Апофеоз Империи
Шрифт:
Эту польскую пукалку я отдал рыжему парню по имени Борис, шедшему позади меня. Ранее он утверждал, что был заядлым охотником и умел обращаться с оружием. Что ж, вот и поглядим, так ли он хорош, как об этом заявлял.
Я перевёл взгляд наверх и увидел поистине странную картину. На перилах повисла верхняя часть формы охранника, но его самого видно не было. Он явно не мог так быстро раздеться и повесить свои вещи, тем более с дыркой в голове, а значит, он попросту испарился.
Разве такое возможно?
Во момент попадания я
Особенно если учесть моё физическое состояние.
Я совершенно не потратил сил на выстрел. Напротив, пришло ощущение бодрости, а стрелка уровня заряда слегка сдвинулась. Хотя «слегка» — это громко сказано. Если хорошенько присмотреться, то можно заметить смещение на доли процента.
Это сколько же людей мне надо завалить, чтобы зарядить автомат на полную мощность? В тот момент мне не хотелось об этом думать, ведь были дела поважнее.
Прилив сил позволил мне ускориться и преодолеть финальный отрезок за пару мгновений. Наверху, в полуразрушенном помещении я обнаружил четырнадцать поляков, которые были заняты оказанием помощи друг другу и оценкой обстановки.
В этот самый момент я неожиданно выяснил, что у моего автомата нет режима автоматической стрельбы. Забавная и довольно удручающая находка. Но если взять в расчёт необходимость экономить «патроны», то всё вставало на свои места.
Но, как бы там ни было, недругов крайне удивило, как один из них превратился в чёрную дымку и буквально испарился. И раз мне надо было сделать ещё тринадцать выстрелов, я не стал ждать, пока они повернутся, и начал палить прямо в спины.
С одной стороны, могло показаться, что это подлый и недостойный поступок. Но с другой, стоит вспомнить, что на войне правил нет. Либо ты, либо тебя. Особенно, когда в конфликте участвуют люди разных идеологий. И в Афганистане, и в Чечне жизнь вдалбливала мне в голову это правило. Поэтому у меня даже не возникало мыслей, что я поступаю подло.
Тем более, пятеро врагов всё-таки успели меня увидеть, а один даже попытался наставить на меня ствол, но тут же был убит выстрелом в руку. И это была ещё одна особенность моего Дара: куда бы я ни попал, пусть даже в палец ноги, врага ждала неминуемая смерть.
А возможно, и нечто похуже. Особенно с учётом того, что мой «наставник» назвался Жнецом.
Отряд врага ликвидирован в полном составе. А потому у меня выдалось немного времени, чтобы вдоволь надышаться свежим воздухом, стоя под крупными каплями дождя, падавшими внутрь полуразрушенного ангара.
Пока мои соратники поднимались из шахты, я нагнулся к амуниции одного из убитых, дабы позаимствовать чудодейственный целебный баллончик. Его пена обеспечивала быстрое заживление ран и останавливала кровотечение.
А ведь
Вот только куда делись порезы? На их месте не было никаких следов проникновения инородных тел. Но они точно были ещё минуту назад. Да и когда поймал падающий автомат, отчётливо разглядел рану на руке.
В тот момент у меня появилось подозрение, которое вскоре нашло своё подтверждение. Автомат не только забирал мою силу при нулевом заряде энергии, но и мог её отдавать. Это был эдакий вариант вампиризма. Такое открытие не могло не радовать, даже с учётом того, что я не знал всех аспектов механики регенерации.
— Что тут случилось? Куда делась охрана? — спросил один из мужиков.
— Это не важно, — парировал я командирским голосом. — Заберите их оружие: пятнадцать автоматов и столько же пистолетов. Неплохое начало. А те, кому оружие не достанется, соберите аптечки и спуститесь на платформу. Там много раненных, которым они жизненно необходимы.
— А что у тебя за оружие? — поинтересовался всё тот же товарищ со слоновьими ушами и длинным носом.
— Ты действительно хочешь об этом поговорить? — я показал на покосившиеся ворота ангара, за которыми были слышны крики поляков. — Делай то, что приказано. Все вопросы потом. А если что-то не нравится, можешь примкнуть к бабам и ссыкунам.
— Да понял, я понял, — он бросил на меня угрюмый взгляд и поднял с пола кобуру с пистолетом.
— Итак. Как я и говорил, отсюда только один выход. Когда выйдем наружу, максимально рассредоточьтесь и постарайтесь спрятаться за надёжным укрытием. Не сбивайтесь в кучу, иначе вас положат одной гранатой. Если укрытия нет, либо они все заняты, ложитесь на землю.
— Но ведь там такие лужи, что можно утонуть, — сказанул рыжий, возможно, в попытке пошутить. Не зря говорили, что у него не все дома.
— Если хотите побыстрее сдохнуть, то можете стрелять стоя. Однако в таком случае вы всё равно окажетесь в грязи. Всё! Хватит разговоров! — отрезал я и направился к воротам. И стоило мне к ним подойти, как раздались первые выстрелы. — Ох… Ну вот что вам не сиделось?
Выглянув украдкой, я заметил целую толпу каторжников, набросившуюся на охранников. Те, понятное дело, открыли огонь на поражение. Именно этого я и пытался избежать, ведь теперь все враги будут наготове, а мы ещё даже из ангара не вышли.
Единственное, что хоть немного радовало, так это объём ущерба от взрыва. Как я и предполагал, вышка связи превратилась в груду металла, две из четырёх башен охраны, расположенных по периметру лагеря, оказались разрушены. Казарме тоже серьёзно досталось: на улицу выбежало от силы семьдесят солдат.
Но даже потрёпанные вояки без проблем справлялись с толпой беззащитных рабов. И что самое печальное: они вели огонь в нашу сторону. Нет, не по нам, но стоило высунуться, как мы однозначно попали бы в поле их зрения и окажемся атакованы.