Anima

Олтян Никита

– Сэр, я вас вчера как раз искал, что бы обговорить данную проблему, – Пытался оправдаться Дэн. – Потому что когда такие крупные объемы денежных средств не могут взяться из неоткуда, вы же знаете. Я так понимаю, что данная компания замешана в каких то нелегальных финансовых махинациях, следовательно связываться с ней было бы опасно. Это же очевидно!

– Не учи меня, что опасно, а что нет!

Наконец до Дэна дошло произошедшее:

– Подождите…

Вы не упомянули откуда у вас взялась эта папка с моим отчетом! Я точно помню, что положил ее на…

– Какая к черту разница, откуда взялась у меня эта папка? – Перебил его Донован, повышая голос. – Вы должны были подготовить все это раньше! – Он перешел на официальный тон, что было не к добру. – В общем так, компания просит освободить занимаемую вами должность в связи с утратой доверия. Честерс, чего застыл?! – Окликнул он застывшего от удивления Дэна. – Ты уволен!

Для Дэна это было худшее развитие событий из всех возможных. До конца еще не опомнившись, он на ватных ногах вышел из кабинета. Не успел он закрыть за собой дверь, как в нее проскользнул молодой человек. Красивый черный парень улыбнулся ему своей белозубой улыбкой. Дэн его знал. Учившийся в Йеле на финансового аналитика, племянник Донована был очень амбициозен, но крайне скудоумен. Перед тем как он закрыл за собой дверь, Дэн успел услышать не громки голос Донована:

– Ну что, поздравляю, должность теперь твоя.

Если он стоял у двери, ожидая выхода Дэна из кабинета, значит он знал о его грядущем увольнении. Подслушать он не мог, это исключено. За такими толстыми дверьми, как у Донована, не слышно даже его криков, не то что разговора на повышенных тонах. Значит Донован специально выжил его с этой должности для своего племянника.

Обдумывая случившееся, Дэн медленно пошел к лестнице. Для него так и осталось непонятным, откуда у Донована взялась папка с его отчетом. Ключ карта была только у него. Из-за отсутствия к кому бы то ни было доверия он даже убираться в кабинете предпочитал сам, что бы у уборщицы не было доступа к его кабинету. Дэн перемотал в голове все события последних нескольких дней, стараясь сдерживать наворачивающиеся слезы. Определено, все это время его ключ-карта была при нем, а значит вопрос до сих пор оставался открытым. Вполне вероятно, что Донован получал помощь со стороны, потому что сам бы просто не смог провернул такое дело, тем более в такой короткий срок.

Все еще размышляя

об этом, он с неохотой объявил своему отделу о том, что уходит и каким удовольствием для него было работать с ними. Народ проводил его бурными аплодисментами, которые, тем не менее, совершенно не подняли ему настроение. Пока он шел в сторону выхода, его дружески похлопывали по плечу и желали успехов в будущем поиске работы.

Все искусственно. Его проводили и забыли.

Он решил заехать в больницу к Оливии, в надежде на отсутствии ее родственников. Возле дверей лифта стояла пара охранников в черном. После того, как они узнали его имя, Дэна в довольно грубой форме попросили никогда в этой больнице больше не появляться.

Вернувшись домой, Дэн прикинул в уме все случившееся за последние несколько дней: ему изменила девушка, а позже ее сбила машина и она, скорее всего, теперь инвалид. Может быть он и повел себя как козел, но у него же должна быть возможность извиниться, поговорить. Его уволили с работы, которая ему нравилась и которая приносила ему большой доход, позволяя оплачивать аренду апартаментов в самом центре Нью-Йорка. У него были некоторые сбережения, да и в своей квалификации он не сомневался, но он копил их совершенно не для того, что бы сейчас потратить на сохранения своего образа жизни.

Если ситуация сложилась так, значит нужно было двигать дальше.

Пока ему в голову не лезло не единой идеи, как выпутаться из сложившейся ситуации. Не было идей и о том, чем ему теперь заниматься в жизни.

Поэтому остался только один выход – напиться.

***

Снова обход в больнице. Слыша приближающиеся шаги врачей, она проснулась. Тусклый рассеянный свет круглосуточно освещал ее палату, каждый вечер мешая заснуть. Присев на кровати, она поправила волосы. Слегка потрепанный вид не делал менее привлекательной её характерную скандинавскую внешность.

Дверь палаты открылась и к ней зашли два медбрата, заставили выпить те лекарства, которые обязательно должны быть выпиты перед завтраком. Таблетки все те же. Снова две синих и одна белая.

Выпив все это, она, приоткрыв окно, легла на кровать, наслаждаясь свежим морским воздухом и доносившимися издалека криками чаек. Порой до ее слуха долетали и отрывки диалогов рыбаков, проплывающих мимо на своих небольших лодочках.

Конец ознакомительного фрагмента.