Аполлония

Макгвайр Джейми

– Бенджи?

– Да?

– Я серьезно. Не надо.

– Ох, ладно. – Бенджи сел прямо. Но посреди лекции опять наклонился ко мне. – Мы все разъезжаемся до конца недели, каникулы ведь, День благодарения. Ты едешь домой?

Я покачала головой, стараясь не слишком задумываться над этим вопросом.

Доктор Зет закончил лекцию, а я поняла, что сделала всего одну запись. Первую половину лекции я провела, таращась в затылок до отвращения красивой головы Сайруса, а во вторую отгоняла воспоминания,

которые по неведению вызвал Бенджи.

Сай сложил вещи, встал. Обменялся еще несколькими словами с профессором, а потом быстро вышел в коридор. Мне очень хотелось остановить его и расспросить о взгляде Кевина, полного ужаса, накануне вечером. Я не видела столь невероятного страха с той самой ночи, когда мои родители и Сидни… с той ночи, о которой я отказывалась думать. Мне хотелось знать, чем Сайрус вызвал у Кевина подобный ужас.

Бенджи наблюдал, как я закрываю ноутбук.

– Сай похож на отличного парня, но странно, что, кроме вчерашнего вечера, я ни разу его не видел вне стен этой аудитории.

– Что странного? Иногда я и тебя не вижу нигде, кроме этой аудитории.

– Да, но… – Бенджи надел на плечи лямки рюкзака, помог мне надеть мой. – Он исчезает, как только выходит отсюда. Я как-то пошел за ним следом, он повернул за угол и… пуф!

У меня невольно дернулись уголки рта.

– Знаешь, я немножко ревную… оказывается, ты не только меня преследуешь!

– Хотелось бы мне, чтобы ты ревновала.

Я покачала головой.

Бенджи рассмеялся:

– Я его не преследовал. Мне просто любопытно.

– Нет причин для тревоги. Я его видела не только в этой аудитории.

– Это… было вроде свидания?

– Нет, вроде того, что он помогает доктору Зету в исследованиях.

– Я думал, это ты делаешь?

– Мы оба.

– Ох… А я думал, он здесь ненадолго. И вы каждый вечер работаете вместе?

– Каждый.

Бенджи нервно переступил с ноги на ногу:

– Даже в выходные?.. Ты поэтому не едешь домой?

– Да, и в выходные. А домой не еду потому, что сейчас мой дом – Кемптон, и – еще раз – я не хочу об этом говорить.

– Ох…

Я засмеялась:

– Слушай, я умираю от голода.

Бенджи изобразил улыбку и пошел за мной на улицу и дальше – в кафе «Джи-Джи». Мы с Бенджи регулярно обедали здесь с тех пор, как начали заниматься вместе. Официантки думали, что мы встречаемся, хотя я старалась демонстрировать обратное.

Мы вышли во внутренний крытый дворик и наблюдали за машинами на улице, пока к нам не подошла официантка – узнать, что мы будем пить. Мы наслаждались мрачным ноябрьским днем, мне хотелось нагуляться, прежде чем я заточусь снова в лаборатории без окон.

– Мне воды, пожалуйста.

– Мне тоже, – сказала я, удивляясь, что Бенджи никак не реагирует.

Он

всегда посмеивался надо мной из-за того, что я пью много воды, но сейчас, похоже, ушел в свои мысли.

Бенджи взял пакетик с сахаром; казалось, ему неуютно в клетчатой рубашке на пуговицах. Рукава он закатал до локтей. Бенджи хотелось о чем-то поговорить, но он сдерживался.

Наконец я ткнула его ногой под столом.

– Ой!

– В чем дело? – Я старалась не рассмеяться от собственной детской выходки.

– Какое дело? – откликнулся Бенджи, наклоняясь, чтобы потереть ушибленную голень.

Я сдвинула брови:

– О чем ты молчишь?

– Ни о чем, я вообще не молчу. Я пытаюсь выразить то, что хочу сказать, причем в такой форме, в какой ты еще не слышала.

– Это из-за Сая?

– Из-за многого, Рори. Я… я хотел подождать. Поговорить, когда ты будешь готова, в особенности после случая с Элли. Я боялся снова оттолкнуть тебя. Но если буду ждать, а вы с Сайрусом продолжите так много времени проводить вместе…

– Бенджи, не надо.

– Не говори, что я не должен. Ты не даешь мне сказать о своих чувствах, обрываешь на полуслове примерно раз в неделю с тех самых пор, как мы познакомились. Есть нечто, чего я не знаю о твоем прошлом. Может, мне и не нужно знать. А может, ты когда-нибудь сама расскажешь, а мне захочется, чтобы ты ничего не говорила. В любом случае мои чувства к тебе не изменятся. Мне незачем знать о твоем прошлом, чтобы понять, что я чувствую к тебе сегодняшней.

– Да я понятия не имею, кто я сейчас. Точно не та, кем была прежде. И ты не можешь испытывать чувства к человеку, что застрял в неопределенности.

Я отвела взгляд в сторону. «Чистилище» – вот подходящее слово.

– Ты – это ты. – Бенджи пожал плечами и улыбнулся. – Женщина, которая сидит напротив меня и с которой я хочу проводить время, которую хочу обнимать так, как обнимал вчера вечером, и так часто, как мне захочется. И так часто, как захочется ей. И если ты дашь мне шанс…

Официантка принесла воду и улыбнулась:

– Готовы сделать заказ?

– Э-э… – Я посмотрела в меню. – Пожалуй, рагу из цыпленка и испанские лепешки с сыром.

– Мне то же самое, – сказал Бенджи.

– Опять ты подлизываешься, – засмеялась я, протягивая меню официантке.

Она взяла его и вдруг сообщила:

– Вообще-то, он всегда это заказывает.

Как же я могла этого не заметить, ведь мы так часто обедали здесь с Бенджи? Или я слишком сосредоточилась на том, чтобы не вызывать в нем чувств к себе, и в результате совершенно его не видела? И как его может интересовать некто вроде меня?

– Спасибо, Челси. – Бенджи не отводил от меня взгляда. – Видишь? У нас есть что-то общее.