Ангелы во брони
Шрифт:
Свинцовые пронзительные глазки Угря вновь вспыхнули огнем высокого напряжения.
3
Некоторое время оба они, и Каляев, и Водорезов, молчали. Начинать разговор не торопился ни тот, ни другой. Они находились в зоне видимости Угря и его людей, но подслушать их разговор не было никакой возможности – генерал с Николаем топтались друг против друга в центре спортивной площадки, которая некогда служила для игры в баскетбол.
– Ну, генерал, то, что Максим Богданов находится
Лицо Каляева нервно дернулось.
– Я это знаю, – кивнул генерал подчеркнуто спокойно.
– О чем будем говорить дальше? – столь же подчеркнуто невозмутимо осведомился Водорезов.
– Ну мои проблемы, это мои проблемы, – отозвался генерал, с высоты своего роста глядя мимо Николая. – Они серьезны, но не смертельны…
– Ой ли, Александр Геннадьевич? – перебил Каляева Николай.
– Ли ой! – жестко ответил генерал. – А вот тебя, Коля-десантник… Тебя отсюда живым не выпустят. При любом раскладе.
– Тебя тоже. Просто это произойдет чуть позже. Минут эдак на пятнадцать.
– Ну со мной еще как сказать…
– Ну и со мной… Как сказать. Точнее, что сказать! Угрю нужно любой ценой уничтожить Богданова. А у него в заложниках твоя семья.
– Ну и?..
– Выручать надо. Дочь твою и внучку! Ну, генерал?! Если ты меня сдашь и я, как ты сам выразился, живым отсюда не выйду, то я в любом случае успею сообщить этой морской змеюке, где Максим Богданов. Дальше… Сперва попрощаешься с семьей, потом с собственной жизнью.
Каляев вновь дернул лицом. Маленький десантный подполковничек вел себя дерзко, как говорится, сейчас и сам черт был ему не брат. И в одном он прав на все сто – Угорь не простит генерала, не пожалеет его семью. Еще ни один человек не смог обмануть Угря и не поплатиться за это.
– Слушай, а если уговорить этого Богданова… Ну, в обмен на жизнь, прекратить эти свои… разоблачения? – спросил Каляев, несколько снизив начальственные обороты.
– Не выйдет.
– И что тогда?
– Для начала я спасу твоих близких. А потом… Потом по обстановке. А сейчас ты меня выведешь отсюда. Как, придумай сам, ты же профессионал.
– Что ж, попробуем, – не раздумывая согласился Каляев.
Угорь недоверчиво оглядел их двоих свинцовыми глазками.
– Это мой агент, – кивнул в сторону Николая Александр Геннадьевич.
– А что он делал здесь? – спросил Угорь.
– Решил пойти путем своего рядового. Словом, понять его действия, – ответил Каляев.
– Выходит, этот подполковник о многом осведомлен? – продолжил Угорь.
– Он будет молчать. При любом исходе.
– И это говорит господин Каляев? – Физиономия Угря вытянулась, а тоненькие губки почти совсем исчезли. – Который собственную бабушку на подозрении держит?
– Богданов должен быть уничтожен, – ответил Каляев. – Этот человек сможет выполнить данную задачу.
– Ты не в кабинете, Каляев, – поморщился Альфред Степанович. –
– Если на шоссе и в столице не попаду в пробку, то через два с половиной часа, – как ни в чем не бывало ответил Николай.
– Вертолет не понадобится? – на полном серьезе поинтересовался Угорь.
– Возможно, – кивнул Николай.
– Видишь, Александр Геннадьевич, – улыбнулся змеиной улыбкой Угорь. – Десантник отмерил вам обоим срок в два с половиной часа… Если, конечно, не будет пробок. Валяйте, ребята. И помните – срок сами себе определили, действуйте.
Отъехав от «Долгостроя» на пару километров, Каляев чуть сбавил скорость, повернулся к сидевшему на заднем сиденье Николаю:
– Я тебя вывел. Что дальше?
– То же, что и всегда.
– Я серьезно…
– Если серьезно, то чего лишний раз спрашивать? На полной скорости в коттеджный поселок Пироговка!
Геня-каскадер вытянулся перед Альфредом Степановичем по стойке «смирно», точно юный кадет перед маршалом.
– Каляев и вот этот маленький десантный хам теперь в твоей компетенции, Генрих… Очень уж они мне оба не понравились, – проворчал Угорь.
– Я уже сориентировал своих людей. Машину генерала взяли под скрытое наблюдение.
– Очень хорошо, но есть опасность, что Каляев вычислит твоих наблюдателей. Главное, выяснить, в какую сторону он едет.
Спустя пятнадцать минут Генрих сообщил Альфреду Степановичу, что бронированный джип генерала Каляева на полной скорости движется по Пироговскому шоссе.
– В Пироговке живет дочь Каляева с супругом… – напомнил Генрих.
– С Мятликовым? Жирным неповоротливым холуем? – тут же отозвался Угорь. – В Пироговку, Геня!
Генрих сейчас был готов выполнить любую задачу! Еще бы – сам Угорь руководил сегодня его действиями. Прежде Генриху отдавал распоряжения Каляев, а сегодня «мясник» попал в фавориты к «верховному». Это означало, что в обозримом будущем Генрих войдет в ближнее окружение Альфреда Степановича, в «генералы», считай, выйдет. Из мясника-вышибалы в генералы, прямо-таки рифма получается…
Ради этой «рифмы» Генрих не пощадит никого!
– Ну кто там еще? – спросил Руслан, держа наготове оружие. – Катя! – окликнул он свою новую «боевую подругу».
– Что такое? – отозвалась та, вглядываясь в монитор, который показывал, что к воротам коттеджа подошел некий мужчина и нажал на кнопку звонка.
– Ты кого-нибудь ждешь? – задал вопрос Максим.
– Нет.
– Может, знакомый?
– Да что ты, сам посмотри! – несколько оскорбилась Екатерина. – Какой-то мужик ханыжного вида. По виду – бомж.
– Откуда здесь бомжи? – покачал головой Руслан.
– Думаешь, переодетый? – спросила Катя.
– А зачем переодеваться под бомжа? – вставил свое слово Максим, не выпуская из рук «минный» пульт. – Смотри, стоит, шеей крутит, морду небритую чешет. Слушай… Я его, кажется, где-то видел.