Архангел
Шрифт:
Совершенно секретно
28 июня 1953 года
Центральный Комитет, товарищу Маленкову
Направляю Вам протокол перекрестного допроса заключенного А. Н. Поскребышева, бывшего помощника И. В. Сталина, относительно его шпионской работы против Советской власти.
Расследование продолжается.
Заместитель министра государственной безопасности СССР
А. А. Епишев
Отсюда начиналось то, что интересовало Суворина: две страницы в середине допроса Поскребышева, подчеркнутые красными чернилами почти полвека назад чьей-то нетвердой рукой:
Следователь:
Поскребышев: Генеральный Секретарь все больше уединялся и замыкался. После 1951 года он никуда не выезжал за пределы Московской области. Здоровье его резко пошатнулось — я бы сказал, после его семидесятилетия. Несколько раз я наблюдал мозговые расстройства, приводившие к потере сознания, — правда. он быстро приходил в себя. Я говорил ему: «Разрешите вызвать доктора, товарищ Сталин. Вам нужен доктор». Генеральный Секретарь отказывался, говоря, что Четвертое управление министерства здравоохранения находится в ведении Берия и что он доверил бы Берия расстрелять человека, но не доверит ему кого-либо лечить. Тогда я стал заваривать Генеральному Секретарю разные чаи.
Следователь: Расскажите, как проблемы со здоровьем влияли на выполнение Генеральным Секретарем своих обязанностей.
Поскребышев: До того как начались обмороки, Генеральный Секретарь просматривал приблизительно по двести документов в день. А потом это число резко сократилось, и он перестал принимать многих своих коллег. Он делал многочисленные записи, но я не имел к этим записям доступа.
Следователь: Расскажите, какого рода были эти записи.
Поскребышев: Разного. В последний год, например, он приспособил для этого тетрадь.
Следователь: Опишите тетрадь.
Поскребышев: Это была обычная тетрадь в черном клеенчатом переплете, какую можно купить в любом магазине.
Следователь: Кто еще знал об этой тетради?
Поскребышев: О ней знал начальник его охраны генерал Власик. Знал о ней и Берия и несколько раз просил меня снять с нее копию. Этого не мог сделать даже я, так как Генеральный Секретарь хранил тетрадь в своем кабинете в сейфе, ключ от которого был только у него.
Следователь: Попытайтесь предположить, о чем могли быть эти записи.
Поскребышев: Я не могу предполагать. Я не знаю.
Совершенно секретно
30 июня 1953 года
Заместителю министра государственной безопасности СССР
А. А. Епишеву
Вам поручается срочно выяснить, приняв для этого соответствующие меры, где находятся личные записи И. В. Сталина, о которых говорил А. Н. Поскребышев.
Центральный Комитет Маленков
Допрос заключенного генерал-лейтенанта Н. С. Власика
1 июля 1953 года (Выдержка)
Следователь: Опишите черную тетрадь, принадлежавшую И. В.
Власик: Я такой тетради не помню.
Следователь: Опишите черную тетрадь, принадлежавшую И. В. Сталину.
Власик: Вот теперь вспомнил. Я впервые узнал о ее существовании в декабре 1952 года. Я как-то увидел эту тетрадь на столе товарища Сталина. Я спросил у Поскребышева, что в ней, но Поскребышев не знал. Товарищ Сталин увидел, что я смотрю на тетрадь, и спросил, чем это я занимаюсь. Я ответил: ничем, просто мой взгляд упал на эту тетрадь, но я до нее не дотрагивался. Товарищ Сталин говорит: «И ты туда же, Власик, после тридцати лет службы!» На другое утро я был арестован и привезен на Лубянку.
Следователь: Опишите обстоятельства вашего ареста.
Власик: Я был арестован Берия, который без конца надо мной издевался. Берия много раз допрашивал меня насчет этой тетради. Я не мог сообщить ему никаких подробностей. Я ничего об этом не знаю, кроме того, что сказал.
Заявление лейтенанта А. П. Титова,
Кремлевский полк охраны б июля 1953 года (Выдержка)
Я находился на дежурстве в помещениях руководства Кремля с 22. 00 1 марта 1953 года до 06. 00 2 марта. Приблизительно в 04. 40 я встретил товарища
Л. П. Берия и второго товарища, чья личность мне неизвестна. Товарищ Берия нес маленький чемоданчик или портфель.
Допрос П. Г. Рапавы, лейтенанта НКВД
7 июля 1953 года (Выдержка)
Следователь: Расскажите, что было после вашего отъезда с дачи И. В. Сталина с предателем Берия.
Рапава: Я отвез товарища Берия домой.
Следователь: Расскажите, что было после вашего отъезда с дачи И. В. Сталина с предателем Берия.
Рапава: Вот теперь я вспомнил. Я отвез товарища Берия в Кремль, где ему надо было забрать бумаги из своего кабинета.
Следователь: Расскажите, что было после вашего отъезда с дачи И. В. Сталина с предателем Берия.
Рапава: Мне нечего добавить к тому, что я сказал.
Следователь: Расскажите, что было после вашего отъезда с дачи И. В. Сталина с предателем Берия.
Рапава: Мне нечего добавить к тому, что я сказал.
Допрос Л. П. Берия
8 июля 1953 года (Выдержка)
Следователь: Когда вы впервые узнали, что у И. В. Сталина есть тетрадь для личных записей?
Берия: Я отказываюсь отвечать на какие-либо вопросы, пока мне не разрешат выступить перед Центральным Комитетом в полном составе.
Следователь: И Власик и Поскребышев — оба подтвердили, что вы проявляли интерес к этой тетради.
Берия: Центральный Комитет является тем форумом, перед которым следует ставить такие вопросы.