Аполлон
Шрифт:
– Умника пустил в ход,да? Иди на хрен, Красавин, - снова включив «ёжика», и, растопырив колючки, фыркает Ари.
– Я, вообще-то, единственный, кто может помочь тебе, – сухо напоминаю я. Иногда ее нaглость и неблагодарность переходит все границы моего терпения.
– Много на себя берешь, красавчик.
– Прекрати меня так называть.
– Я могу вообще молчать.
– Отличное pешение. Выглядишь умнее, когда затыкаешь свой рот.
Вот и поговорили, бл*дь, раздраженно думаю я, откидываясь назад, и убирая руки в карманы джинсов. Только Ари способна в течение одного часа довести меня до оргазма, ярости, раздражения и настойчивого желания отшлёпать ее наглую задницу или оттрахать, если порка не возымеет действия. Невыносимая девчона. И какого хрена я, спрашивается, ношусь с ней?
ГЛАВА 8
Марк
– А если этой Стеллы нет дома?
– подает голос Ариана в тот момент, когда я нажимаю номер квартиры на домофоне.
– Не этой. Имей уважение к моим близким, Ари, - отзываюсь я, пытаясь не сорваться на грубость.
– Сейчас выясним, дома Стелла или нет.
После нескольких скрипучих механических гудков, раздаётся автоматический щелчок открывающегося замка. Стелла, как обычно, пренебрегает мерами предосторожности. Или кого-то ждет. Пожав печами, я дёргаю на себя ручку и пропускаю Ари вперед.
– Подумать только, ты умеешь быть джентльменом, Красавин, – не обходится без ехидной колкости. Стиснув челюсти, я молчу,испытывая острое желание всыпать по обтянутой джинсовой юбкой заднице. В лифте мы молчим, не глядя друг на друга. Сунув руки в карманы спортивной олимпийки, и, опустив голову, Ари нервно переминается с пятки на носок, рассматривая свои крoссовки.
– Не дрейф, Стелла тебе понравится, - пытаюсь подбодрить рыжую сумасбродку, которая в моменты, кoгда ей не по себе, ведет себя хуже избалованного топающего ножкой ребенка.
– И часто ты у нее бываешь? – подозрительно сощурив глаза, она впивается в меня вызывающим взглядом. Что за мерзость лезет этой дурехе в голову?
– Был пару раз, когда останавливался в Москве проездом, как и у многих других родственников. Не надо только придумывать то, чего нет, хорошо? Я не настолько испорченный парень, чтобы заводить романы со всеми приемными девчонками в семье.
– Я ничего такого… – начинает возмущенно оправдываться, но не успевает закончить. Лифт открывается, и мы выходим в коридор.
– Нам сюда, – взяв Ари за локоть,тащу ее к металлической черной двери, похожей на все остальные в коридоре. – Успокойся, никто тебя не съест, - постучав, я нажимаю на ручку, и она ожидаемo открывается. Надо серьезно поговорить со Стеллой об ее отношении к личной безопасности. Что за беспечность? Открыла домофон, не спросив кто, дверь не заперта. Подобное легкомыслие чревато последствиями. Особенно в Москве, где бродят такие хищники, как Тимур Амиев.
– Мы на кухне, заходи, – оказавшись в темной прихожей, слышу бодрый голос Стеллы. Подозреваю, что ждет она явно не меня. Надеюсь, сестрица не будет сильно разочарована, увидев блудного брата , а е очередную подружку или бойфренда. А я ещё и не один , а в компании рыжеволосой оторвы. Стелла смеётся и что-то добавляет приглушенно, обращаясь к невидимому мне из прихожего собеседнику. Отлично, она тоже с кем-то. Пока пытаюсь нащупать выключатель за зеркалом, снимаю кроссовки. Взгляд цепляется за циферблат электронных часов. 13.10. Видимо, притащила к себе подружку поле занятий. Или дружка. Хотя, второй голос вроде тоже женский. Знакомые интонации…Сердце тревожно сжимается. Нахмурившись, рассеяно наблюдаю за тем, как ри снимает кроссы, пока я прислушиваюсь к голосам на кухне. Всему виной ностальгические воспоминания, связывающие меня с Москвой,или же тут уместен более печальный вариант – ачались слуховые галлюцинации. Я, конечно, не раз сталкивался с провидением, случайностями, больше напоминающими мистический рок, но мы же, бл*дь, не в кино. Хватит с меня невероятных событий. Отогнав прочь безумные идеи и предчувствия, беру Ари за запястье и веду за собой по узкому коридорчику в кухню. Ее пульс отчаянно бьется под моими пальцами, руки ледяные. Она напугана до чертиков. Из-за чего, спрашивается? Мы же не по трассе летим наперегонки с ветром.
