Ангелы во брони
Шрифт:
Впереди шел черный лимузин, без мигалки, но весьма солидный и, разумеется, бронированный. Следом первый рефрижератор, за ним второй, третий. Замыкающим опять же черный бронированный джип. Водорезов пропустил первую машину, но когда идущий за ней колесо в колесо рефрижератор поравнялся с миной, Николай нажал на кнопку взрывателя…
Завязавшийся бой оказался на редкость скоротечным. Первый рефрижератор вспыхнул как свечка. Головной лимузин остановился, из него выскочил вооруженный автоматом милиционер с майорскими погонами. И тут же замыкающий рефрижератор, в свою очередь,
– Воробьев! Никита! Автомат бросай и своим прикажи!
Голос принадлежал наставнику и непосредственному начальнику молодого майора полковнику Яковлеву.
– Стоп! – поднял вверх обе руки и автомат Воробьев. – Прекратить огонь! Юрий Сергеевич?
Стрельба и в самом деле прекратилась. Полковник Яковлев поднялся в полный рост.
– Ты что делаешь, сучонок? Да я тебя к стенке за такие дела сейчас поставлю!
Полковник оказался рядом с Воробьевым, вырвал из его рук автомат, схватил майора за грудки и встряхнул высоченного Никиту, точно тряпичную куклу.
– Всем прекратить сопротивление и бросить оружие! – послышался голос Николая Водорезова. – Совместная операция МВД и спецназа ВДВ! – здесь гвардии подполковник ничуть не кривил душой. – Вы окружены, любое движение…
Николай не договорил, так как один из «группы сопровождения» попытался сделать это самое «движение» и тут же получил пулю в плечо.
– Ребята, все! – замахал руками майор. – Юрий Сергеевич! Тут какое-то недоразумение, мои подчиненные и сотрудники ЧОПа «Защита Люкс» оказывали помощь в сопровождении спецгруза…
– Гниденыш! – только и сказал полковник Яковлев и так толкнул Воробьева, что тот не удержался и уселся пятой точкой на грунт.
«Группа сопровождения» сложила оружие и с поднятыми руками скучковалась на обочине. Николай вышел из укрытия и в сопровождении Максима подошел к застрявшему возле сбитого дерева джипу.
– Альфред Степанович! Выходите! – скомандовал Водорезов, распахнув дверцу машины, изрядно побитую автоматными очередями.
И в самом деле из джипа, по-привычному дергая своей рыбье-змеиной физиономией, вылез Угорь.
– Ну вот, что я говорил? – переглянулся с бойцами Водорезов. – В кармане загранпаспорт на чужое имя. Можно даже не проверять, – кивнул подполковник Максиму. – Ампула с ядом у тебя имеется? – спросил Николай, обращаясь к Сторожеву. – Если есть, травись, я возражать не буду.
– Ампулы у меня нет… – заговорил Угорь, совладав-таки с мышцами лица.
– Жаль, – пожал плечами Водорезов, – не люблю людей расстреливать, думал, ты сам…
– А разговор? Мы бы с тобой, десантничек, могли
– Сейчас начнешь угрожать, увещевать, деньгами и златом соблазнять? Нет. По совокупности всех подлых и страшных преступлений ты, Сторожев, приговорен к расстрелу.
– Хватит спектакля! – угриная рожа вновь задергалась.
Вместо ответа прозвучали три выстрела. Равшан, Максим и Николай стреляли одновременно.
– Конец змеиной империи, ребята, – повернулся в сторону группы сопровождения Водорезов. – Значит, так, парни. Вы ребятишки крутые, но влипли по самое некуда! Я не следователь, не прокурор, судить вас по закону не могу. Не по закону… Зла вы мне не делали, да и матерей ваших жаль. Оружие не верну, но быстро все по домам. Потом те, кому надо, разберутся, если хотят. А я устал.
«Крутые ребятишки» не заставили себя долго ждать. Спецназ ВДВ плюс МВД сила серьезная, против нее не попрешь. Пожалуй, вряд ли кто-нибудь из них догадался, что колонну остановили и разоружили всего четыре человека.
– Ну вот и все. Свое дело мы сделали, – повернулся к бойцам своей боевой группы подполковник Водорезов. – Ну так что, Воробьев? – спросил Николай у оставшегося при своем наставнике майора. – Теперь на чьей стороне играть будешь?
– Да пошли вы все! – угрюмо буркнул Воробьев.
– Сейчас пойдем, не волнуйся.
– Вытащу я тебя, Никита. В память о дружбе с твоим батей, – тяжело вздохнув, сказал Яковлев. – Но если вновь вильнешь и других командиров себе искать станешь… Из-под земли, Никита, вытащу! Ясно?
– Так точно, товарищ полковник.
– Хорошо, если так. Значит, будем сидеть здесь и ждать. Следственные органы, телевизионщиков. Им будет что снять для вечерних новостей, – полковник кивнул в сторону рефрижератора, в котором вповалку лежали упакованные в специальную прозрачную ткань замороженные тела. – Опять, Никита, мы с тобой в одной команде… Просто чуть опоздали к месту взрыва.
– Чуть опоздали, – повторил за полковником Воробьев. – Получили оперативную информацию… Но чуть опоздали.
– Да ты не печалься. Эта тварь, – Яковлев кивнул в сторону даже в последнюю секунду извившегося в предсмертной позе Угря-Сторожева, – мертва на все сто. Наш генерал выкрутится. Из органов уйдет, но устроиться сумеет. Меня тоже долго на службе держать не будут, выкинут на пенсию. Ну а тебе – подполковничья звезда, Никита.
– Шутите, Юрий Сергеевич?
– Хорошо, кабы шутил. И насчет тебя, и насчет генерала… А про гвардейцев-десантников забудь!
«Выполнили, не облажались! – стучало в голове у Максима. – Сумели, смогли! Тогда, в Чечне, не удалось, а вот сегодня Угря нагнали, не выкрутилась змеюка…»
– Куда теперь, командир? – спросил Максим Водорезова.
Десять минут назад они сошли с электрички возле огромного озера, именуемого Сине-белым, уже успели искупаться и теперь лежали на песке.
– Поживешь на территории учебного центра разведуправления ВДВ, – отозвался Николай. – Там видно будет.
– Мы молодцы или так себе? – спросил Максим, точно вновь был курсантом того самого учебного центра.