Апокалипсис

Мартин Джордж Р.Р.

— Будь я проклят, — произнес я вслух. — Он и в самом деле приехал.

Я на несколько секунд прислонился к кузову, переводя дыхание. Теперь не было необходимости надрывать спину; он и Джоди, наверное, скоро заберут меня отсюда.

Конечно, если смогут найти. С воздуха им будет нелегко различить мои следы, а если они не заметят фермы, то вполне могут не заметить меня и пикап на дороге.

Я залез в кабину и включил фары. Это должно помочь им. Но я все же продолжил копать.

Спустя десять минут я закончил со вторым колесом. Дейв и Джоди почему-то

не приходили за мной. Я забрался в машину, включил мотор, выжал сцепление, но пикап не тронулся с места.

Я снова вышел наружу и взялся за лопату, на этот раз пришлось раскапывать снег снизу. Это заняло еще четверть часа. Когда я снова попытался тронуться вперед, пикап немного пошевелился, и я несколько раз двинулся вперед и назад, пока он не поехал, затем рванул вперед так быстро, как только мог.

Дейв оставил посадочные огни гореть. Я заметил их, как только добрался до гребня холма, — фары светили прямо на нашу перевернутую машину. Я разглядел рядом с машиной какую-то фигуру, но не мог разобрать, Дейв это или Джоди.

Дорога свернула вбок. Проклиная свою злую судьбу, я дал полный газ и съехал с дороги, подскакивая на камнях и кустарнике, пытаясь рулить в те моменты, когда колеса касались земли. Колеса буксовали, двигатель протестующе скрежетал, но я вцепился в рычаг управления и не выпускал его, пока пикап несся к летательным аппаратам. Подъехав ближе, я увидел, что это Дейв стоит в свете фар, а Джоди лежит на земле перед ним. Она не шевелилась.

Я рывком открыл "бардачок" как раз в тот момент, когда машина наскочила на особенно глубокую колдобину, и ключи рассыпались по сиденью и полу. Я схватил правой рукой самый тяжелый, резко затормозил рядом с машиной Дейва, выскочил на ходу и крикнул:

— Что ты с ней сделал?

Он даже не попытался защищаться. Он остался стоять на месте и с блаженной улыбкой произнес:

— Давай. Это уже не имеет значения. Я даже скажу Богу, что заслужил это.

— Ты не с Богом будешь там разговаривать! — прорычат я.

Я занес гаечный ключ, чтобы проломить Дейву череп, но он даже не шевельнулся, и я почувствовал, что не в силах убить его, несмотря на то что Джоди лежала на земле перед нами.

Он снял с нее пальто и перчатки. Ее лицо и руки были белы как снег, и из открытого рта не поднимался пар от дыхания.

— Нам сразу следовало сообразить, что одному из нас надо пойти к Богу и попросить Его забрать остальных, — объяснил мне Дейв, когда я наклонился над распростертым телом и пощупал шею в поисках пульса. — Я бы отправился сам, как только эта мысль пришла мне в голову, но Джоди уже была в таком состоянии, что я подумал: а почему бы не пойти ей? Ведь не имеет значения, кто пойдет.

Я не обнаружил на ее теле ран, кроме той раны на лбу. Должно быть, она была без сознания, когда он прилетел, или он чем-нибудь оглушил ее. Я не мог найти пульс, но пальцы мои так окоченели, пока я копал снег, что я вряд ли нашел бы пульс и у себя самого. Я склонился над Джоди и прижал щеку к ее губам, пытаясь услышать

дыхание, но ничего не почувствовал. Не зная, что еще предпринять, я приложил губы к ее губам и попытался сделать искусственное дыхание.

Дейв схватил меня за воротник:

— Нет, этого я не могу тебе позволить. Я не дам тебе вернуть ее обратно, пока мы не убедимся, что она выполнила свою задачу.

Одним молниеносным движением я поднялся на ноги и ударил Дейва в висок плоской стороной ключа. Голова его откинулась набок, и он с глухим стуком упал на спину; вокруг тела взвихрился снег. Я вернулся к Джоди.

Пять раз надавить на грудь, вдох, пять раз нажать, вдох, еще и еще. Прошла, казалось, целая вечность, прежде чем она вздрогнула, сама сделала вдох и застонала.

Я завопил от радости, поднял ее на руки, отнес в машину Дейва, усадил на пассажирское сиденье и включил обогреватель на полную мощность.

Я обежал аппарат и залез в кабину с другой стороны. Когда я хлопнул дверью, Джоди очнулась и вскрикнула, но затем узнала меня и откинулась на спинку сиденья.

— Господи Иисусе, как ты меня напугал, — сказала она. — Мне снился какой-то дьявольский, безумный сон… погоди-ка. — Она огляделась по сторонам — машина была гораздо больше той, в которой мы прилетели. — Это машина Дейва, — сообразила она секунду спустя. — Он и в самом деле пришел.

— Верно, а еще он вытащил тебя наружу умирать.

Я выглянул в окно, чтобы убедиться, что он все еще лежит там, где упал. Едва я успел сообразить, что тело исчезло, как дверь рядом со мной рывком распахнулась, и в проеме возник Дейв с моим гаечным ключом в руке.

Я схватился за рычаги, пытаясь подняться в воздух, но, прежде чем летательный аппарат успел тронуться с места, негодяй добрался до меня и ударил ключом по руке.

— Никуда ты не пойдешь, — сказал он. — Вылезай. Мы закончим этот эксперимент, так или иначе.

Я подхватил левой рукой внезапно онемевшую правую кисть, пытаясь понять, смогу ли я стиснуть ее в кулак и что можно в таком случае будет сделать этим кулаком.

Джоди наклонилась, чтобы Дейв мог видеть ее.

— Эксперимент уже закончен, — сказала она.

— Что ты хочешь сказать? Неправда. Ты же еще жива.

Она рассмеялась:

— Я снова вернулась в этот мир, идиот. Я была мертва. Я побывала там. Я видела эти твои драгоценные врата в рай, и они были накрепко заперты.

— Мертва? — воскликнул я.

— Заперты? — воскликнул Дейв.

— Ага.

Джоди взглянула на Дейва, и в глазах ее зажглись мрачные огоньки.

Дейв выпустил ключ, и тот упал на землю. Тихим голосом он произнес:

— Пустите меня. Здесь холодно.

Я несколько мгновений обдумывал его просьбу, и мне очень хотелось еще немного подержать его на морозе, но Джоди сказала:

— Пусти, я хочу ему еще кое-что сказать.

Я поднял спинку своего кресла и дал Дейву пролезть на заднее сиденье. В тот момент, когда он уселся, я рванул рычаг набора высоты, и мы поднялись в воздух метров на сто.