Антиблокада
Шрифт:
– Максим Петрович! Где самолёты? Не прибыли?
– но, стоило ему сойти с дороги в сторону аэродрома, как раздался оклик:
– Стой! Ни с места! Стрелять буду!
– говорящего не было видно. Секрет.
– Боец, вызови разводящего! Я - полковник Иволгин, военный атташе Советского Союза в Финляндии.
– Ожидайте, товарищ полковник.
Через минут пять появилось три человека, разводящий проверил мои документы.
– А это кто?
– Маршал Маннергейм, Президент Финляндии. Мы направляемся в штаб корпуса. Здесь должны находиться наши самолёты. Маршал интересуется, где они.
– А можно сказать, товарищ полковник?
– Да, конечно.
– Товарищ маршал, здесь они, просто замаскированы.
– Спасибо, солдатик!
– ответил маршал.
– Ой, по-русски говорит!
– Маршал долго жил в России.
Мы продолжили свой путь, но, естественно, телефонное ухо гораздо длиннее, поэтому возле штаба уже был выстроен почетный караул, и пошла сплошная показуха.
– Чуть тяжелее, чем у кирасиров. Примерно как у лейб-гвардейцев.
– С неё и делали. Зачем изобретать велосипед.
А вот у танка ИС-85 Кировского завода он остановился как вкопанный. Сделанный на базе "Объекта 238", танк был красив, по-настоящему красив. Длинное орудие очень гармонично было вписано в силуэт. Пошли вопросы по ТТХ. Ему показали танк и САУ-152 на ходу и со стрельбой. А достаточно длинные ряды звездочек и домиков на стволах красноречиво говорили об эффективности оружия.
За обедом в штабе корпуса, Маннергейм задумчиво сказал:
– То, что я сегодня увидел, совершенно не похоже на то, что было зимой 39-го. Совершенно другая армия. Мне кажется, что господин Сталин большой любитель рыбалки.
– Это почему?
– недоумённо спросил корпусной комиссар Воронин.
– Зимой 39-го, он запустил к нам "воблер", на который клюнули все!!! Понимаете? Все великие державы!
Разговор никто не поддержал, не потому, что не могли поддержать его, а потому, что за столом сидел бывший враг. Жестокий и умный, один из тех, кого удалось обмануть, на ком оттачивалась наша тактика. На действиях которого, мы учились воевать. Весь этот обобщённый опыт воплотился сейчас в этом корпусе, который продемонстрировал способность молниеносно перемещаться на большие расстояния, поражать любые цели, преодолевать любые водные препятствия. Бывший враг понял, что очень вовремя он вышел из войны. Противопоставить ему было нечего.
Вечером этого дня стало известно, что Маннергейм наградил Аладара Паасонена орденом Белой розы, без мечей, и был издан указ, навсегда убравший этот атрибут из статуса ордена. Маннергейм приблизил к себе Паасонена, который, позднее, даже редактировал его воспоминания. До этого дня их отношения были достаточно натянутыми. Маннергейм считал Паасонена пацифистом, случайно оказавшимся в разведке. Мы встретились с ним через пару дней после награждения. Генерал, улыбаясь, поздравил меня с получением высшей награды Финляндии, и показал на синюю колодку такого же ордена у себя на груди.
– Президент, вернувшись из Порккала-Удд, вызвал меня к себе, и предложил работать у него в секретариате.
– Уходите из разведки?
– Нет, я буду продолжать курировать её, но уже в должности государственного секретаря. Довольно неожиданное повышение. После моего выступления в Парламенте, маршал был очень недоволен мной, ведь я не согласовал с ним этот вопрос. После посещения Вашего корпуса, он наградил меня. Этим он показал, что не считает ошибкой выход из войны. Авторитет у Маннергейма в стране и армии очень велик. Можно не опасаться более прихода к власти сторонников войны.
