Арамус
Шрифт:
Чертовски красиво. И все же она умоляла о большем.
— Возьми меня, Арамус, — просила Райли. — Ты нужен мне. Боже, как же ты нужен мне.
«А она нужна мне».
Он положил ее обратно на кровать, не позволяя девушке сомкнуть ноги, чтобы затем устроиться между ними. Головка члена потерлась о набухший клитор. Райли издала нечленораздельный звук и выгнула спину, пытаясь заставить его войти внутрь. Но она только что кончила, а Арамус, несмотря на дикое возбуждение, все же сохранил толику здравого смысла, чтобы понимать, что ей нужно немного времени, чтобы суметь достичь еще одной кульминации. И это его вполне устраивало,
Опершись на предплечья, он продолжил тереться головкой о клитор и в то же время ласкать ее сосок своим ртом. Арамус жестко всосал ореол, в ответ Райли обхватила руками его голову, нисколько не смущаясь металлической пластины, и выгнулась, тесно прижимая грудь к его лицу. Будто он позволил ей диктовать свои условия в постели. Арамус отстранился, чтобы прикусить зубами ее возбужденный сосок. Райли тяжело дышала и извивалась. Ей определенно нравились его действия. Арамус обвел языком затвердевшую горошинку, прежде чем покрыть поцелуями остальную часть груди.
Ее лоно сильно увлажнилось, покрывая смазкой его головку. Черт. Райли была так близка к тому, чтобы снова кончить. Арамус переключил свое внимание на вторую грудь, уделив ей такое же внимание. Райли восторженно застонала.
Забыв о скольжении члена по клитору, Арамус вошел головкой в лоно.
«Туго, так эротично, чертовски узко. Идеально. Моя».
С постоянно повторяющейся собственнической мыслью Арамус толкнулся, глубоко погружаясь в ее бархатистое лоно, и не смог сдержать стон из-за восхитительного ощущения. Ее гладкие мышцы сжались, как тиски, вокруг члена, не желая отпускать. Арамус чуть не потерял самообладание. Но он был киборгом. У него было больше контроля. Вроде бы.
Он отстранился, неохотно покидая теплое лоно. Когда только головка осталась внутри, Арамус ринулся вперед так глубоко, как только мог, войдя в Райли по самое основание члена. Девушка издала высокий пронзительный стон и вцепилась в его спину. Арамус отступил и толкнулся обратно, сильно и глубоко. На этот раз Райли коротко вскрикнула. Казалось, он нашел ее точку G, чем и воспользовался в полной мере. Длинными, размеренными движениями Арамус входил и выходил из лона. Каждый выпад задевал точку G, из-за чего ее мышцы напрягались. Лоно Райли становилось все уже и уже, пока она с громким криком не достигала кульминации. Ее оргазм был диким и интенсивным, подтолкнув Арамуса к собственному освобождению. Он потерял весь самоконтроль, присоединившись к Райли в наслаждении, и не смог удержаться от мысли:
«Я никогда не смогу отпустить ее».
Глава 19
Святые небеса, она получила больше, чем рассчитывала… в хорошем смысле. Арамус чуть ли не прибежал к ней, сгорая от желания и не в силах сопротивляться. Райли растаяла, когда увидела его внутреннюю битву. На этот раз выражение лица Арамуса не было настороженной маской, отражая борьбу страсти с опаской… и тоской.
Он хотел то, что она предлагала, но продолжал не доверять. Впрочем, Арамус просто не мог ничего с собой поделать. Они занимались любовью. Дикой, невероятной любовь. Даже когда Арамус кончил, выкрикнув ее имя хриплым голосом, то не забыл о ней. Вместо того чтобы рухнуть на нее, — раздавив и убив — он вспомнил о ее более хрупкой человеческой природе и перекатился, не выходя из лона, распластавшись на спине и разместив Райли на своей груди.
Отдышавшись, она, прижимаясь щекой
— Почему я не слышу, как бьется твое сердце?
— Потому что у меня его нет.
Ответ поразил настолько, что Райли приподнялась и посмотрела ему в лицо.
— Что, прости? Мне показалось, как ты сказал, что у тебя нет сердца.
Кривая усмешка изогнула его губы, смягчая резкие черты лица.
— Ты все правильно услышала. У меня нет сердца. Одно из моих усовершенствований заключалось в удалении органа и замене на более эффективный механизм.
— И он качает твою кровь? Сохраняет тебе жизнь?
— Да.
Она с облегчением вздохнула.
— Ох, слава богу. На минуту мне показалось, что у меня только что был потрясающий секс с мертвым парнем.
— Мои действия доказали, что я был более чем жив, — усмехнулся Арамус.
Из Райли вырвался смешок.
— Прости. Просто если подходить к данному факту с логической точки зрения, то, при отсутствии сердцебиения, ты думаешь, что парень был либо вампиром, либо зомби.
— Ты сравниваешь меня с вымышленными персонажами?
— Это не попытка оскорбить. Я люблю читать романы, где вампиры соблазняют девушек.
— За исключением того, что сейчас ты соблазнила меня.
— Ага, так и есть, — усмехнулась Райли. — Если честно, то я рада, что нашла в себе мужество на подобное.
— Мы оба проявили мужество.
— Ты же сейчас не сбросишь меня на пол и не убежишь, верно?
На мгновение что-то промелькнуло на его лице… сожаление, печаль… или что-то еще? Но его слова развеяли страхи Райли.
— Нет. До тех пор, пока мы летим на одном корабле, я не буду избегать тебя.
Что-то в формулировке фразы задело ее, но Райли так и не определила что именно.
— Боже, как романтично.
— Если ты ожидаешь, что я превращусь в слащавого, болтающего стихи идиота, то подумай еще раз. Я не умею произносить цветистые речи. Не делаю комплиментов. И не обнимаюсь.
— Тогда как ты называешь то, что мы делаем? — она заерзала и выгнула бровь.
Медленная, озорная улыбка растянула губы Арамуса.
— Готовимся ко второму раунду.
Арамус снова занялся с ней любовью, но на этот раз медленно и с благоговением. Он исследовал ее тело руками и ртом. Для мужчины, который утверждал, что не делает комплименты, своими действиями он доказывал обратное. Арамус поклонялся каждому дюйму ее тела, обращаясь с Райли как с храмом.
Она никогда не чувствовала себя более красивой и желанной. Несколько дней они провели в блаженстве, расставаясь только тогда, когда ему нужно было посетить мостик. Они вместе ели. Вместе спали. Вместе мылись и занимались любовью бесчисленное количество раз.
Но сексом дело не ограничилось. Райли рассказала ему о жизни, которую вела раньше, а Арамус благодаря мини-допросу поделился историей о своем освобождении и о том, как он пришел в сознание. Теперь она понимала, насколько травмирующий опыт получил киборг. Увидела его возмущение тем фактом, что, в отличие от других киборгов, он почти ничего не помнил о своем прошлом. Райли слышала нежность в его тоне, когда он рассказывал о своих друзьях, и была совершенно уверена, что Арамус, мистер я-ничего-не-чувствую, понятия не имел, как светлело его лицо при воспоминании о шалостях и миссиях, которые они провернули. Пока они болтали, Арамус ни разу не заговорил о своей ненависти к людям. Райли решила, что он, наконец, начал ей доверять. Решила, что теперь Арамус будет о ней заботиться.