Антитезис
Шрифт:
— Э-э-э, — сказал Лукшин, совершенно не представляя, что говорить и что делать, — а что — я?
— Пока — ничто, — жизнерадостно отозвался Вирджил, — но как будто собираешься стать журналистом? Так давай, работай. Вот человек — возьми у него интервью.
— Но я даже не знаю, кто он!
— Вот и узнаешь. Давай-давай — Вирджил присел на стул для посетителей и вальяжно откинулся на спинку.
— Ну, — сказал Дима, почесал кончик носа и повернулся к продавцу — меня зовут Дмитрий Лукшин, а вас Семён…
— Андронников, — со вздохом ответил продавец.
— Ну, — повторил Лукшин, — давайте… ну
Вирджил хмыкнул, а Семён опять вздохнул и сказал нехотя:
— А рассказывать-то нечего. Ничего особенного — родился в селе — в Михайловском. Вы, наверное, и не представляете себе, как там. Там ближайший город в трехстах километров, а так — деревня… Учился заочно, в Свердловском политехническом. Закончил, работал учителем физики и математики в сельской школе, потом… сюда приехал.
— Знаете что? — сказал Лукшин, который понятия не имел, о чем спрашивать дальше, — Получилось так, я ничего о вас не знаю и не очень готов к нашему разговору. Может, вы пойдете мне навстречу и сами расскажете то, ради чего я здесь?
Вирджил явственно хихикнул.
— Откуда ж мне знать, — пожал плечами Семён, покосился на Вирджила и продолжил: — про что вам рассказывать. Про GPS?
— Э-э-э, простите?
— GPS — это глобал позишенинг систем, переводится с английского как…
— Я знаю, — перебил Лукшин, — но при чем тут… точнее, почему это мне должно быть интересно?
— Вот, — кивнул Семён, — Вы — знаете. А я не знал! Не знал, представляете себе, да? Не знал! У нас нет в селе интернета, совсем нет. У нас в телевизоре всего два канала — ОРТ и местный. Да и те смотреть некогда — хозяйство надо содержать. Думаете, на одну зарплату школьного учителя реально прокормить семью?
Лукшина неожиданная агрессивность продавца смутила и он совсем растерялся.
— Не знаю… и… я все-таки не понимаю…
Семён махнул рукой:
— Я его изобрел, ЖПС этот, будь он неладен. Я его, правда, по-другому назвал — СОАК — система определения абсолютных координат. Началось с того, что лет десять назад, рассказывая своим ученикам про секундное запаздывание радиосигнала с Луны, я подумал о том, что это запаздывание однозначно связано с расстоянием и что со спутников, летающих на орбите, сигнал тоже приходит с запозданием. Совсем небольшим, конечно, но измеримым. И если знать координаты трех спутников, то можно установить собственные координаты.
Семён воодушевился, из его голоса пропала нотка усталости; он даже постройнел как-то.
— Я, через РОНО, послал письмо в ЦУП, спросил — с какой точностью известны координаты спутников на орбите. Я не думал, что они мне ответят, но они ответили. Теперь я мог рассчитать ошибку определения координат моим методом. Вышло около пяти метров — я сам удивился. Перепроверял несколько раз. Проблема была только одна — чтобы определить запаздывание, нужно знать очень точно, в какой момент был отправлен сигнал. Поначалу я предполагал передавать сигнал с земли на спутники и определять координаты по запаздыванию ответа. Это, конечно, все усложняло — не так-то просто передать сигнал на спутник. И дорого, и громоздко, но все равно — хотя бы на корабли такую установку можно было бы ставить. А однажды меня осенило — что если ввести в систему уравнений время как третье неизвестное? Три неизвестных —
Семён опустил плечи и поник.
— Вам, наверное, смешно. Можете себе представить, что я там услышал, — сказал он с горечью.
— Нет, не смешно, — Дима покачал головой, — ничуть. Но почему вы не послали заявку на изобретение? Не пришлось бы тогда никуда ездить.
— Я думал об этом. Ну, выдали бы мне патент, а что толку? Без государственной поддержки его не запустить. А кроме того, этому открытию можно найти военное применение и я боялся, что Америка нас опередит. Они нас сейчас сильно опережают технически, и, узнай они о моем изобретении, никакой патент бы их не остановил.
— Ну и ну, — Дима кивнул понимающе, — и домой вам теперь неловко возвращаться?
— Да нет, — отмахнулся Семён, — я почти никому об этом не рассказывал. Да боже мой! Кому бы я это рассказал? Вы представляете себе круг интересов жителя села? Какое ему дело до спутников и определения собственных координат на местности? Но… извините, у меня клиент.
Семён вышел из-за стойки и направился к зашедшему в павильон мужчине, но был перехвачен вскочившим Вирджилом.
— Не отвлекайтесь, уважаемый, я его сам проконсультирую, я большой специалист в кондиционерах. А вы расскажите-ка пока про другую свою идею — про защиту от подделок, — Вирджил подмигнул Диме и пошел к рассматривающему стеллажи посетителю.
— Интересуетесь кондиционерами? Рекомендую вам обратить внимание на эту модель…
Семён вздохнул, покачал головой и вернулся за стойку.
— У меня это все же не единственное изобретение было. Я не совсем понимал, куда мне идти с остальными, поэтому просто попытался заинтересовать какого-нибудь бизнесмена. И знаете, — оживился он, — у меня получилось. Бизнесмен заинтересовался. На работу вот меня устроил, а сам сейчас моей идеей занимается. Вы знаете про способы шифрования открытым и закрытым ключом?
— Э-э-э, не совсем…
— Все просто, на самом деле. Если зашифровать что-то закрытым ключом, то любой, у кого есть открытый ключ, может этот шифр расшифровать и прочесть. Но сам зашифровать — не может! То есть, эта схема стопроцентно гарантирует, что информация была зашифрована именно хранителем закрытого ключа. Вот на этом я свою систему защиты и основал. Вы не представляете, как много в селе поддельного товара. Я не знаю, как в городах, но мы от этого реально страдаем. Вот купил пачку порошка стирального, а там какой-то слежавшийся, дурно пахнущий конгломерат. Постирал, так все белье пятнистое стало. А что делать? С продавщицами идти ругаться? Так я их с детства знаю, да и нет их вины никакой — они, что им привезут, то и продают. Вот если бы каждый как-нибудь мог узнать, что перед ним подделка, тогда б такого не было.