охотник, — желтоватые глаза Тома вспыхнули веселыми искрами. — Пошли в дом, пока Нона не заметила тебя. А ты что, снова сбежала?

— Ну, — я виновато улыбнулась, — не люблю, когда ограничивают мою свободу.

— Ох, Вишня, Вишня. Не доведет до добра твой характер. Возможно, обучение в Обители и строгая дисциплина, помогут тебе?

— Вот и ты туда же! — я подцепила пальцем сухую лягушачью лапку, скрывая свою заинтересованность данным вопросом. — А вдруг меня не примут? Вот все злорадствовать будут.

— Примут. — Уверенно сказал некромант. — Меня же приняли!

— Хм. А почему ты стал именно некромантом?

— Просто вакансии были только на этом факультете. Ждать следующего набора мне не хотелось. Сама подумай, что можно успеть за триста лет нашей жизни? Ничего. Если потратить, пять из них на обучение, и вовсе…. Так что не упускай свой шанс, девочка.

Я только пожала плечами и достала с полки книгу. Я-то хочу учиться, но кто ж меня отпустит?

Я только пожала плечами и достала с полки книгу. Я-то хочу учиться, но кто ж меня отпустит? Из всех сестер, дар унаследовали только три: я, Керна и старшая — Морена.