Естественно, содержание этого разговора было немедленно передано в Ставку, а оттуда пришло сообщение, что флот заканчивает контрольное траление, и просили ускорить подготовку высадки. Из разговоров с Паасоненом стало ясно, что гарнизон в Таллине не велик, обороной побережья, считавшейся глубоким тылом, тоже никто не занимался. Взорванные при отходе наши батареи на островах немцы не восстанавливали. Несколько агентов ГРУ, работавшие там, давали схожую информацию. Переданные нам карты минных полей "Насхорн" (между Порккала-Удд и островом Найсаар, всего 1.915 мин) и "Зееигель" (восточнее Гогланда, всего 5.779 мин, 1.450 минных защитников, 200 подрывных шашек), оказались достаточно точными. Всего весной - летом 1942 года немцами в Финском заливе выставлено 12.873 мины. Вместе с минами, которые были выставлены в прошлом году, их количество в Финском заливе превышало 21 тысячу. Но, существовало несколько фарватеров, позволяющих поддерживать относительно безопасное движение кораблей. Самым безопасным оказался северный фарватер, идущий вплотную к финскому берегу. Центральный фарватер был полностью перекрыт многочисленными минными постановками. Самое обидное, что большинство мин было нашими. Арсеналы в Таллине не были эвакуированы в 41 году. И сейчас флот не смог выделить нам для прикрытия практически ничего. Последовали отговорки, опасения, что как только корабли оторвутся от причалов в Кронштадте и Ленинграде, так немедленно попадут под удар немецкой авиации. На ходу оказался один линкор, один крейсер, три эсминца и три десятка мелких шхерных бронекатеров.
В ночь на первое ноября "Киров", "Гордый", "Грозящий", "Стерегущий" под командованием контр-адмирала Дрозда, шхерный дивизион под командованием капитан 3-го ранга Лазо и канонерская лодка "Красное Знамя" под командованием капитана 2 ранга Арсеньева вышли из Кронштадта в Хельсинки. Всё, что смог собрать некогда сильнейший флот СССР. Длинная ночь позволила скрытно пройти и встать на якоря, и к причалам в Порккала. Финнов в этот момент
Не менее упорные бои шли на юге. Перегруппировавшись после выхода из войны Финляндии, наши войска начали Харьковскую операцию. Южнее Будённый освободил Мариуполь. Сформированные танковые армии и ударно-штурмовые корпуса, в условиях степной равнины, удачно дополняли друг друга, а постепенное наполнение частей и соединений средствами связи и транспортом по ленд-лизу, изменили мобильность армии настолько, что немцы не успевали реагировать на появление крупных сил то на одном, то на другом фланге. Евстигнеев, наконец, с первыми морозами, разрубил Ржевский выступ. Ему здорово помог ленинградский опыт и новая техника: ИСы и САУ. Я ношусь между МИД Финляндии и их заводами. Несмотря на то, что появился гражданский контингент посольства, многое спускают непосредственно на меня. Женьке вот-вот рожать. Чувствует себя очень хорошо, не так как в середине беременности. Несколько раз пытался отпроситься у Сталина на фронт, но, мне запретили даже говорить об этом. На Севере началась Лапландская война. Немцы не захотели уходить из Финляндии, приходится выжимать их силой. Действуем смешанными силами: пехота финская, танки наши, авиацией и артиллерией помогаем. 22-го ноября Паасонен сказал, что на станции Валга выгружается танковая дивизия, прибывшая из Франции.
– Откуда известно?
– Да есть у меня связь с этой станцией. Можешь не перепроверять, сведения точные. 6-я танковая дивизия, командир Эрхард Раус, генерал-лейтенант. 160 танков PZ-IV и 42 штурмовых орудия. С 6 октября перебрасывается на Восточный фронт. Сегодня подошёл первый эшелон.
– Спасибо, генерал! Извините, надо вернуться в полпредство.
Я сообщил Василевскому об этом. Наши штурмовики начали регулярно работать по этой станции. 32 армия начала готовится к отражению удара, а со стороны Нарвы, навстречу немцам вышел танковый корпус генерал-лейтенанта Мишулина. Фон Кюхлер решил исправить всё: отбить Таллин и забрать Нарву. Сильных морозов пока нет, снег только выпал. Если фронтальные атаки на Псков Кюхлер ещё отражал, то в Эстонии события разворачивались вовсе не в его пользу. Именно поэтому он решил усилить четыре пехотные дивизии танковой. Это наши старые знакомые: 38 армейский корпус. Реально, Кюхлер не понимает, что не на то он тратит свои силы! Эта дивизия нужнее всего ему под Великими Луками. Тем лучше! Пусть Мишулин потренируется! Он как раз только получил новые ИС-85. У него 120 ИСов и 60 Су-85. Когда, наконец, закончится это бесполезное сидение в Хельсинки? Но, этот паршивец Паасонен, регулярно подбрасывает довольно важную инфу. В этих условиях сидеть мне, не пересидеть. Пока мы воюем в Прибалтике - точно!