Аномальные каникулы

Гравицкий Алексей Андреевич

— Следи за этим… — Тимур неопределенно мотнул головой за плечо.

Ворожцов проглотил таблетку, запил и снова переключился на сканер. Вздрогнул.

— Скорее, — сказал он, озираясь. — Уже рядом.

Тимур тоже невольно обернулся на светлую прорезь ворот. Всем естеством ощутил, как зверь подбирается к ним все ближе и ближе. Почему-то он теперь был уверен, что это именно зверь. Не станет целая стая свирепых псов бежать от одного человека, пусть даже тот вооружен до зубов.

Леся

поймала в темноте ладонь Тимура, и он автоматически сжал ее теплые пальцы в своих. Тяжелый обрез пришлось опять держать одной рукой. Ну и пусть! Главное, что она рядом.

Девчонка закашлялась. Тимур почувствовал, как содрогается все ее тело от спазмов. Эхо угодливо разнесло кхыканье по ангару.

— Совсем простыла, — виновато сказала Леся. — Раскашлялась, как бабка старая.

— До бабки тебе еще далеко, — успокоил Тимур.

— Ну почему? — с мерзкой улыбочкой начал Мазила. — Если прибор помощней сработает, то…

— Помолчал бы ты, — одернул его Ворожцов. — Лучше гайку готовь.

Мазила зазвенел железяками, подходя к решетчатой переборке, в которой чуть правее виднелась дверь. За прутьями дрожало желтое марево. В глубине секции угадывались контуры старого дизельного локомотива. Стекла в кабине отсутствовали, внутренняя силовая установка, судя по разбросанным вокруг ржавым деталям, была давно выпотрошена.

— Вон туда швыряй, — указал Ворожцов Мазиле. — Чуть в сторону от паровоза, где воздух дрожит.

Мелкий занес руку, но Леся приостановила его.

— Давайте-ка от решетки отойдем, — сказала она. — На всякий случай.

— Правильно, — согласился Ворожцов.

Тимур перехватил его взгляд, но перечить не стал. Просто отступил от переборки.

Мелкий замахнулся и бросил гайку. Она пролетела сквозь марево и со звоном отскочила от рельсы. Миг ничего не происходило. А потом раздался нарастающий шум, словно где-то рядом внезапно смыли воду в унитазе, и хлопнуло.

Вспышка на некоторое время ослепила всех. Тимура обдало жаром. И он машинально отпрыгнул назад, увлекая за собой вскрикнувшую Лесю. Щурясь, вгляделся в яркое пламя, двухметровой струей ревущее за переборкой.

— Бежим? — растерянно спросила Леся.

— Постой, — прикрываясь рукой от волны горячего сухого воздуха, сказал Тимур. — Кажется, не разрастается.

— Оно и не разрастется, — со знанием дела поддакнул Мазила. — Это ж аномальный огонь!

— Жарит от него совсем не по-аномальному, — буркнул Тимур. — Если подобраться ближе, зверюга не сунется.

— Тимур прав, — неожиданно согласился

Ворожцов. — Все звери боятся огня.

— Но эта горелка не будет же вечно полыхать, — засомневалась Леся. Кашлянула. — Потухнет, и тогда…

— Вот пока не потухла, пойдемте к ней, — решительно сказал Тимур. — Я прикрою.

Он отпустил Лесину ладонь, перехватил ружье и развернулся. Высушенной кожи лица коснулась приятная прохлада. Зато шею и затылок стало жарить.

После яркого пламени пытаться рассмотреть что-то в темноте ангара было сродни потугам слепого котенка узреть мир. На черном фоне плыли радужные пятна, и Тимур долго моргал, пока наконец не стал различать светлую прорезь входа. Он сфокусировался на ней.

Шум пламени за спиной постепенно утихал, прыгающие по полу и рельсам отсветы становились тусклее. Но огонь продолжал гореть.

— Стой! — донесся из-за спины окрик Ворожцова. — Сначала — гайку!

— Ага! Я и забыл, что…

Оправдательная телега Мазилы потонула в очередном огненном реве. Тимур ощутил, как жар с новой силой защипал холку. В спину ткнулось что-то твердое. Он быстро оглянулся и понял: это Лесин рюкзачок.

За решеткой вновь бушевала огненная стихия.

— Теперь туда вообще не сунешься, пока не стихнет, — прокомментировал Мазила.

— Метка! — крикнул Ворожцов. — Тимур, следи за входом! Зверь рядом!

Тимур напряг зрение, словно это могло ему помочь увидеть больше, чем он уже видел. А видел он все так же немного: подсвеченные отблесками пламени рельсы, островок грязного бетонного пола да голубоватую полоску дневного света в воротах.

— Вроде угомонилось. Идем? — спросил Мазила.

— Да. Только смотри в оба, — наказал Ворожцов. — Сначала гайка, потом шаг.

— Гайка, шаг, — тупо повторил мелкий. Видимо, его все же пробрало после того, как едва не сгорел заживо.

Звякнуло. Тимур уже приготовился к знакомому шуму, но его не последовало.

— Чисто! — В голосе Мазилы прорезалась радостная нотка. — Я иду, вы за мной.

— Гайка, шаг, — напомнил Ворожцов.

Некоторое время слышалось только ворчание утихающих очагов огня.

— Ну? — не вытерпел Тимур.

— Нормально, — сказал Ворожцов. — Мазила, нормально?

— Ага! Давайте сюда, только лица прикройте — жарко.

— Лесь, пойдем. Осторожно.

Тимур почувствовал, как рюкзачок Леси перестал упираться в спину. Между лопатками сразу возникла пустота, словно там чего-то не хватало. Он передернул плечами, чтобы отогнать дурацкое ощущение…