Аргонавты
Шрифт:
Я вам сказал уже, что люди были тогда охотниками, рыбаками и пастухами, возделывать землю они не могли. Деметра научила их этому теперь. Взяв искривленный сук, она провела им глубокую борозду в земле, после чего опустила в нее зерна из колосьев своего венка. Дивились люди:
– Они ведь погибнут в сырой земле!
– говорили они.
Они и должны погибнуть,- ответила богиня,- лишь тот, кто погибнет, взойдет!
С этими загадочными словами она их отпустила и ушла.
С любопытством следили люди за бороздой богини. Вскоре она зазеленела нежной травкой - те пожимали плечами: ну, что же, известное дело, сорная
И опять богиня спустилась к ним, этот раз с серпом в руке. Она срезала колосья, положила их на каменных плитах, велела пастухам позвать быков, чтобы они их вымолотили своими копытами и, отложив часть для следующего посева, высушила над огнем, смолола плоскими камнями, из муки же замесила тесто на квашне и на ближайшем очаге испекла первый хлеб. Отведали его элевсинцы - и показалось им, что они не ели никогда ничего такого вкусного.
Это было только начало. Для следующего посева Гефест изготовил Деметре плуг, для следующего размола Афина - ручную мельницу.
Вскоре была уже обсеменена целая нива - Рарийская нива в Элевсине, мать всех нив.
И тогда Деметра призвала к себе Триптолема, подарила ему воздушную колесницу, запряженную змеями, и велела ему разъезжать повсюду и учить людей хлебопашеству.
И Триптолем исполнил ее завет. Сначала научил он нас, эллинов, а затем отправился к варварам и теперь, слышим мы, все живущие вокруг голубого моря народы возделывают землю и кормятся хлебом.
Да,- прибавил Мопс,- это дар Деметры.- Но и это было только начало. Когда опять зазеленела Рарийская нива, Деметра призвала царскую семью и весь элевсинский народ и сказала им:
Внемлите, Келей и Метанира, внемлите вы все, элевсинский народ! Еще одну великую науку имею я вам передать, чтобы вы научили ей других, чтобы эллины и варвары находили утешение в храме таинств моего Элевсина. Я сказала вам однажды: -Лишь тот, кто погибнет, взойдет! Теперь вы меня поймете. Вы опускаете в землю зерно, оно истлевает в ней, но погибая само, оно дает свежий росток, и этот росток восходит. Вы и тела ваших покойников опускаете в землю и они истлевают, но они выделяют из себя росток для новой жизни, и этот росток - душа. Душа не умирает вместе с телом - душа бессмертна. Вот та великая наука, которой я учу вас, и которой вы должны научить все человечество. Приди, дочь моя, расскажи им, что ты видела там, в подземном царстве.
И перед удивленным народом предстала Кора.
Когда человек умирает,- сказала она,- его душа покидает его тело легким облачком при последнем дыхании. Но она продолжает пребывать в близости с ним и мало-помалу дорастает до его полного подобия, оставаясь, однако, незримой для людей. Но когда тело хоронят, она отрывается от него, Гермес ее берет и уносит по воздушным путям в обитель утомленных. Там у входа - Белая скала: пролетая мимо нее, душа теряет память о том, что она испытала на земле! Отныне она живет в бессветных пропастях подземного царства тихо тлеющей тенью, без горя, но и без радости. Так было до сих пор.
Но я хочу, чтобы мой приход в подземное царство ознаменовался великой радостью. По ту сторону бездны есть выход на отвращенную от нас поверхность земли, ее освещает солнце в то время, когда здесь царит мрак. Там зеленые
Так были основаны обеими богинями Элевсинские таинства. Сказав это, Мопс прибавил тихим певучим голосом:
Счастлив, кто видеть сподобился их, из людей земнородных! Тот же, кто их приобщиться не мог, и за смерти порогом доли его не разделит в туманной обители мертвых.
После этого он умолк. Солнце садилось. Тень заволакивала «Арго».
И это все, Мопс, что ты хотел рассказать об этих таинствах?
– спросила Медея.
Два условия поставила царица тайн для достижения обетованного блаженства: посвящение и праведную жизнь. Первое без второго бесплодно, и напрасно думает грешник, что дав себя посвятить, он удостоится причисления к сонму блаженных, не спасение, а гибель обретет он в таинствах Богини.
Весною, в праздник Малых Эливсиний, происходит посвящение новых членов. Посвященный надевает чистое белое платье, которое потом снимает и бережет до своей женитьбы, из него он делает пеленки для своего ребенка, чтобы его с первых же дней окружала благодать богини. Само посвящение производится окроплением кровью зарезанного поросенка, но это не важно, важнее другие обряды, о которых я не волен вам рассказать.
Главный праздник - осенний, Великие Эливсинии. Уже накануне тянется длинное шествие посвященных по дороге, ведущей из Афин в город Деметры, и по другим. К вечеру все собираются на светозарном лугу перед храмом обеих богинь. Всю ночь происходят хороводы, не умолкает благоговейная песнь, люди уже здесь, на земле, предвкушают блаженство, предстоящее им на том свете, под сенью вечнозеленых рощ. На следующий день - отдых: они ведь утомлены долгим странствием и ночной пляскою. А третий день - день таинств. Иерофант - так зовут главного жреца - обращается к посвященным со словами наставления, которым исключаются все, кто запятнал себя грехом, особенно нечестным или жестоким отношением к чужестранцам или к маленьким людям. Не послушаются - им же хуже: жреца обмануть можно, богиню же не обманешь. А затем посвященные вступают в святую ограду, в храм таинств. А там...
И что же там?
– спросила Медея.
Этого я вам сказать не могу. Скажу одно: я видел их самих, великих богинь, в блеске их небесного величия, я видел всю вереницу их мук, тоску дочери и скитания матери, я видел подвиг любви, поборовший смерть, я познал, что душа наша бессмертна и что праведных ждет вечная награда на блаженных полянах царицы преисподней. И между людьми: свободный и раб, эллин и варвар - перед Деметрой все равны. Но помните также: посвящение бесплодно без праведной жизни.
А хотите, я расскажу чудную историю, которую как-то слышал от Орфея?
– вдруг спросил Полидевк.
Хотим!
Конечно!
Еще бы!
– наперебой оживленно заговорили аргонавты, вспомнив улыбающегося Орфея, оставшегося на далеком берегу со своей синеокой любовью.
Не помню, в какой из бухт,- начал Полидевк,- на исходе весны, когда рыбаки тянут сети, ловят карпов розоватого цвета, ищут ракушки, розовые, как жемчуг, а торговцы рыбой спешат пораньше распродать свой товар, случилось вот что.