Арамус
Шрифт:
Афелион указал на сигнал SOS, высвечивающийся на экране.
— Не прошло и четырех часов после нашего отъезда, как со станцией состыковался неопознанный корабль, с помощью газа усыпив всех сотрудников.
— Мне казалось, что несколько лет назад после применения пиратами такой тактики на всех объектах были приняты меры для предотвращения подобных нападений.
— Обезопасили только зону стыковки. Те, кто стоял на страже, были в масках и не пострадали… поэтому погибли. Все, кто пытался дать отпор, были убиты.
Страх
— Что им было нужно?
— Вот и самая загадочная часть. Они охотились за пленными, которых мы высадили. Больше ничего не взяли.
Его механическое сердце на миллисекунду перестало биться. Нет, черт возьми, только не это. Он еще никогда в жизни так сильно не боялся за кого-то.
— Они мертвы?
— Не все. Они убили парня в коме и двух немых, а остальных, похоже, похитили.
— Райли тоже забрали?
— Райли, Кармен и Перси.
Он с облегчением выдохнул. Она была жива.
— Ты уверен?
— Разве я где-то упоминал о сомнениях?
Не упоминал, но ему нужно было убедиться, прежде чем сделать что-то иррационально опрометчивое.
— Разворачиваемся.
— Зачем?
— Чтобы выследить тот гребаный корабль.
— Спрошу еще раз. Зачем?
— Ты намеренно тупишь? Чтобы, мать твою, спасти их, конечно.
— Я все еще не понимаю, зачем. Они всего лишь люди, — усмехнулся Афелион. — Разве не ты всегда говоришь, что хороший человек — это мертвый человек? Почему мы должны напрягаться и помогать им? Если они хотят поубивать друг друга, то вперед.
Арамус не был впечатлен речью киборга, даже если когда-то сам так думал.
— С каких пор ты такой засранец?
— Я? Я лишь повторил твои слова.
Черт. Почему Афелион именно сейчас решил процитировать все его высказывания?
— Ну, так было раньше.
— До чего?
До того, как он встретил человека, сумевшего доказать, что не все люди были злыми. Сумевшего доказать, что Арамус был способен заботиться о ком-то и кому-то нравиться, даже будучи злобным засранцем.
— Забудь обо всем, что я говорил. С каких пор мое ворчание кто-то слушает?
— С тех пор, как ты вылавливал нас по углам и орал о своей правоте.
— Вообще-то я мог передумать.
— Ты? — Авион усмехнулся. — С чего мистеру я-бы-не-помочился-на-горящего-человека вдруг стало не безразлично?
Авион с чего-то взял на себя роль Сета, до чертиков разозлив Арамуса и заставляя его признать свою ошибку.
— Вдруг для меня это стало важным, черт бы тебя побрал. Ты это, мать твою, хочешь услышать? Я ненавижу свою заинтересованность. Мне не стоило позволять своим ущербным эмоциям искажать мое суждение и оставлять там Райли. Хочешь лишить меня командования? Или продолжишь издеваться? Я облажался, и теперь мне необходимо исправить ошибку, — ему нужно было вернуться и спасти Райли, прежде чем они причинят ей боль или убьют.
— Ты понимаешь, что она, возможно, уже мертва? —
— Нет. Она жива, — Арамус не сумел сдержать разочарованного рева и ударил кулаком по металлическому столбу, который служил структурной балкой в командном центре. Было так мучительно осознавать, что он подвел Райли. Из-за своего нелепого страха он подверг ее опасности. К сожалению, он сумел признать свои опасения только после потери девушки. Ему следовало прислушаться к друзьям, отбросить предубеждения и держать Райли рядом с собой.
«Я бы не умер, если бы признал, что что-то чувствую к ней. А если бы кто-то решил посмеяться надо мной, то я бы просто набил ему морду».
— Она не может быть мертва, — утверждение не было подкреплено логикой, только его надеждой.
Авион выразил поддержку, в которой нуждался Арамус:
— Учитывая трудности, через которые они прошли, чтобы вернуть Райли, ее смерть маловероятна. Если бы они хотели просто заткнуть своих бывших сотрудников, то казнили бы их на станции или просто взорвали бы все к чертям.
— Ты тоже думаешь, что она цела?
— Да. Пока что. Но чем дольше мы тянем с ее спасением, тем больше у них времени передумать и причинить ей вред.
— Нет! — разочарование и нетерпение плохо сочетались в Арамусе. Ему нужно было срочно кого-то ударить. Прямо сейчас. — Мы должны вылетать. Быстрее.
— Еще одна хорошая новость. Нам не нужно возвращаться и искать виновных.
Арамус прервал свою истерику, которую стальная опора выдержала с измятым изяществом, и уставился на Афелиона.
— Не понял.
— Нам не придется возвращаться, потому что они у нас на хвосте.
Не нужно было быть гением, чтобы понять, что это означало. Вражеский корабль мог совершить налет на станцию и так быстро найти их судно, после тщательного заметания следов, только в одном случае.
На борту бы жучок. Но где? Среди компьютеров и расходных материалов, которые были вынесены с базы? Или проблема была более серьезной? Люди ушли. Значит, пленники не имели устройств слежения, а установить жучок на корабле у них просто не было возможности. Оставался лишь один вариант. На борту был шпион?
Арамус не шутил, когда заявил Авиону, что кто-то пытался взломать их компьютеры для отправки сообщений. Просто он подозревал, что один из людей хотел связаться с друзьями или семьей на Земле. Теперь же оставалась лишь одна тревожная перспектива. Шпионом был киборг. Вопрос был в том, участвовал ли он в шпионаже на добровольной основе?
Пожалуйста, только не Авион. Ему бы не хотелось убивать друга. Теперь придется устраивать ловушку и выманивать предателя.
— Отключите связь. И заглушите частоту, которую используют наши ИМК. Выполняем только устные, личные команды.