Апрель для Октября

Деева Лина

И прежде, чем спутник успел ответить, пустил найтмара в галоп.

Не один час промотались они по пустошам седьмого круга, но единственной их добычей стал маленький осколок прозрачного жадеита. Дин нашёл его на одной из насыпей, куда поднимался, чтобы осмотреть окрестности. Ярко-зелёный камешек игриво подмигнул из серой «сыпухи», и рука сама потянулась за ним.

— И откуда ты такой взялся? — с лёгкой насмешкой побормотал Дин, разглядывая неожиданную находку.

— Что там? — с любопытством спросил подошедший Лион.

—

Безделица. — Однако, противореча своим словам, Дин спрятал камешек в карман. — Возвращаемся, в этот раз охоты не будет.

— А всё потому, что ты не догадался сговориться с Псарём, — наставительно заметил приятель.

— Скорее уж потому, что кто-то болтает так, что слышно на все пустоши, — не остался в долгу Дин.

Лион состроил обиженную мину:

— Хорошо, я буду молчать до самого замка. Но если химера нам так и не встретится…

Он многозначительно замолчал, вынуждая спросить:

— То что?

— То я подарю тебе элитного щенка адской гончей.

— Избави Ад, — пробормотал Дин и начал спускаться. Он никогда никому в этом не признавался, но собак терпеть не мог. Пахнущие псиной, требующие постоянного ухода, а самое главное, беззаветно преданные хозяину — и не важно, как он с ними обходится. Самое смешное, что Хина собак обожала, причём за те же самые качества.

«Любопытно, Эйприл тоже собачница?»

Дин раздражённо пнул носком сапога некстати подвернувшийся камень. Сколько можно вспоминать эту девчонку! Честное слово, не будь она ангелом, впору было бы заподозрить приворотное плетение и обратиться к кому-нибудь из подчинённых короля Белета.

Занятый этими мыслями, Дин подошёл к найтмару, и лишь тогда заметил, что обе стреноженные лошади неспокойны: прядают ушами, выстукивают копытами нервный ритм и испуганно косятся на лежащий невдалеке огромный валун. С учётом общей безжизненности адских пустошей такое поведение могло означать только одно — хищника.

Не рассуждая дальше, Дин сорвал с луки седла арбалет. Стремительно взвёл его и, одновременно швырнув в сторону валуна знак слепоты, выстрелил.

Сбитая в прыжке химера тяжело рухнула на землю, несколько раз дёрнула могучими орлиными лапами и затихла. Из её правого глаза торчал арбалетный болт.

— Друг мой, ты невероятно крут.

В кои-то веки уважение и восхищение в тоне и взгляде Лиона были неподдельными.

— Благодарю, — равнодушно отозвался Дин. Стараясь держаться на безопасном расстоянии от когтей и скорпионьего хвоста, обошёл тварь кругом. Да, повезло, что удача оказалась к нему благосклонна — на второй выстрел времени бы не хватило, а вступать в рукопашную с таким монстром… Дин удержался от того, чтобы не поёжиться. Отвлекая воображение, хлопнул в ладоши, призывая духа.

— Ваше сиятельство, — тот замер в поклоне, ожидая приказаний и опасливо косясь на мёртвую химеру.

— Тушу свежевать, — распорядился Дин. — Яд из тельсона сцедить, шкуру

выделать, кости растереть в порошок. Выполняй.

Дух исчез, отправившись за подмогой, а Дин, повесив арбалет на прежнее место и отвязав найтмара, запрыгнул в седло. Небрежно бросил ждущему его верхом на кельпи Лиону:

— Через пару дней жди подарок, — и тронул каблуками конские бока.

— Ты очень щедр, — приятель благодарно приложил ладонь к груди. — И искушаешь охотиться с тобой почаще.

— Охоться, если есть желание, — Дину в самом деле было это безразлично. — Только не болтай в процессе.

Лион хмыкнул, но смолчал — не иначе внял просьбе.

Глава 14

Клепсидра методично отсчитывала проходящие на Земле часы и дни. Дин изъездил все пустоши, наохотившись на несколько лет вперёд и пополнив кладовые редкими алхимическими компонентами и звериными шкурами. Лион, как и обещал, не раз составлял ему компанию, добавив в свою коллекцию трофеев пару некрупных химер и гарпию.

Кроме охоты, Дин занимался поместьем. Провёл в замке строгую ревизию, проверил бухгалтерские книги, устроил давно напрашивавшуюся перепись легионов. И, хвала намертво прилипшей к лицу маске невозмутимости, никто даже не догадывался, насколько его воротило от этих скучных занятий.

— Ты прямо-таки домоседом заделался, — как-то после ужина заметил Лион. — Неужели слухи правдивы, и ты собираешься связать себя узами брака?

— Ни в коем случае, — Дин позволил отвращению прорваться в голос. — Причём тут вообще брак?

— Предполагают, что ты готовишь имение к прибытию будущей хозяйки.

Дин машинально опустил руку в карман и по недавно появившейся привычке сжал найденный жадеит.

— Бред.

Приятель развёл руками:

— За что купил, за то и продаю. Но если адские кумушки внезапно окажутся правы, я надеюсь, ты скажешь мне об этом? По-дружески.

— Непременно, — Дин не видел проблемы обещать то, что никогда не произойдёт.

Удовлетворённый ответом Лион перешёл к следующей сплетне — о новой фаворитке мессира Сатаны. Погружённый в раздумья Дин слушал приятеля вполуха. Раньше он не думал, что его безвылазное сидение в Аду будет замечено и, вполне возможно, кому-то покажется подозрительным.

«Пора возвращаться на Землю».

И от этой простой мысли на сердце вдруг стало радостнее.

***

С ночи его последнего визита прошло больше полутора месяцев, и утёс Семи Ветров встретил Дина ледяной глазурью и холодом близящегося Йоля. После затхлой атмосферы Ада кристальный воздух пился, как вода, и пьянил, как молодое вино. Дин привычно стоял на краю скалы и, глубоко дыша, смотрел на золотисто-серебряную паутину городских огней под ногами. Официально — выбирая жертву. На самом деле — пытаясь разглядеть среди мешанины красок грехов и праведных поступков тонкий серебристый след.