Антидева
Шрифт:
– Давайте не будем тратить время и вас убеждать.
– Вы считаете, что я не хочу вам отдаться? Вы ошибаетесь! – смело заявила Эммануэль.
– Вы не знаете, что мы хотим с вами сделать, – неожиданно вмешалась женщина, словно внезапно проснувшись.
Эммануэль уже представляла ее с хлыстом и цепями в руках.
– Вы будете меня пытать?
Хозяина, казалось, позабавил этот вопрос.
– Вы начитались дурной литературы, – заметил он. – У нас богатое воображение.
– Мы хотим лишить вас природных
Ее муж пояснил:
– Изменить вашу чувствительность и ваше сознание. Заменить вашу волю другим свойством. Возможно, после этого ваша сексуальность вновь будет представлять для нас интерес.
Эммануэль подумала о том, что напрасно она до сих пор отсюда не сбежала.
– И что я должна буду делать после того, как вы меня измените по своему вкусу?
– То, что по своей воле вы бы не сделали.
– Я буду выглядеть иначе? – испугалась Эммануэль.
– Да, но не хуже – лучше.
– Меня устраивает моя внешность.
– Вы можете стать более естественной. В любом случае изменится главным образом ваше сознание.
– Я стану чудовищем?
– По социальным меркам – да, пожалуй, слово «чудовище» будет относительно верно отражать вашу новую сущность.
– Я начну совершать преступления?
– Конечно, но разве вы уже этого не делаете?
– Но я никому не причиняю вреда, а в том, что глупцам не по нраву мои поступки, моей вины нет.
– У каждого свои жизненные установки. Вот нам, например, не по нраву ваша свобода воли.
«Нарвалась! – подумала Эммануэль. – Теперь придется заплатить за неосторожность и безрассудство. Но без битвы не сдамся!»
– Рабство женщин никогда не пугало, – храбро произнесла Эммануэль, у которой уже начинало сосать под ложечкой. – Все, что связано с наслаждением, – уместно.
– Мы сделаем вас больше чем рабыней.
Эммануэль пугало то, что она до сих пор толком не могла оценить степень опасности.
– Я знаю, – сказала она, – вы хотите меня загипнотизировать.
– Рекомендую вам отказаться от своих романтических гипотез. Лучше сохраняйте спокойствие.
– Думаете, мне страшно?
– Это меня не интересует. Меня интересует состояние, в которое мы вас погрузим.
– Почему вы мне его не опишете? Может, я найду вашу затею забавной и подготовлюсь к эксперименту!
Хозяин впервые посмотрел на Эммануэль с любопытством.
– Мне все равно, найдете вы нашу затею забавной или нет, потому что у вас больше нет выбора. Вы должны подчиниться.
– Но ведь вы привели меня сюда не силой. Я пришла по своей воле. Именно потому, что мне хочется поэкспериментировать.
На сей раз хозяин был действительно заинтригован.
– Но вы не имеете ни малейшего понятия о том, в чем будет состоять эксперимент.
– Правильно. Вот попробую и узнаю.
Он задумался и вдруг решился:
– Дело вот
– Сколько? – спросила Эммануэль.
– Думаю, на этот раз часа два.
Она скорчила гримасу, означающую, что два часа – это совсем недолго.
– А что потом?
– Психологически вы будете готовы подчиниться и согласиться на что угодно. Вам будет хотеться, чтобы вами пользовались, как вещью, как бездушным предметом – но не ради того, чтобы доставить наслаждение вам, а ради наслаждения окружающих. И вы неистово станете отдаваться всем, кому вздумается удовлетворить свои желания. Вы будете одержимы желанием доставлять удовольствие другим.
Эммануэль рассмеялась.
– Я действительно не понимаю, что особенного в вашем эксперименте! – воскликнула она. – Я уже испытывала то, о чем вы говорите, миллион раз. Если вам действительно хочется проделать все это со мной, то сразу скажу как эксперт: это будет для меня весьма приятно.
Доктор повернулся к своим друзьям, словно призывая их в свидетели.
– Для вас не существует опасностей и табу, ведь так? – произнес хозяин с сарказмом и немного снисходительно. – Но послушайте: когда мы будем использовать вас, вы доставите нам столь невероятное наслаждение, какое и вообразить нельзя. По равнению с оттенками этого наслаждения тот оргазм, которым наделила нас матушка-природа, просто ерунда.
– Отлично! – Эммануэль захлопала в ладоши. – И как мы добьемся нашего великого оргазма? Я полагаю, у вас для этого предусмотрена целая программа.
– Точно. Нам необходимо подготовиться к этому действу.
– То, чем вы меня напоили, имеет отношение к делу?
– Нет, мы сделаем вам укол.
Эммануэль скорчила кислую мину:
– Ненавижу уколы.
– Не беспокойтесь: этот укол совершенно безболезненный.
У Эммануэль заколотилось сердце: ее пугала вовсе не временная боль. Девушка попыталась выкрутиться.
– Вы меня обижаете, – произнесла она, кокетливо улыбаясь. – Мне вовсе не требуется афродизиак, чтобы дойти до кондиции: я безумна от природы! Может, ваш афродизиак и нужен девушкам, у которых проблемы с гормонами, но не мне…
– Речь не об этом. Афродизиак возбуждает нервную систему, вызывая желание. А мои наркотики, напротив, желание удовлетворяют. Но удовлетворение получается чрезмерным.
– То есть это как опиум или гашиш?
– Совсем нет. Эффект, о котором я говорю, достигается благодаря вам.