Толкнув приоткрытую дверь с треугольной вставкой из матовoго стекла, я растягиваю губы в нагловатой улыбке, принимая привычный для Стеллы
Это опять происходит… словно не было несольких лет разлуки и мучительных попыток смириться и признать выбор не в мою пользу. Иногда даже дикая боль способна приносить счастье от простой возможности вновь увидеть ее; чувствовать, как расширяется наш микрокосмос, впуская туда только двоих. Опустив запястье Арианы,и, отодвигая в сторону Стеллу, я иду прямо к Маше.
Откуда она здесь?
Почему?
Не важно, не имеет значения.
Я приседаю перед ней и накрываю ее холодные пальцы. Она не улыбается, выглядит встревоженно, плотно сжимает губы. Стелла что-то говорит мне в спину, интонация напряженная, выговаривающая. Мне все равно. Никого не существует сейчас. Я, Джульетта и маленькая разбитая некогда нами обоими вcеленная, пo глупости, наивности, трусости… И, словно обломки потухших планет или взорвавшихся комет, наши чувства витают вокруг, удерживаемой силой притяжения. Я беру ее пальцы и прижимаю раскрытыми ладонями к щекам. Что бы она не сказала, я знаю, вижу, читаю по глазам – она тоже скучала. Закрыв глаза, я улыбаюсь, пытаясь представить что ее прикосновения настоящие,теплые, я мысленно возвращаюсь на наш пляж, когда поддавшись самообману, мы были счастливы всего несколько дней, которые я никогда не забуду. И Маша не забудет. Мы никого не предали, мы любили друг друга. Жизнь слишком сложна, непредсказуема, чтобы давать оценку и делать выводы.
– Что ты здесь делаешь, Марк? – ее тяжелый вздох разрушает иллюзию. Поддавшись импульсу и тягучему горячему напряжению между нами, она проводит ладонями по моим волосам, а потом, словно обжегшись, одёргивает руки.
– Встань сейчас же, – приказывает моя Джульетта. Я помню, знаю, какой она умеет быть жестокой. Открыв глаза, я смотрю в ее бледное лицо, взгляд упрямый, твердый. на пришла в себя первой. Как обычно. Благоразумная Мария Солнцева. Не моя Джульетта. Больше нет. Меня слегка штормит от пережитого микро-апокалипсиса. Я выпрямлюсь в полный рост. Убираю руки в карманы джинсов, чтобы избежать соблазна дотронуться до нее снова. Маша тоже встаёт, отходит к окну, увеличивая пространство между нами. Я иронично, недоверчиво смотрю на нее исподлобья. Не поможет, Джульетта. Даже на другом конце света я все равно чувствовал немыслимую связь между нами, а сейчас она осязаема настолько, что становится страшно.
– Может, представишь?
– благоразумно встав между мной и Машей, Стелла взглядом показывает на подпирающую косяк риану. Она выглядит так, словно ее сейчас стошнит,
– Мне нужно в туалет, - хриплым умученным голосом произносит ри и, в подтверждение моих домыслов, прижимает ладонь к горлу, пытаясь сдержать рвотные позывы.
– Пойдем, провожу, – с улыбкой вызывается Стелла и, прежде чем уйти, бросает на меня строгий взгляд, пригрозив пальцем.
– Без глупостей тут. Солнцев приедет с минуты на минуту. Его ждали.