Арамус
Шрифт:
— Ох, это было чем-то большим. Поверь. Я знаю его. Иначе он бы ни за что не переспал с тобой. У Арамуса очень развит самоконтроль. Он никогда не позволяет своим эмоциям или телесным потребностям мешать ему стать идеальным солдатом-киборгом. Пока он не встретил тебя.
— Ха. Верится с трудом, — каждая встреча с Арамусом, за исключением первого знакомства, заканчивалась либо поцелуем, либо чем-то большим.
— А придется. Просто его напугала возможность потери самообладания. Он боится тебя.
Она не смогла сдержать смех.
— Большой крутой парень боится меня? Вот
— Он боится отпустить ненависть и начать о ком-то заботиться. Возможно, боится признать, что не все люди плохие и что в нем больше человечности, чем он верит. Арамус рассматривает эмоции как слабость.
— Зачем ты рассказываешь мне это? Арамус пришел бы в бешенство, услышав нашу болтовню.
— Он определенно все слышит.
— Сейчас? Хочешь сказать, что он где-то здесь? — она огляделась по сторонам. — Не вижу его.
— Физически его здесь нет, но, держу пари, он подслушивает. Арамус наверняка постоянно следит за тобой.
Следит? Может, не вся надежда была потеряна.
— Ты нарвешься на неприятности.
— Арамус не причинит мне вреда. Может, я чересчур самоуверен, но он не обидит меня.
— Ладно, раз ты утверждаешь, что так хорошо его знаешь, то как мне действовать?
— Заставь его заботиться.
Она фыркнула.
— Как? Я же не могу просто обнять его и гладить по головке до тех пор, пока он не вспомнит и не проплачется из-за потери дядюшки.
— Черт. Я бы с удовольствием посмотрел на это. Блин, я бы даже выказал ему поддержку. Только сделай одолжение и подожди, пока Эйнштейн не вставит мне имплантаты глаз, чтобы я мог воочию видеть это.
— Договорились. Но ты так и не уточнил, как мне заставить его проявить заботу, если мы даже не встречаемся. Он прячется в запретных частях корабля.
Авион пожал плечами, а его губы изогнулись в озорной усмешке.
— Так заставь его прийти.
— Как?
— Сделай нечто, что вызовет достаточно сильную эмоциональную реакцию. Например, заставить его ревновать.
Притвориться, что ей понравился другой киборг? Нет, Райли сразу отвергла идею. Мало того, что такая ситуация выглядела бы слишком расчетливой, так еще Арамус мог навредить одному из своих друзей.
— Слишком коварно.
— А если он подумает, что ты в опасности?
Подвергнуть себя опасности? Но если Авион ошибался? Тогда Райли могла пострадать. Нет. Она еще в не настолько отчаянном положении. Райли покачала головой, а затем поняла, что Авион не видел ее ответа.
— Тоже не подойдет.
— Раз он, похоже, не может устоять перед тобой, то возбуди его.
И как это провернуть, если его никогда не было рядом? Вот только если Арамус действительно постоянно наблюдал за ней? Был только один способ выяснить это.
— Ты дал мне много пищи для размышлений.
— Не переусердствуй. Мне бы не хотелось, чтобы вы оба упустили свой шанс.
— На что ты намекаешь?
— Ни на что. Просто обдумай мои слова.
Она обязательно все обдумает. Черт, она уже все обдумала. И пришла к выводу, что это того стоило. Если нахождение в плену и научило ее чему-то, так это что жизнь была слишком коротка, чтобы сидеть и ждать у моря погоды.
Глава 18
«Чем она занимается? — подумал Арамус, включив камеры. Райли вошла в свою каюту и принялась расхаживать по комнате. Казалось, она вела тихую дискуссию сама с собой. Периодически девушка хмурилась и кусала губы, будто пыталась прийти к какому-то решению. — Что ее так тревожит?».
Арамус признавал, что проявлял слабость, но не мог не следить за Райли. Как только он добирался до своей каюты, то сразу, обычное дело, активировал камеры, настроенные на ее каюту. Он заметил угрюмость девушки, увидел надежду в ее глазах, когда в коридоре прозвучали звуки шагов. И снова печаль, кода кто-то прошел мимо ее комнаты.
«Она скучает по мне».
Теория подтвердилась после ее разговора с Авионом. Будь проклят этот киборг за то, что проболтался о шпионаже Арамуса. Так унизительно, но он ничего не мог с собой поделать. Еще более обидно было осознавать, что Авион догадался о его слабости. Арамус хотел спуститься в лазарет и хорошенько накричать на раненого, а еще лучше встряхнуть, чтобы все болты встали на место, но тогда бы он признал, что наблюдал за девушкой. Поэтому, независимо от желаний, ему пришлось остаться в стороне. Обычно, когда Арамус был так взволнован, он предпочитал бить и убивать.
К счастью, пытка должна была скоро закончиться. Всего через несколько дней они доберутся до промежуточной станции. Арамусу осталось продержаться всего чуть-чуть. Он мог устоять перед искушением. Мог…
«Какого хрена вытворяет Райли?»
Все началось с того, что она расстегнула молнию на комбинезоне. Само по себе действие было обычным, но медлительность, чувственное пожатие плечом, освобождение сначала одной руки, затем второй… это удивляло.
Комбинезон опустился до талии, обнажив ее торс, обтянутый майкой. Затем Райли стянула комбинезон, оголяя идеальные, чувственные бедра, и позволила ему упасть к своим стопам. Одетая только в белую майку и трусики, она переступила скомканную ткань. Арамус сразу переключил камеры, ожидая увидеть, как Райли входит в душ. Ведь только по этой причине она могла раздеться днем. И, да, он полностью осознавал, что, судя по наглому шпионажу, окончательно слетел с катушек. У его действий даже было название — вуайерист. Но понимание этих фактов не мешало ему смотреть… и наслаждаться.
Его член затвердел в предвкушении. Ему очень нравилось наблюдать, как эротично купалась Райли. Но в этот раз она не вошла в маленькую ванную. Странно. Арамус переключил изображение обратно на ее комнату… и имел удовольствие лицезреть полностью обнаженную Райли, растянувшуюся на кровати, с раздвинутыми ногами и выставленной на показ розовой киской. Судя по реакции наноботов в его организме, Райли представляла собой весьма стимулирующее зрелище. Арамус запомнил и сохранил ее образ в своих банках памяти.