Арканмирр
Шрифт:
— Хочешь принять участие? — спросил рыжий своего спутника, явно заметив его чувства.
— Если ты не возражаешь, — сказал тот.
— Надо бы проконсультироваться… Как насчет кристалла манны в качестве аванса? — Эти слова были обращены уже к Джангу.
Дроу удивился, но достал из поясного кармана требуемое и передал собеседнику. Рыжий расколол кристалл в ладони и закрыл глаза, войдя в подобие транса.
Фрейя, почувствовав вызов, активировала зеркало и с изумлением посмотрела на Йохана Неукротимого,
— Как тебя туда занесло? — выдохнула она.
— Заблудился, — ответил Герой.
Первую фразу из пришедших ей на ум Искательница пропустила: нечего зря развращать молодежь. Блуд, он требует опыта, и немалого…
— И что дальше? — проговорила Владычица.
— Развивается конфликт между дроу и гномами, — коротко сообщил Йохан, — причем последние имеют явное преимущество. Мне предложено принять участие на стороне Свартен-дора. Я, конечно, могу отказаться…
Фрейя протестующе подняла руку:
— Не вздумай! Ведунья должна быть остановлена, иначе она вскоре заявится и на нашу сторону мира! Попробую помочь…
— Разве Готланд как-то связан с…
— Готланд — не связан, — улыбнулась Искательница, — это лично я дала кое-кому одно обещание и теперь хочу его сдержать. А у тебя имеется великолепная возможность стать Чемпионом.
— Нет уж, — проворчал Неукротимый, — с меня и Героя довольно.
— Что ж, возможна и иная награда…
— Ладно, там посмотрим. Надеюсь, в трудную минуту подоспеет полезный совет.
— Так ты же не слушаешь чужих советов.
— Это мое право. А твоя обязанность — давать их.
— Обязанность?! У Владычицы?! — не веря своим ушам, переспросила Фрейя.
— Обязанность, — подтвердил Йохан, — но не как Владычицы, а как матери.
Он прервал контакт, а Искательница медленно начала понимать, на что обрекла себя, посвятив сына в тайну его рождения…
Вычурное фиолетовое платье Владычицы Свартен-дора имело чрезвычайно высокий воротник, так что взгляд ее всегда был устремлен на собеседника. И разговаривать с нею было непросто — кошачьи желтоватые глаза Кудесницы пронзали насквозь подобно двум адаманитовым остриям. Однако двое стоящих перед нею без труда вынесли это испытание. Не амулеты, подаренные Кали, были причиной тому: они только давали их носителям способность видеть в постоянной темноте подобно коренным обитателям Темной Стороны.
— Назовите себя, — наконец промолвила она, осознав, что не сможет сломить собеседников прямым давлением.
— Йохан Неукротимый, — слегка поклонился рыжий, — Герой из Готланда.
— Мортис Лишенный Имени, — сказал второй, сверкнув угольно-черными глазами, — рожденный во Внешних Мирах.
— Вы готовы присягнуть на верность Свартен-дору?
— Мы готовы сражаться за вас, — ответил за обоих Йохан. — Однако верность моя принадлежит моей Владычице, Фрейе Искательнице. У Мортиса имеется иная обязанность, которая, однако, также не позволяет ему принести соответствующую
Кали кивнула:
— Пусть будет так. Вам дадут задание. Награда будет зависеть от того, как удачно вы с ним справитесь.
— Что за задание?
— Вы должны будете отправиться на север, к руинам Анамаратора, и перерезать канал, по которому Белоснежка черпает украденную силу, что дает ей пропуск на мою территорию. Это мешает мне.
Йохан недоуменно посмотрел на спутника; Мортис понимающе усмехнулся и что-то прошептал ему уголком рта.
— Мы должны действовать одни? — спросил готландец.
— Нет. Я дам вам провожатого, того самого Ночного Клинка, который доставил вас сюда. Но на большее не рассчитывайте. Отправляйтесь — и да пребудут с вами Боги Вечной Ночи!
Согласно словам Джанга, Анамаратор был одним из древнейших городов дроу. Но рок словно преследовал его: землетрясения и наводнения, чума и метеоритные дожди, голод, постоянные нападения монстров и проклятье свихнувшегося Духа Печальных Болот… все превратности судьбы, казалось, испытал он за восемь с лишним веков. И последней каплей в этом озере скорби была неистовая атака хиллсдаунских войск, которые практически вырезали под корень все население и сравняли Анамаратор с землей.
— Однако могущество, питавшее наш город в течение веков, не иссякло, — в словах Ночного Клинка послышалась печаль, смешанная с какой-то странной иронией, — и теперь служит Ведунье. Мощь Кудесницы — тьма и колдовство, а Белоснежка соорудила у источника световой барьер, и ни один из наших магов не может пробить его.
— Стоп. При чем тут маги? — спросил я. — Ни я, ни Мортис не являемся чародеями. Или барьер света может снять и не-маг?
— Теоретически… Но как это сделать — не знает никто.
Прекрасно. Как всегда, мне предстоит свершить принципиально невозможный поступок. Неужели, о Имир, нет никого другого?
С другой стороны, может, и нет. На этой стороне мира.
Но разве у дроу нет своих Героев? Или те, кто служит тьме, не могут справиться со светом?
Все возможно, скептически подытожил я. Всё, в том числе и Невозможное. И, раз уж мне в этом спектакле выпала роль «вершителя невозможных деяний», в сценарии наверняка предусмотрено и решение — просто отыскать его могу только я. С возможной помощью подлинного специалиста по поиску — Фрейи Искательницы.
А значит, действовать мне придется ставшим уже привычным методом слепого поиска: я должен буду идти с закрытыми глазами, покуда не споткнусь о поджидающий меня с начала времен ответ…
— Ты знаешь, где именно расположен этот источник?
— Разумеется, — кивнул Джанг. — У Гильдии Магов.
Возможно, раньше Анамаратор действительно был горд и прекрасен. Теперь он больше походил на каменную насыпь, оставленную уходящим ледником. Словно не несколько месяцев, а века прошли со времени его падения.